С букетом наперевес

Улица была как улица, и вечер как вечер. Летнее солнышко отражалась в витринах. Стрелка уличных часов стремилась в цифре «семь» - до нее оставалось еще минут двадцать. Улица была заполнена женщинами всех возрастов. У женщин были свои дела. Девчонка в розовых дредах упоенно целовалась с парнем в дредах зеленых; худенькая очкастая девочка-ботаник выгуливала огромного ротвейлера; некая дама, присмотревшись к витрине с шубами, нырнула в магазин и вскоре вынырнула из него с упакованной норковой шубой, светясь и плывя по воздуху от счастья. Меж тем стрелка часов опасно подвинулась еще ближе к семи… И когда, наконец, стрелки показали без пяти семь, началось нечто странное. Взглянув поверх плеча своего кавалера на уличные часы, девочка в розовых дредах оторвалась от губ его, и, резко развернувшись, понеслась куда-то прочь, оставив бедного парня с вытаращенными глазами и в помаде. Следом за ней понеслась девочка-ботаник; а поскольку ротвейлер не желал покидать облюбованный газон, она подхватила его на руки и припустила бегом. Куда-то неслась дама с шубой, и все прочие тоже бежали куда-то, и улица опустела в момент. И только одинокие неприкаянные мужчины, растерянно озираясь, пытались разгадать суть происходящего. Куда же неслись эти дамы, спросите вы? Домой они бежали, домой, к экранам телевизора. Ибо в семь начинался сериал, в котором играл Валерий Серов – прекрасный, несравненный, ослепительный. Когда он появлялся на экране в сером шелковом цилиндре в роли несравненного Аристарха Пандорина, весь мир переставал для наших героинь существовать, И они правы: душа человека должна чем-то питаться, должна жить мечтой, и того, кто даст им этой сладкой пищи, они готовы… готовы… в общем, готовы для него на все!!! А когда полтора часа сладких грез пролетели, как единый миг, то души их, все еще не остывшие от сладкого восторга, возжелали излить свое упоение, поделиться им с кем-то. И раскрылись сотни ноутбуков, и полетели пальчики по клавиатурам, и в чате собралась компания тех, чьи души слились в едином порыве взаимопонимания: ТАША Что за магия скрыта в этом человеке? Спасибо Вам, дорогой актер, за тот позитив, который Вы дарите нам. ЛЕСНАЯ ФИАЛКА Валерий - украшение этого сериала. Взгляд так и тянется к его улыбчивому, красивому лицу. ДЕВОЧКА-ПРАЗДНИК Человек-магнит. КАТЯ СИДОРОВА Я уже предвкушаю: этой ночью, во сне, я увижу его в той же беседке! ЛЕСНАЯ ФИАЛКА Я тоже бы хотела увидеть такой сон! ТАША Девочки, загадаем все вместе увидеть во сне нашего дорогого кумира! Неожиданным диссонансом повеяло, когда в чат вошла некая Неземная Орхидея. Это была явно чуждая нашим ценностям Орхидея, так как она нагло заявила следующее: НЕЗЕМНАЯ ОРХИДЕЯ Слушайте, барышни, может, оставите мужика в покое? Дались вам эти сны с беседочками. Может, вы ему нафиг не нужны, он спать хочет ночью, а не бродить по вашим снам. Это было возмутительно, поэтому Неземную тут же отправили в бан, и долго еще удивлялись, откуда берутся такие черствые Орхидеи. Меж тем в реале Орхидея сердито фыркнула, потерла небритый подбородок и захлопнула ноутбук. Затем глянула в зеркало, в котором тут же отразился несравненный Валерий Серов собственной персоной. А еще через десять минут он, предмет девичьих грез и женских восторгов, сидел на кровати и безнадежным голосом говорил в телефон: - Слушай, а нет таких таблеток, чтобы спать и ничего во сне не видеть? Ну достали уже, блин, каждую ночь… Да, понял. Бывай. Отложивши телефон, он запил водой таблетку, и несколько минут сидел на кровати, раскачиваясь и шепча, как мантру: - Хочу уснуть без ночных кошмаров... Пусть будет только ночь и луна… ночь и луна… ночь и луна… Затем он укрылся одеялом, погасил свет и сладкий сон накрыл его. Снилась ему луна – огромная, прозрачно-золотистая. Тихая умиротворенная улыбка тронула его губы, удовольствие разлилось по его лицу… И тут нежная девичья ручка дотронулась до его щеки, и раздался нежный шепот: - Аристарх… милый… Несчастный Серов подскочил, и обнаружил, что лежит он вроде как в постели, только это не его кровать, а широкая скамья в беседочке, увитой розами. Костюм его составлял фрачный верх, одетый поверх майки-алкоголички и бабочка на голую шею, а также пижамные брюки… Рядом с ним сидела девица в белом бальном платье. - Скажи мне, что любишь меня, - томно шепнула она, - я пришла… Валерий потер глаза кулаком. - Слушайте, - взмолился он, - я спать хочу. Далась вам эта любовь... - Но я так мечтала, чтобы вы мне приснились, - возразила девица, – Скажите мне хоть что-то – я жду… - Но я, простите, не помню ни одного слова из роли, - в замешательстве пробормотал он. - Как там это... вы прекрасны... - О! Еще!!! - Я всегда мечтал встретить такую, как вы... - Продолжайте!!! - С тех пор, как я увидел вас, ваш милый образ... Внезапно Валерий откинулся на подушку и заложил руки за голову. - Ну почему вы, - возопил он, - почему вы, женщины, все так усложняете? Каждую ночь – то бал, то беседка с розочками. Если уж вам невмочь, затащили бы меня в постель, что ли... Девица в белом бальном платье обиженно пожала плечами. - Сразу в постель я бы могла с Лешкой из нашего ПТУ... Я слов прекрасных хочу, а не в постель. Ну что вы разлеглись! Скажите же что-нибудь! Несчастный Валерий откинул одеяло, и, покорившись судьбе, протянул к ней руку и пробормотал, зевая: - Я всегда носил в своем сердце ваш милый идеал... Но испытания нашего героя в его кошмарном сне только начинались. Ибо в этот момент в беседку вошла вторая девица, также в белом бальном платье, и заявила: - Скажите и мне что-нибудь такое же... красивое! Посмотревши на нее озадаченно, Валерий осведомился: - Мне что – вам двоим сразу в любви объясняться?! Вторая девица возмутилась: - Конечно, нет! Я хочу быть единственной! Первая девица повернулась к ней и протянула нехорошим голосом: - Слышь, подруга, отвали. Я первая пришла! Вторая вежливо возразила: - Ага, щас! Разбежалась… И когда Валерий уже приготовился разнимать двух девиц, которые были готовы подраться, в беседку вплыла дама лет сорока пяти, также в белом бальном платье. И заявила, пренебрежительно махнув рукой в сторону юных дев: - Да что они знают о любви! Поверьте, чувство зрелой женщины… Оскорбленные девы уже готовились, забыв распри, объединиться, чтобы дать отпор даме, но тут в беседку вошла, опираясь на палочку, дама лет семидесяти пяти, в бальном платье из белой кисеи с розовыми бантиками, и молвила невозмутимо: - Ну что вы на меня пялитесь?! В душе мне восемнадцать… И я тоже хочу нежности… А далее, сон бедного Валерия перешел в стадию кульминации, так как неподсчитанное количество дам в белых бальных платьях, с криками: «И мне, и мне!!!» - хлынули в беседку. Дамы, пришедшие первыми, героически пытались сдержать их натиск; образовалась куча мала, и никто из дам не заметил, как между ног их выскользнул тот, ради кого они все сюда явились; выполз, прислонился к стеночке беседки и обессилено прошептал: - Уф, еле выбрался… - Вот он!!! – раздался тут же крик из беседки, и, теряя домашние шлепанцы, припустил наш герой изо всех сил по садовым дорожкам, удирая от толпы нежных, влюбленных, обожающих его красавиц; и неизвестно, чем бы все кончилось в этом сне, но тут раздался спасительный звонок будильника…