Даже в вечной зиме лёд когда-нибудь тает

Син Цю " Ну и куда ты собрался, дурень? Помрёшь же…» Юноша смотрел в спину удаляющемуся Чун Юню, а в груди неприятным комом нарастала тревога. Когда голубоглазый парень скрылся за поворотом, Син Цю полностью ощутил всю безвыходность ситуации. Он отпустил того, кого считал больше чем другом. Того, кто был нужен. Того, кого… Любил? «Нет-нет-нет-нет!» «Или да?» «Да ну бред» «А если всё же?..» Спорить с самим собой в людном месте не очень удобно, поэтому парень развернулся, уходя от шума гавани.

×××

Ветер шевелил по-осеннему желтоватую листву, создавая приятный для слуха шелест и позволяя полноценно уйти в свои мысли. С Чун Юнем наследник торговой гильдии был знаком с детства. Они много гуляли, часто тренировались вместе, а потому многие взрослые, вспоминая об одном из них, сразу думали и о втором. С девушками правило было немного иное. Если думали о Син Цю, то вспоминали Чун Юня, а если думали о Чун Юне, то… Вспоминали всё того же. И нередко юные фанатки приставали к синеволосому с расспросами об экзорцисте. Парень старался от таких разговоров уходить — то ли из-за нежелания обсуждать друга за спиной, то ли по какой-то ещё причине. Он и сам об этом не задумывался… После отказов отвечать на вопросы об экзорцисте попытки заговорить на эту тему не прекращались. Более того, они сопровождались завистливыми взглядами и вздохами в духе «Я тоже так хочу». Син Цю это изрядно раздражало, но ничего сделать он не мог. «Если так хотите с ним поговорить, просто подойдите» — регулярно думал он, но свое недовольство в слух, зачастую, не высказывал. Причину он не понимал. Раньше. А сейчас внезапно осознал, что он не хотел, чтобы эти девушки общались с его Чун Юнем. — Да я прямо сам себе завидую… — сказал в пустоту Син Цю. — А я тебе нет. Чун Юнь уже вышел из города. С такими темпами завтра с утра будет на Хребте, — полный гордыни женский голос выдернул Син Цю из раздумий. Синеволосый обернулся, встречаясь взглядом с белыми глазами астролога. — И тебе здравствуй, Мона Мегистус. Что привело тебя в Ли Юэ? — Эти вопросы тебя не касаются. Если хочешь нагнать своего дорогого «друга», то поторопись. — Откуда ты?.. — У тебя на лице всё написано. Не нужно уметь читать по звёздам, чтобы всё понять, — девушка лишь отмахнулась, удаляясь глубже в лесок и заканчивая тем самым разговор. Син Цю какое-то время смотрел астрологу в спину, думая над её словами. Стоит ли догонять? Всё-таки он сам захотел уйти… А если ему понадобится помощь? Нужно было спросить об этом, но уже поздно… Чун Юнь «Неприятно… Ну ничего. Вернусь и пойду мириться. Навряд ли мы прекратим общение из-за такой мелочи» Уже заворачивая за угол, парень достал спасительное мороженое, упиваясь холодом и успокаиваясь. Ссоры всегда выбивали его из колеи, заставляли вспылить, а потом жалеть о последствиях. Направляясь к выходу из города, экзорцист прикидывал, что ему может понадобиться. Меч всегда можно материализовать, в дорожной сумке есть пара тепловых бутылей и огниво чтобы поджигать жаровни и костры на пути. Припасы тоже всегда были всобой. Обдумав это, парень пришел к выводу, что для дороги ему больше ничего не нужно, а значит можно идти. На выходе из города взгляд зацепился за знакомую фигуру астролога, идущую в гавань. «Решила вернуться к наставнице?» — промелькнула в голове мысль, но экзорцист тут же отбросил ее, не видя смысла забивать голову чьими-то проблемами. Мороженое закончилось, энергия Янь затихла, а спокойствие местности порой заставляло забыть, что он, вообще-то, фактически на задании. Пару раз взгляд цеплялся за далёкие постройки хиличурлов, но у экзорциста не было ни желания, ни времени на то, чтобы с ними разбираться. Несколько раз Чун Юнь поворачивал голову, чтобы найти синеволосого и о чем-то с ним поговорить, но его рядом не оказывалось. От одиночества оставалось странное чувство неполноценности пути. Будто он что-то забыл или потерял. Когда вы проводите много времени вместе, забываешь, как важна его компания. Экзорцист и наследник торговой гильдии на столько часто проводили время вместе, что первый даже забыл, когда в последний раз ходил куда-то надолго в одиночку.

×××

Закат с постоялого двора Ваншу просто прекрасен. Чун Юнь сидел перед панорамным окном у себя в номере, осматривая горы, которые скрылись за дымкой вечернего тумана и облаков. Парень добрался до постоялого двора куда быстрее, чем ожидал, но двигаться дальше на ночь глядя затея бессмысленная. Потому как придется либо не ночевать, либо разбивать лагерь, что достаточно рискованно в кишащей монстрами долине. Решив, что ещё хотя бы одна ночь со всеми удобствами воды не сделает, парень снял небольшой номер и принялся осматривать окрестности. Растущие возле гостиницы кусты шелковицы регулярно напоминали экзорцисту о синеволосом друге, отчего он всё же сорвал один цветок. Теперь дар природы красовался в небольшой вазочке на прикроватной тумбе, напоминая хозяину номера о том, что не помешало бы вернуться поскорее.

×××

Серый рассвет заставлял неприятно ёжится от холода, когда парень, расплатившись с хозяйкой, покинул гостиницу. «Я ведь ещё не в горах, так почему тут так холодно?» Густые облака тумана расползались по долине, скрывая в себе всё и всех. Несколько раз экзорцист наткнулся на лагеря хиличурлов, но они не вызвали неприятностей и парень быстро с ними справился. А к полудню уже стоял на тропе, ведущей вверх в горы. Солнце успело немного выглянуть из-за облаков и теперь освещало дорогу и белый снег вокруг. «Осталось самое тяжело» — подумал Чун Юнь, начиная подъем