all of the stars have a reason

      Перед глазами ночное небо. Чистое, почти чёрное небо, усеянное мерцающими огоньками. Миллионы звёзд рассыпались по небосводу, вселяя в кучу земных душ надежду. Веру. И в Саске тоже когда-то вселяли. Рядом слышатся шорохи. Темноволосый поворачивает голову на звуки, встречаясь взглядом с зеленоглазой девушкой. В радужке её очей поблёскивает едва заметная пелена сияющих точек. Она смущённо улыбается, покрываясь румянцем. — Чего ты, Сакура? — спрашивает Учиха, ведя бровью. Такой взгляд порой действительно напрягал. Да и не особо любил парень подобную «романтику». — Нет, ничего, — качает головой розоволосая. — Просто не думала, что ты позволишь пойти сюда с тобой. Он бы и не позволял, просто совесть не разрешила оставить девушку на растерзание сумеркам. Этот городок никогда не славился «божьим спокойствием», киша насильниками и ворами, а иногда преступниками и по-крупнее. В любом другом случае Саске прогнал бы Харуно, не задумываясь. Или он просто придумывал оправдания самому себе, не в силах признать желание побыть с девушкой наедине хотя бы считанные минуты. — Не обольщайся, — хмыкнул тот, отворачиваясь. Девушке было привычно поведение хладнокровного друга, посему стоило довольствоваться хотя бы тем, что он позволил находиться ближе пяти метров к себе. На большее она пока и не рассчитывала. Сакура действительно была надоедливой. Всюду бегала за младшим Учихой ещё со времён ребячества, когда их дома находились по соседству: родители любезно познакомили двух сверстников, убеждая уже тогда о том, что им придётся ходить в одну академию. Саске это раздражало. Мальчишку уже тогда не интересовало ничего кроме учёбы; ему хотелось стать лучше старшего брата, что закончил академию на «отлично», поступил в ВУЗ на бюджет и живёт в другом городе самостоятельно, отдельно от семьи. Саске не хотел отставать. Масла в огонь подливали все окружающие, что видели в младшем сыне воплощение старшего Учихи. Они и представить себе не могли, во что выльются данные сравнения. Родителям же было важно и даже необходимо воспитать второго сына также хорошо, как и первого. Хотели скопировать образ Итачи и создать его копию в Саске. Все так хотели. Все, кроме... Непоседливой девчонки из соседнего двора с приторной улыбкой, зелёными пестрящими наивностью глазами и ломкими от множества покрасок розовыми волосами. Саске запомнил едкий запах краски на её локонах и сладкий цветочный аромат духов, который еле-еле пробивался через химию. Запомнил небрежно накинутый бордовый свитшот, светло-синие свободные джинсы и потрёпанные временем и обстоятельствами чёрные кеды. А ещё такую же бордовую ленту в волосах и кулон с изумрудным камнем на шее. Он запомнил всё то, от чего так старательно бежал множество лет. Небосвод рассекла падающая звезда. Следом за ней последовала ещё одна, и ещё. Это напоминало какое-то слишком редкое явление: так много падающих подряд звёзд нельзя было наблюдать даже в середину августа, когда на берегу этого озера собирались местные «астрономы» со своими компактными переносными телескопами, молодые семьи с детьми да влюблённые парочки, совсем не походящие на Саске и Сакуру, прибывающих здесь и сейчас в полном одиночестве. По каменной маске нельзя было толком определить, что чувствует сейчас Учиха. Может, это умиротворение, а может и злоба, переполняющая чашу терпения и норовящая вылиться за края. Тогда бы парень точно сорвался и ушёл куда подальше. В объятия одиночества. Туда, где захоронены все его мечты и надежды на светлое настоящее и будущее. Он не верил в эти сказки. А Сакура Харуно верила. Она то и оказалась первой, кто заметил, как главный герой её истории стремительно идёт ко дну. И схватила его. Крепко. Так крепко, что сама едва сдерживала слёзы от регулярной боли, получаемой в ответ. Наплевала на всё: на то, что может упасть следом, утонуть или что похуже. Просто не задумываясь ринулась следом, изо всех сил стараясь вытащить тонущего. — Я тебя не отпущу, — твердила та. — Никогда. — Я тебя не оставлю, — повторяла снова и снова.

Никогда.

Всегда буду рядом.

Всегда.

И Саске даже поверил на какое-то мгновение. Поверил в эту чёртову сказку и позволил сделать себя одним из главных героев. Вторая сидела рядом с ним, вдумчиво рассматривая спокойную гладь глубоко синей воды, в которой расплывалось отражение полной луны. Харуно стала ему ближе. Прежнего отторжения миновать не удалось, но теперь он хотя бы умалчивал какие-то едкие замечания и словечки. Пытался доставлять меньше боли. Изо всех сил пытался. — Сакура, — вымолвил однажды темноволосый, — спасибо. Она лишь смущённо улыбнулась, махнула рукой и... ушла. Просто, чёрт возьми, ушла в темноту удаляющейся за горизонт улицы, даже не оглядываясь. Тогда он и подумать не мог, что тот, кто клялся никогда не оставлять, навсегда остаться рядом, больше никогда не сверкнёт своими зелёными глазами. Больше не позовёт его на пустынной ночной дороге, не побежит за ним на причал, смотреть в чёрную бесконечную бездну небес. Все обещания и сказки канули в небытие вместе со словами: «Сакура разбилась в аварии этой ночью». Мир безвозвратно рухнул, словно то, что возводилось годами, было абсолютно бесполезным и ненужным. Как мусор. Слова — это пустые звуки. Обещания дают, чтобы исполнять. А она унесла их вместе с собой, под землю.

В могилу.

Как и всё время, что провели они вместе. — Зачем ты солгала, Сакура? — отчаянно выдохнул Саске, упорно смотря в постаревшие доски причала. Смелости посмотреть наверх не хватало. Да и вряд ли что-то получилось бы рассмотреть из-за разъедающей глаза влаги.       Каждая из звёзд имеет своё значение. А та Полярная звезда из созвездия Малой Медведицы на севере принадлежала ей.

Но Сакуры Харуно больше не существовало, как и звёзд для Саске Учихи.

Он больше не смотрел на небо.