Ржавая кровь

Время еще не доходило и шести утра, а Идиот уже плелся по коридору надевая на себя свитер. Зевая и протирая глаза он продвигался все дальше по вагону. Удостоверившись в том, что все спят, он осторожно открыл дверь между проходами и вошел в поезд. Идиот заметил, что вагон стоял посреди лесной полосы, видимо, сегодня командование дало распоряжение стоять, чтобы сэкономить топливо и дать отдохнуть Ермаку. Была бы его воля он бы не отрываясь вел наш корабль до конца, с перебоем на технические остановки, но приказ есть приказ. Мельнику приходится следить за каждым действием этого экипажа: начиная от элементарных приказов по охране и чистке орудий, до воспитательной ежедневной процедуре мытья полов, слежке принятия еды и укладыванию непослушных спать. Сергей хотел поинтересоваться у Ермака или у ночной вахты какую последнюю станцию они проехали, но видимо была не судьба, так как на передней палубе сидел заснувший Князь. Упершись лбом об колени и обняв автомат, он тихо подремывал. Сергей не стал подшучивать над ним в духе: "Рота подъем!" или "Испанцы!". Взяв за плечо задремавшего на вахте солдата, он пошатал его из стороны в сторону, достаточно, чтобы тот проснулся. Князь медленно открыл свои глаза и посмотрел на Идиота, от чего резко встал и опомнился, что должен был вернуться в каюту и разбудить Сергея. На данный момент, Князь заменял Степана на ночном дежурстве, пока тот дрых в своих апартаментах, но эта замена была не лучшей идеей, так как после кочегарни Князь вырубался, как только выходил на улицу. Поэтому сейчас перед Сергеем стояло продрогшее с посиневшими губами чудо, которое еще умудрилось заснуть на холодном железном полу. - Доброе утро. - Доброе. - У тебя то? Во сколько ты вообще заснул? Хотя, не говори, вижу, что давно. Часа так три назад. У тебя все губы синие. - Я не замерз. - Князь попытался не чихнуть, но вышло это у него наполовину в себя. - Вижу. Так, ты сейчас идешь в горячий душ. И потом пьешь чай с малиной. - С малиной? Она же только летом растет. - Засохшая, для таких случаев как твой, когда человек промерзает до белого окоченения, примерзнув одним местом к железной решетке на ночном дежурстве. - Не смейся! Апчхи! - шел спереди Князь, спотыкаясь об выступающие детали мостка. - Плакать мне что-ли? Ты кстати не заметил какую мы последнюю станцию проехали? - Нет, но Ермак сказал, что следующая будет Переменная. - Переметная. - Да, точно. А ты что, уже проводником подрабатываешь? - Просьба всех провожающих выйти из вагона. - Сергей зажал нос рукой: - Поезд отправляется по третьему пути: Москва - Балезино. Поезд отправляется по третьему пути: Москва - Балезино. - Ахаха! Серега, да ты вылитая проводница! - Сухарики, чай, кофе, соленая кукуруза! Соленая кукуруза! - Ахаха! Прекрати! - Ладно, давай раздевайся. Сейчас я разогрею тебе горячей воды. Сергей поставил кастрюлю с водой на огонь. Вода вскипела быстро, поэтому Князю не пришлось сидеть в одних портках слишком долго. В столь утренний час электричество все еще было отключено, поэтому мыться приходилось по старинке. - Тебе посолить? - Да перестань! Одного хватило, теперь другой принялся все солить. - А, то есть не пересаливать? - Так все! Я мыться. - Иди, сосулька, оттаивать, а то ты со своим холодным сердцем шуток не понимаешь. Пока Князь принимал утренний душ Сергей успел налить тазик воды для окоченевшего Князя и кипяток в стаканы, добавив в один из них малины, а в другой чая. Зимняя спецодежда конечно теплая, но она предназначена для активного вида деятельности и сон на свежем мартовском воздухе не относился к этому. - С легким паром. - Спасибо. - вышел из душа Князь, окутанный густым паром от его тела. - Давай, укутывайся в плед и ноги в тазик. - Ты чего, все не настолько плохо. - Лучше, чтобы ты отогрелся сейчас, вместо того, чтобы ты лежал с недельной ангиной. - Ладно, спасибо за малину. - Да не за что. Сергей и Игорь попивали утренние напитки и обсуждали насущные проблемы коллектива. Разговоры с молодым спартанцем отвлекали от глобальных проблем человечества, ведь в таком возрасте в тебе кипит неистовая сила, которая способна и горы свернуть. Поэтому перед таким как он - не стоит никаких преград. Весь мир кажется постижимым и нет ничего невозможного. Разговоры лились один за другим, не замечая как рассвет пробивался через прозрачные шторы кухни и озарял летящие в воздухе мелкие пушинки пыли. - Доброе утро! - произнес входящий на кухню Крест. - Доброе! - Доброе. - А ты чего укутанный в тазике ноги греешь? На улице задницу еще раз отморозил? Хе-хе! - Погоди. Еще раз? Ты мне не рассказывал, что раньше засыпал на улице. - Так он заснул?! Ахаха! Ну ты даешь Князь! - закатился смехом Крест. - Да не смешно, блин. Ну да, заснул! Знали бы вы как хорошо спиться на улице после "механического труда" в кочегарне! Я там почти весь день отпахал, все еще руки ноют. - Ладно, успокойся. Я поговорю с полковником, чтобы тебя в вагоне на сегодня оставили. - сказал Сергей. - А ты куда? Снова на целый день возле печки проковыряешься? - отхлебнул еще чаю Князь. - Нет. Сегодня нам придется проехать множество станций, поэтому возле печки я на долго не встану. Будем осматривать близстоящие деревушки на наличие в них чего полезного, ну и "оккупантов", конечно. Куда уж тут без них! Они ведь обязательно скрываются под каждой грядкой брошенной деревушки не бесь в каком районе Казахстана! - Ну блин! Я ведь вызывался на следующий обход! Ну екарный-бабай! Идиот давай поменяемся! - Нет! Ты вот попу отморозил - тебе ее и лечить. Посидишь денек в вагоне или погреешь ее возле печи, быть может и следующие десяток станций не пропустишь. - Ай! Вот непруха! - со звоном поставил стакан на стол и прикрыл скрещенными руками голову Игорь. - Крест, мы сегодня как планировали продвинуться? До какой станции? - Ну это как командование распорядится, но вчера обсуждали, что доберемся до Уральска. Городок небольшой, да и городом - назвать тяжело. Так, поселок городского типа. - Ясно, спасибо. - Сергей отставил свой стакан в раковину и вымыл посуду. - Тебе горячей воды подлить? - Не нужно, я уже ухожу спать. - Ты уже свое поспал. Давай на службу! - Да ты надоел уже! Подколист. - Хе-хе. Крест направился в кабину управления, чтобы подать электричество в вагон, ознаменуя тем самым начало трудового дня. Сергей знал множество вещей в разных отраслях, поэтому черчение и прокладка пути были возложены на его плечи и плечи Ермака. Нужно же было все таки согласовывать дорогу с штурманом этого судна. Идиот отсиживал свободные часы или же минуты в своей кровати, в то время как все вокруг суетились, торопясь позавтракать и успеть на работу в час пик, ведь метро в это время заполнено под завязку, а шум от пробок слышен даже за окном в жилом районе. Он лежал в своей кровати и наблюдал за перебежками своих товарищей из одной части комнаты в другую. Князь же в свою очередь пытался заснуть, упершись в стенку и укутавшись с головой в одеяло. - Сегодня Князь не храпел. - посмеивался Сэм, надевая то один то другой шерстяной носок. - Свое он отхрапел в передней части Авроры. - Да прекрати ты уже, балабол, ты собираешься всему вагону это растрепать? - послышалось недовольное бурчание со второй полки над головой Сэма. - Ну мне же нужно как-то объясняться, почему ты заболел. Скажу, что форточку открыл и тебя продуло. - Спасибо и на этом. Идиот и американец тихо посмеивались на нижнем ярусе. Дамир уже во всю трудился, перетаскивая ящики и выслушивая приказы полковника. Артем и Анна попивали свой утренний чай или кофе, а Настенка заскакивала к ним, чтобы поздороваться и пожелать приятного аппетита. Вот это называется коммунальная квартира: одна кухня, ванна и санузел на дюжину душ; личное пространство вмещается в твой рост по горизонтали, а личное время от одного приказа до другого. Но вот, все уже готовы и в сборе. Приказ отдать швартовы и Аврора медленно начинает набирать скорость до ближайшей станции. Сергей стоит рядом с Мельником возле карты, советуясь об остановках. Лучше двигаться медленно возле станций, чтобы успеть осмотреть местность на наличие "оккупантов" и того, можно ли хоть что то взять оттуда. Такой следующей станцией должна была быть "Переметная". В кабине управления было не так много народу: Анна с Артемом, Ермак, Мельник и Сергей, ну и Дамир, который копошился снизу. - Едем медленно, если увидим, что то подозрительное - останавливаемся. - уверенным голос издал еще очередной указ полковник. А подозрительным было все: начиная от пустых деревень, заканчивая пустырями. Аврора медленно приближалась к поселку. С левой стороны виднелись обвалившиеся крыши амбаров и домов, а с правой стороны на пороге к населенному пункту встретилось кладбище. По приближению к станции, стало ясно, что живых в этой деревне нет, ну или это "оккупанты" затихли и не выдают своего месторасположения. Ни из одной трубы не шел дым, что было неестественно для деревянных домов с печным отоплением. Поэтому Мельник настороженно принял этот факт и дал команду остановки состава. На разведку местности сегодня шли: Анна с Артемом в придачу, Сергей и Дамир, который заменял на время Князя. - Может вместо меня Николай отправится на разведку, он давно хотел прогуляться. - поинтересовался у полковника Дамир. - И не обсуждается. Его место на Авроре, он важен нам живым и целым. - А мы то есть не важны?! - запротестовала Анна. Дочь полковника, провинившийся обалдуй с шилом в одном месте, ходячая энциклопедия и полевой врач - и в правду, те самые члены экипажа которыми можно воспользоваться в первую очередь. Должны были идти Алеша, Степан и Князь, но все они слегли, разом. Про Сэма лучше не заикаться, его дальше пяти метров от состава не отпускают, поэтому до самого "Ковчега" он работает сторожем. Осторожно высадившись на станцию, спартанцы направились по разные стороны рельс: Артем со своей неразлучной половинкой в правую сторону, а Сергей с Дамиром - левую. Время на разведку отведено два часа: на все про все. - Берем: карты, компасы, спирт, письменные принадлежности, бумагу, одежду, фильтры, спички и... - Да знаем! Все самое необходимое! Здесь же, через два часа! - перебила его Анна, не дождавшись окончания перечисления Сергеем нужных предметов. - Гитару не берите! - крикнул им напоследок Сергей. - А то и так слишком много певчих развелось в вагоне. - Да ладно тебе! Будет у нас свой музыкальный ансамбль, станем разъезжать, концерты давать. - юркнул под боком Дамир. - И как назовемся? "Государственный симфонический-академический московский народный ансамбль русской музыки"? - Ага, они на гитаре, а мы с тобой на подпевках. - Вот сейчас мы с тобой шутим, а завтра мы ведь серьезно уедем на первые гастроли. - Ты хоть какие-то песни знаешь, Сергей? - Я многое знаю и умею, но тебе этого не скажу. - Так ты что? Не знаешь песен?! Ну хоть одну! - Да знаю я, просто хвастаться своим соловьиным пением не хочу, тем более зачем мне перекрывать Степана. Он там такой хвост распушил, что не пройти и не проехать. - Но у павлина ведь нет голоса. - Так, этот разговор останется между нами. И давай уже расходится, а то мы с тобой уже чуть ли не под ручку шагаем осматривать дома. - Хе-хе. Все все, уже ухожу! - Не бери алкоголь, а то после той бодяги у меня было несварение! - А ты всякие безделушки не бери! А то у нас появится второй барахольщик антиквариата! - крикнул напоследок Дамир. И вправду, Артем нес в "дом" все что было криво приклеено и не намертво прибито к ровной поверхности. Была бы его воля, он бы и самый менее приглянувшийся дом с собой приволок, аккуратно расположил на дрезине и поехал бы с ним до ближайшего туннеля. Вся комната молодой пары была украшена: хорошо сохранившимися фотографиями, цветными безделушками и яркими украшениями. Поэтому Настенка к ним частенько заскакивала поиграть с Анютой и по разглядывать красочные картинки на стенах. Игрушки для маленькой девочки было строго настрого запрещено тащить на борт, так как, они могли впитать в себя вредные вещества и радиацию, за все то время которое они успели провести на отравленной территории. А на счет Степана: он пел превосходно, относительно того, чего ждал от себя Сергей. Быть может он не был оперным певцом с ровным тоном голоса, но у него он был бархатным и приятным, поэтому, время от времени Степан подменял Екатерину в роли рассказчика сказок, а бывало и сам пел Насте колыбельные. Она была уже достаточно взрослая для всего этого, но ни разу не отказывалась от предложения послушать: очередную историю из жизни отважных спартанцев, с опущением кровавых моментов в повествовании; и колыбельную, которую помнил Степан из своего детства. Обходя очередные обвалы и покосившиеся домики, Сергей заглядывал в старые постройки в поисках всего необходимого. Идиот зашел за выцветшую изгородь и направился ко входу в дом, как тут же заметил краем глаза собачью будку с цепью, ведущей от ее входа до нее же. Видимо пес находился там же или то, что от него осталось. Спартанец заглянул внутрь и наткнулся на высохшие кости бедолаги в лежачем положении, видимо он не дождался своего хозяина или его бросили, когда нужно было бежать из дома, прихватив все ценное. Ждать чего- то выдающегося от брошенных, прежними хозяевами, домов - не стоит. Войдя в жилище Сергей встретил мутный и слегка кисловатый запах разложения, повисший в воздухе. Вероятнее всего, отклеивающиеся обои со стен и скрипучий паркет под ногами впитали его. Труп, сидящий в кресле гостиной комнаты, принадлежал когда-то пожилой леди. Сергей уже пожалел о своих предположениях на счет хозяина дома и его отношение к псу в будке. Пес совсем не знал, что случилось с его хозяйкой и верно ждал ее возвращения: как знакомо заскрипят половицы на веранде, как теплая рука вновь коснется его макушки. Быть может, он уже успел потерять надежду на возвращение хозяйки и чувствовал брошенный холод своих четырех стен, которые были единственным его пристанищем от внешней угрозы. Мы этого уже не узнаем, но сейчас он вместе со своей хозяйкой. Сергей продолжал смотреть со спины на старческую, обвисшую на скелете и диване одежду. И подняв взгляд выше, наблюдал картину ничуть не лучше: в зеркале, в полный рост стоял мужчина, с бледно-зеленым лицом, напоминающий цвет выброшенного на берег трупа; глаза, как мутные хрусталики рыбы, впали в лицо с огромными синяками под ними, с прорезавшимися, словно треснувшая скорлупа на пасхальном яйце, венами; волосы, вечно вылезавшие из под шлема, напоминали выпавшие нити из обветшалой простыни; посиневшие губы были покрыты крупными трещинами, которые могли лопнуть в любой момент, даже при малейшей попытке открыть рот, из них, каплями, одна за другой, полилась бы кровь; лицо, с острыми скулами, не было похоже на живое, будь-то человеческую "оболочку" натянули на его же основу, каркас, который заставили двигаться для подражания жизнедеятельности. Свое же отражение в зеркале заставило отвернуться и больше никогда к нему не поворачиваться. Взгляд в сторону показал пару интересных находок для Идиота. Ими был стол с женскими принадлежностями на котором стояла фотография хозяйки этого дома с ее сыном на фоне цветущего сада возле веранды, а на задней стороне фотографии, красивым шрифтом, было написано: "Маме, с наилучшими пожеланиями." Ее сын, видимо, не доехал до нее. Спартанец осмотрел комнату, но ничего ценного для него самого не нашел, да если бы и нашел, то не взял бы. Зайдя на кухню, он обнаружил лишь висящую то тут и там паутину. Выходя из дома, Сергей обернулся напоследок, чтобы чуть лучше запомнить его или наоборот оставить воспоминания о нем там, откуда он вышел. Вот почему он не любил осмотры домов: не любил вламываться без согласия хозяин к ним в жилище, даже когда они давно покинули его и эту землю; забирать чужие вещи, чувствуя тем самым тяжесть совести возлагаемого предмета. Но его тянул интерес к находкам, даже если они были без надобности всему остальному составу. Пара интересных фигурок, разукрашенные яркими цветами, стоящие у кого в серванте всегда могли привлечь его внимание. Он бы не взял их, но полюбоваться милыми безделушками и тем самым порадовать глаза и сердце, Сергей всегда был за. Так, он обходил каждый дом, осматривая пустые комнаты, чердаки и подвалы. Нести испорченные засолки и садовый инструментарий было бессмысленно, поэтому Сергей осматривал их без большого фанатизма. Зато, почти в каждом доме, находился уголок с иконами и вербой, на который Сергей всегда натыкался взглядом. Были бы верующими, оно бы и понадобилось, но можно ли забирать из оставленных домов это? Сергей лелеял отыскать свежую, ну или относительно "свежую" карту России, на которой будут отмечены все города, поселки и станции для личного использования в своей каюте, так как каждый раз таскаться из одной части поезда в другой, не самое веселое занятие. Так хорошо взять эту работу к себе "домой", а не трястись в кабине управления под сквозняком. Идя по мокрой деревенской дороге и проминая под своими ногами глиняные комья он направлялся к еще не осмотренным им домам. Несмотря на дату в календаре, погода была сегодня мартовская: пасмурная, с короткими просветами лучей. Поднимаясь по сгнившим деревянным ступенькам Сергей вошел в коридор. - Ай! Блин, Идиот! - Прости, Дамир! Я тебя не заметил. - немного отдышавшись произнес Сергей. Заметив, что из рук своего товарища, на пол, посыпались консервные банки гречки, Идиот принялся их собирать. Подняв глаза, философ увидел перед собой картину: Дамир был похож на хомяка, напихав консервы во всевозможные сумки, подсумки и карманы он пытался уместить в своих руках печатную машинку и еще пару банок неизвестного происхождения. - Как белка перед зимовкой. А ты чего, успел уже эти дома обыскать? Мы ведь договорились... - Договорились, но я решил не дожидаться и пойти к тебе на встречу. Ты ведь просил письменные принадлежности - получи и распишись. - произнес Дамир, не дав договорить своему собеседнику. - А в рюкзак он к тебе, как я понимаю не влезет. - Нет. А что насчет тебя? Я не вижу, чтобы ты нес, что то ценное или хоть что то. - Представь себе - да. Сегодня я без всего. - Ну тогда давай к тебе ее и сложим. - Дамир стремительно вложил в руки Идиота печатный драндулет. - Я не... А блин! - Сергей не ожидал, что этот доисторический объект всемирного наследия такой тяжелый, поэтому немного подогнул колени от неожиданности. - Так, сейчас я попытаюсь доложить банки к себе, потом разберемся с этой машинкой. Дамир попытался сложить сверху банки, но ничего не вышло, так как сумка была забита под завязку всякими консервами. - А ты, что то помимо консервов, взял? - с удивлением нагнулся над Дамиркиной сумкой и над ним самим Сергей. - Ну, да. Крекеры. - Замечательно, то есть у тебя вся сумка жрачкой забита? - Нас много, и мы не знаем, когда еще будет следующая "съедобная" станция, поэтому захватил, все что смог утащить. - То есть это не все? - Нет, там еще в три подхода этого добра. - Это у кого столько? - Да не знаю, хозяина не было на месте, быть может работник какого-то мясокомбината? - Дамир выдохнул, и с принятием проигрыша застегнул свой рюкзак. - Давай к тебе. - То есть, ты мне предлагаешь, чтобы мы с тобой как две красные шапочки пошли к злому волку с под завязку забитыми сумками гречки? - Он зуб сломает об машинку. - Дамир стоял в рост, смотря на Идиота с банками консервов в каждой руке. - Тем более, нужно ведь как-то незаметно пронести машинку мимо полковника? - Ладно, давай. - сломившись согласился Идиот. Теперь они вдвоем корпели над сумкой Сергея, пытаясь упихнуть в нее железный ундервуд. Выглядело это со стороны - комично. - С этим мы разобрались, остались твои пайки. - Сложи их сверху. - Ага! Куда я их тебе положу! Я же не ношу с собой, в отличии от некоторых, мешок-палатку для десятерых человек. - Нормальная у меня сумка! Ты всегда берешь с собой впритык. - Щедрая ты у нас душа. - Чего вы тут разгорланились на всю округу! - крикнула им Анна, опираясь об небесно-голубые створки забора. Ребята быстро закрыли свои рюкзаки и погрузили их на свои спины. Идиот чуть пошатнулся, от неожиданной, но приятной тяжести за собой. - Ох, вот вы набрали всякой "всячины". Дамир прошел вперед, оставляя за собой Сергея. Он направился с Анной к составу поезда. Идиот же шел с Артемом, обсуждая, что им довелось встретить в этом населенном пункте. - Я тут кое-что прикарманил. - Ну давай, показывай, что ты там припрятал от всевидящих ок твоего тестя. Артем остановился, чтобы приоткрыть свой рюкзак. Сергей, как и Артем смотрели в темную и загадочную глубину сумки. Артем достал со дна одного из карманов игрушечных фарфоровых слонят. - Целое семейство нагреб. - с приятной улыбкой произнес Идиот, наблюдая за игрой солнечных лучей на глянцевой перламутровой поверхности фигурок. Игрушки было запрещено нести в вагон, но Артем тщательно отбирал подходящие: проверяя их на дозиметре, и промывая в разных химических составах. - Что вы там застыли?! - махала им издалека дочь полковника. Спартанцы собрались и уверенным шагом направились к вагону. - Ну и где вас носило?! - на высокой ноте встретил их с порога Мельник. - Задержались немного. Пришли, целые и живые. - ответила ему Анна. - Вижу, показывайте, что притащили. Ребята стали выкладывать на стол все найденные и "легальные" вещи. Все выложили, что нашли. Единственное, что выложил на стол Идиот были две недостающие банки для "комплекта" Дамира. - Не густо. Дамир, ты откуда это добро достал? - Да так, зашел в один погреб. - Этого еще не хватало. Погреб, забитый до краев пайками, в неизвестной деревне. Мельник их вообще больше никуда не пустит и будут они мчать до самого "Ковчега" на всех парах или до того момента пока топливо не кончится, тогда мы перейдем на био-двигатель - в комплектации всех дееспособных спартанцев, и будут они на пару с дрезиной тягать Аврору до самого входа в военный комплекс; картина маслом: "Бурлаки на транссибе." - Там пусто было, да и пайки с русскими упаковками. - понял свою оплошность Дамир, и пытался уже исправить ситуацию, но было уже поздно. - И что, что с русскими буквами, может у них такая маскировка! Еда может быть приготовлена вообще в другой стране! - Успокойся, сейчас мы посмотрим маркировку. Если бы там находились постоянно, то и банки были бы свежими. Анна внимательно осмотрела банки. - Маркировка от седьмого июня две тысячи восьмого года. Почти как Артемке. - До какого? - До десятого года. - Чего?! - недоумевая выхватил банку Дамир. - Как до десятого, я же проверял! - Смотри, а это до пятого. Эта до четырнадцатого. - То есть они все испорченные? - скептически и даже успокоившись поинтересовался у Анны Мельник. - Выходит, что так. - Да блин! Я самое главное - думал еще вернуться. Взял ведь, самые не припыленные. Парни тихонько посмеивались в сторону. - А вы чего смеетесь?! Вы, что принесли на этот раз? - угрожающим голосом обратился к Артему и Идиоту полковник. - Дотащил банки, которые не влезли в рюкзак к Дамиру. - И все? - Все. Сегодня худо вышло. - Понятно. - недовольно произнес Мельник, поворачиваясь к Артему. - У тебя, что на это раз? - Да так, пара бумаг и карандаши. - Детский сад - ясельная группа! Один просрочку притащил, другой карандаши! У тебя то что?! - Карта России, от две тысячи тринадцатого года. - ответила Анна. - Уже лучше, но она не свежая. - Ничего, это уже хорошо, можно мне ее себе забрать, если она вам не нужна? - Забирай, но зачем она тебе? - Буду у себя в комнате работать с ней. Не думаю, что после войны прокладывали железные пути. Поэтому они должны были сохраниться до настоящих дней. - А что, если служащие других стран проложили свои "пути"?! - изящно перефразировал "оккупантов" полковник. Ведь это слово, за последние полтора месяца, осточертело уже всем. - Нужно будет и об этом поразмыслить. - Поразмыслишь у себя в комнате. Сегодня мы проедем еще "Белес", после него встанем до следующего дня. Свободны. Словно провинившиеся дети они шли вдоль коридора пассажирского вагона, но пакость точно удалась, поэтому выражения их лиц были довольнымы за проделанную работу. Входя каждый в свою "спальню", они стали раздеваться и выкладывать нажитое, и не отобранное "начальством". В своей каюте Идиот находился один: Дамир выкладывал в угольные ящики свою просрочку; Князь стоял на пару и забрасывал в печь свои штрафные килограммы угля и банок, за отмороженное место и подцепившийся бронхит; Сэм стоял на корме и проверял счетчик Гейгера. Сменив свою спецодежду на домашнее одеяние Идиот принялся ждать ужина, так как обед они пропустили, шатаясь по заброшенной деревушке. Лежа в своей постели и наблюдая за перебежками солнечных лучей об верхнюю койку Дамира Сергей вновь окунулся в бессмысленный парад размышлений. Сегодняшняя встреча с прошлой жизнью людей нагоняла на порой странные скалы домыслов, не давая поймать идеальную гладь мысли. Бросая то от одного берега на другой. Пусть, на календаре было уже четвертое апреля, но погода была похожа больше на февральскую. Проталины и выступающие участки асфальта быстро оказывались под тонкой пеленой накатившего снегопада. Артемка совсем недавно отметил свой день рождения. Еще ведь пытался укрыть его ото всех, чтобы его не дергали за уши и не раскачивали больше двадцати раз на стуле, вызвав тем самым морскую болезнь. Подарков таковых не было, вернее, кто что интересного с поверхности притащил - все дарили. Уже вечерело, и поезд тихо начинал набирать скорость. Короткий и ритмичный стук колес вводил в транс, тем самым напевая успокаивающую мелодию. Глаза закрылись сами собой. Окутываясь и погружаясь все глубже в сновидения, мысли принимали разнообразные, неконтролируемые очертания, перевоплощаясь в изуродованное сознанием нечто, что сложно было охарактеризовать как "помысел". - Идиот, подъем! Труба зовет! Тебя полковник звал. - запыхавшийся после сдачи "просрочки" Дамир принялся складывать свою одежду на верхнюю полку, возле формы Сергея. - Хорошо. А мы еще не проехали "Белес"? - усевшись на край постели, протер сонные глаза философ. - Нет, полковник как раз на этот счет к тебе обратился, ступай к нему, ты же знаешь, что он не любит ждать. Ты, кстати, куда "контрабанду" сунул? - В багажном отсеке - под кроватью. Без меня не распаковывай! - Сергей вышел из купе, прикрыв за собой дверь. Проходя мимо камбуза Идиот заметил Сэма, который склонился над ведром картошки и усердно принимался ее чистить. - Тебе помощь не нужна? - О, привет! Нет, спасибо. В добровольцы сегодня назначили Князя. - Ну-ну. Ты ему скажи, чтобы он над картошкой подышал, от кашля и от дурного характера. - Хе-хе! Передам! Поднимаясь по лестнице в зал управления Сергей заметил, что в кочегарне во всю трудится Князь. Вид у него был болезненный. - Через сколько приблизительно будем проезжать станцию? И кто на этот раз выйдет на осмотр? - Осмотра не будет. Мы проедем эту станцию, так же как и "Кайнар". - Проедем? - Да. Поселки маленькие, да и уборочные здания для зерна занимают, почти что половину территории. - Значит, что возле них расположено еще пара путей, на которых может быть топливо и вода. Если это так, то может остановимся? - Топлива, по словам Ермака, хватит еще на неделю. Поэтому нам без надобности брать еще. - Понятно. Я еще нужен? - Завтра мы планируем доехать до "Уральска", так как сегодня мы не успели, потому что кто-то запозднился. Это большой поселок, поэтому мы должны быть готовы ко всему. - Там, вроде, еще колледж есть и пара школ. - Ты давай прекращай лелеять мысли о походе туда! Вместо тебя пойдет Алексей. - Но! - Без "но". Ты и так балду гоняешь сутками напролет, так еще и сегодня выделился, притащив за Дамиром его же протухшие банки, которые ему в руки не поместились! - А взрываются они громко! - прозвучал голос Игоря с нижней палубы. - Не хрен было их сжигать, эко-туристы нашлись, блин! - Алексей еще не оклемался после ранения, Степан спину прихватил, Князь заболел, а Сэма, Николая и Креста нельзя вообще из поезда выпускать! - протестующим тоном высказал свое негодование Идиот. - А кого ты мне прикажешь посылать на неизвестную территорию? Ермака?! - Я с радостью! Нужно все таки кости поразмять. - довольно произнес штурман на своем рабочем месте. - Этого еще не хватало. - удручающе произнес полковник. - Ладно, но чтобы в этот раз, ты принес хоть, что то стоящее! И чтобы это были не книги по психологии! - Так точно! - Свободен. Довольно спускаясь по лестнице, Сергей увидел в конце кочегарни силуэт Дамира, который уже вовсю трудился, закидывая в печь угли. На кухне сидел американец, который вел оживленный диалог с Князем за ведром нечищеной картошки. Пройдя апартаменты молодой пары Идиот направился к выходу, чтобы посмотреть на станцию, которую они собираются проезжать. - Привет. - послышалось с правой стороны. - Здравствуй. Снова прочищаешь до сверкающей чистоты? - А как же! Чистка лишней не бывает. - Николай мог неотрывно вести свой монолог о видах оружия: о их тонкости, различий и схожести, обращении, превосходстве и о многом трудом. Идиот иногда завидовал ему: знать так несравненно свое дело, что ты мог бы рассказывать об этом часами - завораживало его. Ему всегда было интересно послушать мастера оружия о его ремесле, даже не потому что - профессия требовала, а потому, что было интересно его слушать. То, с каким воодушевлением он рассказывает о каждом стволе, с какой любовью и трепетом к этому относится. Идиот не был мастером какого-то одного промысла, да и мастером нельзя было назвать, так "все развитый". С каждого по нитке. - Ладно, я на площадку пойду, сейчас станцию будем проезжать. - Хорошо. - уткнувшись в приклад взглядом произнес Тэтэшник. Выйдя на заднюю площадку, на которой находилась канистра воды, между вагоном и дрезиной Креста, Сергей прислонился к поручням и наблюдал за мимо мчащимися деревьями, освещенными вечерним солнцем. - Здорова служивый! - поздоровался Крест, приближаясь к спартанцу. - Добрый вечер. - Я слышал Дамирка банки порченные притарабанил и то, что ты ему помог их дотащить. Ну вы даете! - посмеялся механик. - Не пропадать же добру. Зато хоть Князя позабавили. - Так вот, что это взрывалось?! Ахаха! - попытался закурить Крест, но его зажигалка все никак не хотела зажигаться. Сергей вынул пачку спичек и зажег одну, прикрывая ее ладонями от потоков воздуха. - Спасибо. - зажав в губах сигарету закурил о зажженную Идиотом спичку, проговорил Крест. - А ты чего вышел то? Обычно ты сычуешь у себя или возле своей "ненаглядной". - У нас с ней отдых, друг от друга. - Ну конечно, кому понравится, когда в тебя засовывают протухшую гречку. - посмеиваясь выпускал Крест из за рта столб дыма, который быстро растворялся в воздухе. Мимо них стали мелькать: дома, сады, деревья и речка, которая скрывалась за ними же. - Удручающая картина. Сколько я таких деревень отъездился, все как одна. Сергей молча наблюдал за тусклым пейзажем, который время от времени разбавляли лучи солнца. Осталась последняя улица, Сергей смог разглядеть на сером небе столб дыма из деревни или ему это показалось? И она тут же исчезла за близрастущими к путям деревьями. - Что у нас завтра намечается? - поинтересовался планами командования механик. - Доехать до "Уральска". - Масштабные планы, прихватите чего полезного от туда. - Договорились. Они какое-то время постояли еще, наблюдая за тем, как Аврора все уверенней брала темп, и тем как небо окрашивалось в багровый цвет. Сергей все чаще начинал зевать, видимо подъем в пять утра сказывался на нем, поэтому он принял решение пойти вздремнуть перед ужином. - Я пойду, а то в сон клонит. - Ну иди. Ты только ужин снова не проспи! - на прощание крикнул докуривающий ему Крест. Николая на месте не было, видимо его вызвала к себе начальство. Сергей вошел в каюту: Князя все еще не было на месте, как Дамира и Сэма. Он лег на постель, закрыл глаза и тут же провалился в глубокий сон. Сегодняшняя вылазка мерцала перед глазами, словно огни проезжающего состава. Запахи пыли на станции, грязи в купе, душного перегара в коридоре затуманивали голову. Словно весь букет этих ароматов въелся в подкорку мозга и сейчас он вновь дает о себе знать. Мы едем уже месяц, трясемся в зажатой консервной банке. Нет ничего, кроме: выжженных огнем и радиацией пустых поселений, лесов и полей, и бесконечных кривых путей, кончающихся на следующем повороте и начинающимися за ним же. Дорога вперед - идеальное путешествие, чтобы переосмыслить себя всего, но не сейчас: когда ты ждешь удара оккупантов в любую минуту, приказа "начальства" вести огонь на поражение, снова бой и снова смерти - ты начинаешь размышлять о своем походе и месте в нем. А необходим ли он; правильно ли мы боимся "того", чего не видим; а существует ли "это"; а что если нет конечного пункта на конце рельс; дойдем ли все вместе до него или разбежимся куда глаза глядят? Этот отряд стал семьей, которая подставит плечо, поддержит словом и не бросит в беде. Да и куда будет бежать, если мы вновь запремся в военном убежище на неизвестное количество веков, прячась от угрозы извне, точно так же как в Москве. В Москве, где остались люди, которые были брошены в свои же бетонные норы из за незнания правды. А что лучше: знать правду и вечность вести бой с неизвестным оппонентом или доживать последние дни в неведении темных туннелях метро? На этот вопрос нужно было еще ответить, и дать внятный ответ можно было бы только по прибытию в "Ковчег". - Хей! Ты, опять ужин пропустил. - сказал вошедший Сэм. - Как пропустил?! - спохватился Идиот. Быстро сев на постель он посмотрел в окно. И вправду, давно опустились сумерки и было лишь видно стволы деревьев, освещаемые проезжающими мимо них окнами вагона. - Опять задумался? - присаживаясь на свое место сказал американец, пододвигая порцию еды Идиоту. - Бывает, накатывает на разные размышления. Вот к примеру: куда мы направляемся и что нас в конце этого ждет? - Сергей почесал рукой голову и посмотрел на своего собеседника. - Военный бункер. - коротко ответил пехотинец, отвернувшись к окну, явно не желая вести разговор об этом. Мысли о будущем пребывании в "Ковчеге" удручали его. Когда ты знаешь, что твоя родина все еще жива, а ты вынужден находиться на территории "врага", подчиняясь его приказам - это не то, что хотел открыть для себя Сэм спустя двадцати лет томления в глубине метрополитена. Быть снова белой вороной, помогать продолжать уничтожать "свою" страну, в своего рода заключении, в бункере. Сэм давно об этом думает, наверное, больше, чем может представить себе Идиот. Раньше хоть были мысли о возвращении домой, но после разговоров с полковником это желание явно под утихало в нем. Сергей уже пожалел о том, что спросил. Напоминать своему другу какой он "особенный", Идиот не желал. А он поистине особенный: его чувство юмора, характер, акцент. Быть может, во всем этом виновен его родной менталитет, но Идиот ценил это в нем. - А что парни сейчас делают? - попытался увести разговор в другое русло Идиот, отламывая кусок картошки. - Степа попросил у полковника отпустить его на следующую вылазку. Он вышел из своей каюты и направился сразу же к Мельнику. Мы только слышали конец их разговора. - И что сказал? - Согласился, но только при условии, что ему к тому времени станет лучше. - А успеет ли его спина вылечиться за день? Я не против, просто мы не знаем, что нас ждет, поэтому следует подумать, кого с ним отправить. Спасибо, что сказал. - Да ты сам спросил. Кстати, Тэтэшник сегодня на вечерней топке. - Да ладно! Выполз все таки. Ну, физические упражнения ему не повредят. - Все остальные пьют на кухне. - Я надеюсь чай, а то, не пригласить меня на такое пиршество, было бы совсем опрометчиво с их стороны. - Не переживай, чай. Ты спал, поэтому я не стал наливать. Я сейчас тебе принесу. - Сэм вышел их комнаты. Спустя пару минут он вносит две чашки чая. - Картошка вышла превосходной. - звонко постукивал ложкой Сергей, доскребая крошки с тарелки. - Ты разве тоже не пил? - указал взглядом философ на два стакана в руке американца. - Не хотелось. - он подставил стакан своему собеседнику и сам сел напротив. - Спасибо. - Сергей обхватил двумя руками сосуд. Он уже не в первый и не во второй раз приносит еду в каюту. Идиот частенько начал засыпать под вечер и отсиживал почти все время у себя. Сэма никто не просил приносить порции, даже сам Идиот. Оставшееся время они просидели молча, наблюдая за мчащейся кромешной тьмой по ту сторону окна. За это время успели вернуться и остальные соседи по комнате. Князь сразу же залег спать, на него тоже повлияло пробуждение в пять утра и трехчасовой сон. Дамир, включил лампу над собой и еще какое-то время читал книгу, которая досталась ему по "дешевке". Идиот не стал заводить разговор вновь, чтобы не отвлекать от чтения своего товарища. Свет лампы отблескивал от граненых стаканов и мягко освещал все вокруг. В коридоре послышались шаги, это был Крест. Он тихо стучал в каждую комнату и сообщал о том, что собирается отключать свет. Глухой стук прозвучал и в их дверь: - Добрый вечер, я собираюсь отключать свет. Вы тут это, при свечах долго не сидите, а то у нас их не так много осталось. Хе-хе. - Хорошо. - А, мы скоро собираемся останавливаться, поэтому, пока не закрыл туалет, есть возможность успеть занять очередь. - ехидно посмеялся Крест, закрывая дверь. Туалет был открыт всегда, просто поездная тематика вагона давала о себе знать. - Нам стоит закругляться. Утро вечера мудренее. - Идиот отставил пустой стакан к тарелке и стал переодеваться. Обычно Сэм ложиться раньше Идиота, но сейчас он совсем не торопился ко сну, видимо, вечернее обсуждение планов подняло неприятный осадок со дна. Он все так же был прислонен к стене, а его взор неотрывно смотрел в темноту проезжающего мимо леса. Дамир успел уже отложить свою книгу и выключить свет. - Спокойной ночи. - прозвучало на второй койке. - Спокойной. - ответил ему Сергей. Идиот уже снял с себя штаны и лег в постель укрыв ноги одеялом и клетчатым пледом. - А ты чего? Не собираешься сегодня ложиться или ты перешел на ночной образ жизни? - Хе-хе, нет. Просто не хочется спать. - Понимаю, у меня вот бессонница началась. Встаю каждый день раньше петухов, под вечер меня вырубает с ног, а ночью заснуть вообще невозможно, только часов так в четыре засыпаю. Боюсь, как бы меня вообще не клало в сон. Не хочу оставаться с самим с собой наедине. - Сергей подложил руку себе под голову и рассматривал мелкие царапины на кровати Дамира. Свет погас, до того как Идиот успел его выключить над своей головой. - Ну вот. - философ выключил лампу, чтобы при подаче электричества вновь она не зажглась и не катала ценный ресурс по чем зря. После того, как глаза успели привыкнуть к темноте, за окном показался лунный свет, который освещал комнатное пространство и сидящего за столом Сэма. Он смотрел куда-то в небо. Сергей поднял свой взгляд выше и увидел относительно чистое небо, усыпанное звездами. Идиот не заметил как закрыл глаза и провалился в сон.