Так нужно

– Ты что сделал? – Спокойно, Пенис, твоя практически бывшая подружка мне не поверила! – А что, если бы поверила?! От Мишель вообще нельзя ожидать логичных действий! Ты должен… – Я абсолютно ничего не должен тебе, Паркер! – выплюнул Томпсон. Они сидели за столом той самой кафешки, в которой работала Джонс, вот только сегодня была не ее смена и за барной стойкой стояла какая-то миниатюрная светловолосая девушка, бейджик с именем подсказывал, что ее зовут Саша. – Ты вообще должен благодарить меня за то, что я не растрепал эту твою тайну журналистам. – Дак что же тебя останавливает? – медленно спросил разозлившийся Питер. Ему не нравилось то, что сейчас происходило, не нравилось, что Флэш сейчас легко мог поставить свои условия и Паркеру пришлось бы им следовать. Теперь ему не казалась возможность общаться с человеком, который помнил его изначально, такой уж прекрасной. Потому что этим человеком оказался невыносимый Юджин Томпсон, совершающий глупые и необдуманные поступки. – Я ненавижу тебя, Питер, серьезно, ты меня больше, чем бесишь. – начал парень – Но Паука я на удивление до сих пор уважаю. И я не собираюсь портить его карьеру из-за такого жалкого человека, как ты. – Этот жалкий человек за год добился больше, чем сделал ты за всю свою жизнь, Флэш. – Паркеру все больше хотелось треснуть этому несносному говнюку. – И чего же добился ты? Что сделал ты без своего суперкостюма? Чуть ли не разрушил нашу Вселенную? Или выпустил всех монстров, чтобы великодушно им помочь? На что ты способен без своих суперсил? Томпсон замолчал, а Питер и не спешил отвечать ему. Сказал бы все это Флэш шесть лет назад маленькому и неуверенному Паучку, только получившему свои суперспособности, он бы лишь кивнул в согласии. Потому что тогда Паркер действительно думал, что совершенно ничего не достоин, он, в принципе, много чего думал совершенно неправильно. – Суперспособности это не просто бонус, это часть меня, придурок. Они для меня, как для тебя гребаные легкие. Да, то, что я сделал долго будет мучать меня и не давать уснуть, – он тяжело вздохнул – но тогда я думал лишь о том, чтобы просто пожить простой человеческой жизнью. Я спасал город от воришек, я помогал Мстителям в самой настоящей войне, Тони нашел меня в мои пятнадцать, я же был мелким мать его школьником, не думающем о будущем. И я считал, что заслужил все то, чего когда-то лишился. И это желание чуть не уничтожило нас, и я это понимаю. Но я все предотвратил, да, с непоправимыми последствиями, но для тебя это никакой роли не играет. Потому что твоя жизнь никак не изменилась. Их разговор снова зашел в тупик, никто из этих упрямцев не желал заговорить первым, по правде говоря они вообще хотели уже разойтись. И что это напало на Питера дать Юджину свой номер телефона? Чтобы сейчас сидеть и выслушивать, какой он жалкий человек? Планы по прощанию пришлось отложить, потому что двери кафе открылись и в него вошла темноволосая девушка. Флэш повернул голову в сторону входа машинально, и совершенно не ожидал увидеть на пороге свою раздражающую одноклассницу, из-за которой весь этот разговор и сложился. И да, Томпсон был уверен, что виновата именно она. Конечно же не он, ну и что, что именно Флэш и позволил узнать Джонс о существовании Питера Бенджамина Паркера. – Ээ, Пенис. – он толкнул своего собеседника, что сосредоточенно смотрел на белую стенку и иногда подносил к губам кофе. – Перестань меня так называть. – Хватит ныть, лучше взгляни, кто пришел. – Питер лениво повернулся и увидев Мишель поперхнулся. – Эй-эй, не заляпай мое пальто. Джонс только оторвалась от своего телефона и пошла в сторону комнаты для персонала, что находилась прямо возле парней, попутно снимая свою верхнюю одежду. – Саша, я здесь! – сделав еще шаг Мишель обращает внимание на двух знакомых ей клиентов. – О, наконец-то, Джонс, я опаздываю на автобус! – светловолосая девушка мигом покинула барную стойку, полностью оставляя все на свою напарницу. Но ЭмДжей все пыталась уложить в голове то, что она откопала. К ней в кафе… Нет, не так. В кафе, где она работает, стал захаживать симпатичный молодой парень, приблизительно ее возраста, он ведет себя странно и всей душой Мишель чувствует, что-то в этом парне не так. И это было не что-то типо “От него несет опасностью”, но в первые дни его захаживания, именно в это заведение, ей казалось, что ему, Питеру Паркеру, было чертовски плохо. И он чуть ли не заплакал, а может и заплакал уже на улице, кто знает. А самое интересное в этой истории было присутствие Томпсона. Мишель могла просто посчитать, что парнишка Паркер мог запасть на нее и приходил в ее смены по зову сердца. Но ведь почему-то Флэш говорил им что-то о ее парне? Почему Питер Паркер должен быть ее парнем? Может это он сам и сказал Томпсону? Ведь эти двое могут дружить, а парень Паркер мог просто пошутить или.. Похвастаться? Как можно хвастаться тем, что его девушка – она? А еще Мишель пыталась растасовать то странное объяснение Флэша по полочкам, сохраняя потенциально возможный факт о Питере, приукрашенный красивой ложью красивого лгуна. Но.. Что он нес? Серьезно. ЭмДжей могла много чего понять и много во что поверить, но именно в эту историю поверить крайне сложно. Но когда это Джонс не могла решить задачку на логику? Даже, если ее и не было, она находила. И девушка была уверена, что найдет ее и здесь. – Флэш, мы как раз еще не выкинули объедки, тебе принести? – самой что ни на есть милой улыбкой спросила Мишель. – Пошла ты. – отмахнулся тот. – Значит вы знакомы? – Да-а, – неуверенно протянул Питер, все больше и больше желая слинять отсюда, как бы ему не хотелось смотреть на девушку всю ее смену. – родители познакомили. Мишель прищурилась, понимая, что ничего не вытрясет из этих двоих и прошла в комнату для персонала, чтобы надеть свою форму. Уже собираясь выходить она услышала чей-то визг, а дальше был громкий продолжительный шум, из-за чего Джонс вздрогнула. Она быстро осмотрела помещение, думая где можно спрятаться, сейчас ее совершенно не заботили деньги в кассе, ей хотелось остаться живой. Поэтому с тяжелым дыханием она встала за шкафчик, сильно зажмурившись и пытаясь успокоить сердцебиение. Телефон она успела положить за барную стойку, не слишком заботясь, что его могут украсть, поэтому связаться с копами не было возможным. Ни одного окна не было, ничего не позволяло ей выбежать за пределы здания. Но спустя несколько секунд (серьезно, секунд!) все затихло. Что, если честно, заставило беспокоиться девушку еще сильнее, но она лишь крепко сжав ладони, отправилась к выходу из комнаты. Уже собираясь выйти, ее глаза наткнулись на мирно стоящую в углу швабру. – Будешь моим молотом. – прошептала вслух девушка крепко обхватывая руками свое оружие. Мишель распахнула дверь, сразу начиная оценивать ситуацию и выискивать врагов. Но ситуация казалось исправленной, а враги уже найденными. Милый паренек Питер Паркер стоял возле бессознательного мужчины в черном одеянии, приветливо улыбаясь вошедшей в хол ЭмДжей. На полу валялся пистолет, пару стульев были перевернутыми, в остальном все было нормально. – А… Я слышала крик. – Питер на это усмехнулся и указал за барную стойку. Джонс послушавшись подошла к ней, заглядывая, на что мог указывать парень и громко хмыкнула. На полу прижав ноги к груди сидел чертовски напуганный Флэш Томпсон собственной персоной. – Так… И, это ты его? – она указала наконечником швабры на вора. – Ну.. Есть такое. – Что же, – протянула она, удивляясь силе этого парня. – Спасибо. – Всегда рад помочь. – он подошел к почти пришедшему в себя Томпсону, помогая тому подняться. – Боже, как я рад, что ты есть, Паркер. – Питер же самодовольно улыбнулся и неловко попрощавшись с ЭмДжей повел Флэша на выход. Ей же предстояло разбираться с копами. *** – Привет, Мэй. Ветер под вечер усилился, из-за чего Питер сильнее укутался в свою курточку. Но даже такая плохая погода не могла остановить парня от посещения своей тети. Это был второй раз, когда он пришел к ней. Не то, чтобы Паркер мог забыть об этом прекрасном человеке, что смог заменить ему мать, что смог воспитать его. Мэй Паркер была потрясающим и ярким человеком, она заботилась о нем, поддерживала, помогала. Она сделала из него того, кто он есть сейчас. Мэй учила его быть сильным и никогда не сдаваться, Мэй учила его делать хорошее и оставаться хорошим, даже если абсолютно весь мир погрязнет в беспросветном мраке. Эта женщина была светлейшим ангелом в его жизни, сейчас она была ангелом на Небесах. – Я соскучился… Как ты там? Надеюсь, не обижаешь Тони? – он приостановился, не зная, что еще можно сказать, в прошлую встречу Питеру не хотелось ничего говорить, но сейчас он просто жаждал поделиться с его родным человеком о том, что случилось. – Наверное это хорошо, что сейчас ты не в этом мире? Знаешь, нам обоим было бы вдвое хуже, если бы Питера Паркера не существовало. Я просто… Я о том что… Тебе было бы сложнее пережить одной потерю Бена, я думаю, и… Ладно, хорошо, забудь. – Мэй? – парень неуверенно заглянул в гостиную, как только услышал тихие всхлипы. – О, Питер, дорогой, проходи. – тетя сидела с красными глазами на диване и, как могла, пыталась улыбнуться. У нее получалось это отвратительно, поэтому мальчик решил просто подыграть своей тёте и улыбнулся в ответ, шагая в комнату. – Что ты делаешь? – он тихо спросил, обнаруживая альбом у нее на коленях. – Смотрю фотографии с Беном. Хочешь составить компанию? Питер лишь кивнул, усаживаясь поудобнее. Мэй было очень больно, он видел какой потерянной она ходит изо дня в день, он слышал, как она тихо плачет по ночам, думая, что племянник спит и ничего не замечает. Но Питер замечал, и у него разрывалось сердце от мыслей, как его дорогая тетя страдает, он хотел помочь ей, вот только не знал как. Поэтому просто все время был рядом с ней. Они смотрели фильмы или готовили вместе ужин, парень часто прижимался к ней с объятиями, просил временами помочь с задачками по химии. Он превосходно знал этот предмет, но каждый раз приходил за помощью, только чтобы Мэй начала увлеченно рассказывать о химических элементах. И все стало налаживаться, понемногу Мэй отпускала своего любимого, она стала чаще улыбаться, к ее лицу вернулась краска. Но некоторые вечера были все же пропитаны тоской и скорбью по своему мужу. И это было нормально, Питер это понимал, несмотря на свой возраст. – Конечно, давай взглянем на фотографии его молодости. Это… лет пятьдесят назад? – оба члена семьи задорно улыбнулись. – Ты помнишь Флэша Томпсона? Да-да, того самого говнюка. Так вот, он теперь единственный, кто помнит меня. Как тебе ситуация? Я помню, ты его терпеть не могла. – Жаль, что я не могу бить детей. – Ну Мэ-эй, забудь ты об этом. Это ничего. – Какая-то пубертатная язва унижает моего ребенка и ставит под сомнения его ум. Это серьезно. – Мэй уже минут десять возмущалась на поведение одноклассника Питера, ведя машину. – Видит Бог, возьму и пожалуюсь Тони! – Что?? – Питер естественно не поверил. – Я серьезно. – Ему дела нет до мелких школьных потасовок. – Это ты так думаешь. – Я это знаю. – и сколько бы он не спорил с этой женщиной, правда всегда, абсолютно всегда была на ее стороне. – Просто… Забудь, Ладно? – Питер откинулся на спинку сиденья, закрывая глаза. – Это не то, о чем стоит беспокоиться. Как ты и сказала, он всего лишь пубертатная язва. Мне нет до него дела. Мэй лишь тяжело вздохнула, принимая слова Питера и закрыла эту тему. Она не будет наседать на своего ребенка, если все действительно не так серьезно и он в состоянии разобраться сам. Женщина не хотела быть той самой гиперопекающей мамочкой без тормозов. Она… просто наберет Тони. На эту роль он подходит больше. – Воот. Ну, я скучаю по ЭмДжей… В смысле, я вижу ее и знаю, что она в безопасности и от этого становится легче, но… Даже не знаю, это все еще как-то странно. Мэй, Питер и ЭмДжей сидели в квартире Хеппи на кухне. Женщина попросила познакомить своего племянника с его девушкой поближе, потому что ей было сложно считать ту самую встречу в комнате Питера, где он стоял полуобнаженный, нормальной. – А как вы начали встречаться? – О, ну, это произошло в том самом туре по Европе. – Ну там Мистерио, выдуманные им Элементали. Кстати, это с помощью меня была разгадана тайна дронов. – ЭмДжей, как ни в чем не бывало, рассказывала Мэй о совершенно не подростковых темах. – Ого… Мило. – она сделала глоток чая. – Ну так, а. У вас в тот выходной что-то намечалось или… – О Боже, Мэй, нет, неа, я же сто раз тебе говорил, я просто переодевался, я был в костюме. – Питер продолжал что-то тараторить и оправдываться, определенно увлекшись, а женщина в это время лишь приблизилась к Мишель, тихо обращаясь. – Люблю его ставить в неловкие положения. – она коварно улыбнулась, а Джонс ей только понимающе улыбнулась. – Ты следи за ним, он любит цепляться за неприятности. – Заметано. – Видел в прошлый раз тут Хеппи. Пока не совсем получается разобраться, как работает вся эта система по прочистке мозгов, но я разберусь. Обязательно разберусь. – Питер наконец-то положил у надгробья цветы – Я скоро снова навещу тебя. Не скучай. И… Передавай привет маме и папе. Когда Питер покидал кладбище, ему показалось, что Мэй смотрит на него с самой ее трогательной улыбкой шепча: “Я горжусь тобой”.