Причастие Люцифера

После видения я не мог спать. Образы возможного будущего наводнили разум, и голова раскалывалась от тревоги. Оставив попытки осмыслить грядущее, я погрузился в медитацию, благо, изолятор в башне был для этого идеальным местом. После смердящих клеток тюрьмы Ада эта камера казалась номером в отеле. Я сел в удобную позу и попытался максимально очистить сознание, остановив всякие мысли. Но это оказалось куда сложнее, чем обычно. Раз за разом перед глазами возникал образ Непризнанной. Мысли о ней, в чем я даже себе стыжусь признаться, уже давно мучают меня, но вместо привычных картин, полных страсти, я вижу другое. Её глаза, застывшие от ужаса. Её окровавленный рот. Её шея, сжатая в стальной хватке Мальбонте. Хруст костей, последний глоток воздуха. Её гибель, в этот раз необратимая. Не знаю, собирается ли он убить её тем же способом, которым чуть не убил отец, но образ слишком свеж в памяти. В животе всё похолодело, когда дверь камеры открылась, и вошла Непризнанная. Она застала меня в момент, когда я почти усмирил хаотичные картины, мелькавшие перед глазами. Явилась в тюрьму в красной мини-юбке и в топе, едва прикрывающем грудь. "Моя чертовка! ". Дьявол, нужно что-то делать с этим предательским "моя"! Даже в мыслях нельзя так распускаться. Пытался успокоить её насчёт видений, но не стал рассказывать о своём. Сукин сын хочет посеять раздор своими визитами, и желаемого не получит. Тюремные решетки не помешали мне приласкать девочку. Она стонала и извивалась, пока я, скользнув ладонью под ткань порядком намокших трусиков, трахал её пальцами. Её плоть была мягкой и нежной, как теплый зефир, а оставшийся на моей коже запах её сока, который я с удовольствием вдохнул, стоило Непризнанной уйти, ещё долго будоражил. Её крик во время оргазма едва не оглушил меня, не знаю, чем занимались стражники, но спасибо им за то, что не стали вмешиваться. Я сам едва не кончил от того, как она сладко скулила, содрогаясь и едва дыша. Её экстаз стал моим наркотиком, доставлять ей удовольствие всё увлекательнее, мне хочется делать это по-разному, хочется удивлять её. Только через секс я могу выразить свои чувства, ведь слова я себе строго запретил, слишком они связывают, путая, ослепляя, даря ложные надежды. Провожая взглядом её исчезающий за дверью силуэт, почувствовал, как грудь стиснуло, но я приучил себя каждый раз прощаться с Непризнанной, осознавая, что следующего может не быть. Я исчезну из её жизни вместе с угрозой, которая над нами нависла. Когда Мальбонте будет повержен, я одумаюсь и дам девчонке спокойно жить, а сам вернусь на уготованный мне судьбой путь будущего Сатаны. Но сейчас я просто не могу оставить её. Да и, мать его, не хочу.