Жарко

Жарко. Пиздец как жарко в этой чертовой палатке. Оливия еще, как назло, все время дергается, будто припадочная. Боже, за что? — Оливия, прекрати дергаться, — зло прошептал Брайн, боясь разбудить рядом лежащего Ботана. — Мне жарко — продолжала елозить Стар, то и дело задевая своими ногами и без того взъевшегося Брайна. — А мне тесно, но я же не виноват, что вместо того, чтобы положить три палатки, ты, дорогая моя, положила одну. А из-за этого нам приходится спать втроем в одноместной! Ботан зашевелился, что-то бурча про Джонни Деппа и Питера Пена. Брайн замолк, боясь разбудить мирно спящего друга. — Если бы я положила эти гребаные палатки, то в рюкзаки не уместились бы еда. Боже, какая она тупая. — Действительно! — Брайн не выдержал и снова перешёл на громкий шепот, ненавистно поглядывая на сраные рюкзаки, доверху набитые едой. Снова зашевелился Ботан. — Из-за того, что ты, Оливия, любишь пожрать, мы теперь спим в маленькой и тесной палатке, — уже тише сказал Мапс, все еще придумывая план по уничтожению ненавистной еды. — А если тебе жарко, так блин, разденься. Честно говоря, Брайну было категорически похеру на Оливию. В конце концов, это из-за нее они теперь варятся в тесной палатке. Вот пускай себе мучается. «Вот урод», — в свою очередь думала Оливия, глядя на развернувшегося к ней спиной Мапса. Она медленно закипала. Да как он, жалкий блогеришка, смеет обвинять ее? Да и, главное, в чем? Оливия определенно хотела как лучше! И, между прочим, поесть любит тут не она одна! «Разденься». Глупое слово, брошенное Брайном не нароком, всерьёз засело в голове у Оливии. А почему, собственно, и нет? Эти придурки все равно спят, ведь так? По сути, никто ничего не увидит. Гениально! Оливия медленно начала расстегивать пуговицы на рубашке, нервно теребя грубую ткань. Однако верхняя одежда не хотела сдаваться без боя. Ткань липла к телу, влажные пальцы то и дело соскальзывали с пластмассовой поверхности пуговиц и еще, как назло, волосы — очевидно хотевшие чтобы в схватке победила рубашка — лезли и путались то в отверстиях для пуговиц, то в пальцах. Оливия изрядно понервничала. Бой подошел к концу. С отрывом всего в один балл победила Оливия. И когда с рубашкой было покончено, Стар швырнула ее куда-то в ноги, после чего притихла, наслаждаясь нахлынувшей прохладой. Однако длилось это недолго, и Оливия снова заворочалась, опять задевая Брайна. — Ну что опять? — в полу дрёме прошипел блогер, поворачиваясь лицом к Оливии. — Жарко. — Я же сказал, разденься. — Брайн провел по лицу рукой, пытаясь согнать сонливость. Вот же сучка, даже поспать нормально не дает. — Да я уже сняла рубашку, идиот, — разозлилась на него Оливия (однако, ей пришлось злиться тихо, так как очкарик снова заворочался). — Все равно жарко. — Ну сними шорты. И заткнись уже! — А больше тебе нечего не надо? — Оливия была явно поражена наглостью сожителя. — Может мне вообще догола раздеться, чтоб уж наверняка? — Как хочешь, я в принципе не против — ответил Брайн, поглядывая на оголенные плечи Оливии. — Эй, не пялься! — девушка дала Мапсу легкий щелбан, тут же прикрывшись руками. — Было бы на что, — усмехаясь ответил Брайн, но все же отвернулся, снова подставляя подруге спину. — Идиот. Было невыносимо жарко, и, как бы Оливия не ворочалась, прохладней не становилось. Брайн, уже попросту вышедший из сил, наблюдал за тщетными попытками Оливии хоть как-то охладиться. Наконец, Стар стянула с себя чертовы шорты и выдохнула с облегчением. — О, да — прохрипела она. Брайн же разглядывал ее тело, покрытое редкими синяками и ссадинами. Многочисленная россыпь ран и гематом на теле выглядела пугающей и в тоже время, как ни странно, завораживающей. — Оливия, откуда столько ран? — прошептал тихо Брайн, рассматривая каждую. — Да какая разница! Я то падаю, то бьюсь обо что-то… Это я еще мягко отделалась. Оливия, явно не хотевшая обсуждать подобные темы, повернулась к парню спиной, тем самым показывая что разговаривать с ним не желает. Она попыталась накрыться одеялом, но, вспомнив, что ей недавно было жарко, передумала, что-то недовольно бурча. Брайн же не переставал разглядывать тело подруги, осматривая каждый участок кожи. Дальше он уже не отдавал отчет своим действиям. Когда холодные пальцы блогера коснулись оголенной спины, Оливия вздрогнула, недоуменно пялясь в стенку палатки. Подушечки пальцев парня проследовали вдоль позвоночника, коснулись копчика. Брайн шумно втянул носом воздух, убирая пальцы. Прошла пара секунд. Еще одна. И еще. Оливия не шевелилась, Брайн тоже. Однако через пару мгновений Стар снова вздрогнула, изогнувшись всем телом, задевая Мапса. Холодная, большая ладонь Брайна легла девушке на талию. Оливия почувствовала как в животе сжались тысячи мелких иголок… Ладонь парня прошлась по животу, перешла на бедро, и вот уже поглаживала ногу. Сам блогер подвинулся ближе, почти вплотную, утыкаясь носом в волосы Оливии. — У тебя холодные руки. Мапс улыбнулся проводя носом по волосам и зарываясь в них. — А ты такая горячая, — прошептал он, улыбаясь.