Любовь с последствиями

      Почти рассвело. Маринетт вошла в свою комнату и, едва добравшись до кровати, без сил рухнула на неё. Усталость сковывала всё тело, и ей казалось, что она больше так не выдержит.       Всё началось с того, когда её мама заболела. Ей поставили диагноз – депрессия. Сабина всегда была хрупкой и эмоционально неустойчивой. После расставания с отцом Маринетт она так и не смогла наладить свою личную жизнь. Новые отношения возникали, но быстро угасали. Мужчины, приходящие в её жизнь, неизменно уходили. Очередной разрыв оказался особенно болезненным, и Сабина погрузилась в глубокую депрессию.       Теперь всё держалось на Маринетт. Школа, дом и пекарня — их небольшое семейное дело стало её заботой. По ночам она пекла хлеб и круассаны, чтобы утром её мать, собрав остатки сил, могла выйти за прилавок. Но и это происходило не всегда. Часто Маринетт сама становилась продавцом, спав лишь пару часов. Как же сильно ей не хватало мамы, но она должна справиться, просто обязана! Ведь она её очень сильно любит.       Школа стала больным местом. Как подростку успеть справиться со всем этим? На уроках она засыпала прямо за партой. Учителя замечали это и угрожали сообщить директору. Но что она могла сделать? Маринетт жила за двоих, и выбора у неё не было. И всё это происходило на фоне выпускного года. Она мечтает стать дизайнером и создавать красивые наряды, но теперь ей стало казаться, что её мечты растворяются в пекарне и грязной посуде, а всё это сейчас кажется таким далёким и невозможным.       Встречи с друзьями стали роскошью. Какое там гулять с Альей или Нино, когда нужно было спешить в пекарню? А ещё был он — Адриан. Новый парень в их компании. Они сидели рядом на уроках, и Маринетт ловила его взгляды. Он тут же отворачивался, неловко улыбаясь. Его интерес к ней был очевиден, но... какие сейчас мальчики?       Будильник зазвенел. Маринетт подняла голову. Она не знала, сколько пролежала, возможно, даже задремала на какое-то время, но вставать было необходимо.       Вставь и подойдя к своему рабочему столу, Маринетт заметила на краю стола, заваленного черновиками и учебниками, её старый альбом для рисования. Маринетт провела по нему рукой, чувствуя, как её пальцы едва ощутимо дрожат. Она не открывала его уже очень давно. Мечта стать дизайнером казалась сейчас далёкой и невозможной. Она осторожно подняла обложку, увидела свои наброски платьев — лёгкие линии, пастельные цвета. Когда-то эти рисунки дарили ей надежду, а теперь только напоминали о том, как тяжело ей идти к своей мечте.       Повернувшись к окну Маринетт заметила, что за стеклом промелькнула какая-то тёмная тень. У неё появилось чувство, что за ней кто-то смотрел. Кто это? Грабитель? Или может быть это... Кот Нуар?

***

      Прошло несколько месяцев, как Адриан начал следить за Маринетт. Что-то в её поведении сначала казалось ему странным. Она всё чаще пропускала уроки, а когда всё же приходила, то выглядела измождённой. Алья и Нино явно всё знали, но не говорили об этом при Адриане, и Маринетт сама не делилась подробностями. Лишь однажды она обмолвилась, что в их семье сейчас трудный период. Адриан не мог не волноваться. Её соцсети были почти пусты: никаких новых фото, записей или комментариев. Всё, что оставалось, — это смотреть за ней из тени, как Кот Нуар. Ведь он же этого и хотел.       А потом всё стало понятно. Через ночные окна её дома он наблюдал, как она справляется с домашними делами.       В один из вечеров, Адриан заметил, как Маринетт стояла у раковины на кухне, глядя в пустую чашку с чаем. Её глаза были красными, и она казалась такой уязвимой, такой хрупкой, что Адриану захотелось обнять её и утешить. Но она вытерла слёзы, словно ничего не случилось, и включила кухонную плиту, начала готовить еду.       Он часто видел, как Маринетт приносила матери еду и лекарства, а та, приняв лекарства и почти не притронувшись к еде, снова ложилась и отворачивалась к стене.              А ещё он видел, как Маринетт часами работала на кухне, замешивая тесто и вынимая из духовки золотистые круассаны.       Иногда Маринетт рано утром, после готовки, выходила на балкон и обнимала себя руками, будто старалась найти внутреннюю опору. Она стояла там, глядя на пустой город, собирая силы, прежде чем погрузиться в очередной день, полный одних и тех же забот. Адриан понимал, что это была её маленькая битва с миром, которая оставалась скрытой от всех.       Всё это разрывало на кусочки его сердце. Её боль стала его. Он видел, насколько ей тяжело. Пока её мама болела, она всё время была одна. Адриан был уверен, что она чувствует себя такой же одинокой, как и он.       Но были и приятные моменты, которые Адриан не мог выбросить из головы.       Однажды он заметил, как Маринетт шила платье. Красная атласная ткань, искрящаяся в свете настольной лампы, ложилась мягкими складками. Её сосредоточенное лицо, лёгкие движения рук — в этом было что-то завораживающее...       В один из вечеров, Адриан увидел как она читает. Маринетт уютно устроилась в кресле у окна, в руках у нее была какая-то толстая книга в яркой обложке. Вечерний свет лампы нежно падал на ее лицо, подчеркивая тонкие черты и мягкий румянец. Она время от времени задумчиво покусывала уголок губ, погруженная в сюжет. Ее пальцы перебирали страницы, а глаза бегали по строкам с удивительной сосредоточенностью.       Но один из моментов запечатлелся в его памяти особенно ярко. В тот вечер Маринетт готовилась ко сну. Она включила тихую, лёгкую музыку и, пританцовывая, сняла с себя платье. Под ним оказалось чёрное бельё и оно как-то особенно подчёркивало её хрупкость. Свет настольной лампы создавал мягкий ореол вокруг её фигуры, делая этот момент почти нереальным и очень интимным. Адриан замер. Он не должен был смотреть, не имел права. Но оторваться не мог... Он хотел её, но как-то по-особенному, иначе. Этот образ глубоко врезался в его сознание, и он вспоминал его вновь и вновь.       С каждым разом он осознавал, что влюбляется в неё всё сильнее. Маринетт была не такой, как те девушки, с которыми он привык работать. Она была такой настоящей, со своими слабостями и силой. Она боролась с обстоятельствами каждый день, и именно эта борьба делала её особенной. Адриан восхищался её силой. И хотя в школе они общались нечасто, Адриан чувствовал, что понимает её лучше, чем кто-либо другой.

***

      И вот снова наступила ночь. Кот Нуар скрывается в тени, наблюдая за окном Маринетт. Теперь каждый раз, как Адриан её видит в окне, он чувствует, как его сердце замирает. Он увидел, как Маринетт открыла окно, и не смог оторвать от неё взгляда. Её волосы, распущенные по плечам, светились в свете ночной лампы, а её лицо было особенно печальным...       Он и не заметил, как Леди Баг появилась рядом с ним, стоя в тени.       – Ты что, с ума сошел? Кто она? – её голос был резким, как удар, заставив Адриана вздрогнуть.       Он обернулся, и перед ним стояла Леди Баг. В её глазах читалась ярость.       – Леди Баг, ты... ты что, следила за мной? – его голос прозвучал немного нервно.       — Так вот почему ты опаздываешь на патрули и стал рассеянным! Ты не считаешь это странным? – её тон был злым, она шагнула ближе, схватив его за плечо. – Ты следишь за ней! Ты не имеешь на это право! Это подло и опасно! Мы супергерои и не можем использовать свою силу в личных целях!       Кот Нуар отшатнулся от неё и почувствовал, как краснеет, а его сердце забилось чаще.       — Ты же понимаешь, что я должна рассказать об этом мастеру?! Что ты делаешь? Ты хочешь, чтобы у тебя забрали твой камень?       – Нет, ты не сделаешь этого...       – Сделаю! Я обязана!       — Хватит! Замолчи! Да, я слежу за ней потому что я влюбился в неё, и если ты мне не только напарница, но и друг, ты не скажешь ему! — Адриан сделал шаг навстречу Леди Баг.       – Влюбился? – удивилась Леди Баг, – Так вот как всё обстоит... А она об этом знает? Ты же понимаешь, что это может закончиться плохо для нас обоих?       Адриан снова шагнул к ней, не отводя взгляда.       – Леди Баг, пожалуйста...       – Ты должен найти способ быть рядом с ней, как человек, а не как супергерой, Кот. Не так, как ты это делаешь сейчас. Ты не можешь следить за ней, как за объектом. Ты должен стать её другом, а не скрытым наблюдателем, ты не можешь использовать свои силы, чтобы быть рядом с ней без её ведома...       – Я знаю... – прошептал он, опуская голову.       – Ладно, я в этот раз не скажу мастеру, сделаю скидку на твою влюблённость, но ты прекратишь всё немедленно! Одумайся и возьми себя в руки! Я тебя предупредила! – резко ответила Леди Баг и развернувшись, бросилась прочь в ночную тишину города, так же бесшумно, как и появилась.       Адриан вдохнул и выдохнул. Где-то глубоко внутри себя он понимал, что она права, и что это всё неправильно. Но потом, вспомнив, как печальное лицо Маринетт светилось в свете ночной лампы, все его страхи и сомнения растворились. К чёрту Леди Баг, эту ярую моралистку, и занудного Плагга туда же. Он не может и не хочет останавливаться. Он подойдёт к ней, как Кот Нуар, ведь Адриан ничего не знает о Маринетт, а Кот Нуар знает многое. И к тому же, возможно, Маринетт испытывает к нему чувства. То, что сначала показалось игрой, стало реальностью. Он хочет любить её и быть рядом с ней, стать для неё опорой и поддержкой, ведь он — супергерой.