Ночь в Неаполе

Ночь тиха, а полная луна сияет на тёмном небе, которое усыпано звёздами. Неаполь мирно спит. Очередной день давно подошёл к концу. Аббаккио стоял на балконе и наблюдал за мирно спящим родным Неаполем и его улицами, зажимая между средним и указательным пальцами сигарету. Едкий серый дым уносит ветром в неизвестную даль. В такие моменты, когда мир погружается в тишину на душе должно быть спокойно, но у бывшего полицейского наоборот — паршиво. В такие дни мужчина вспоминал свою прошлую жизнь, когда он был полицейским; когда он невольно строил иллюзии того, что сделает мир лучше. Каким же он был наивным пусть и не юнцом, но наивным. Реальность оказалась жестока, что не удивительно. Но у каждого человека когда-либо в душе горела надежда, что всё может стать немного лучше. Эти мысли о прошлом сами тянутся за ним, как дым сигарет тянется к небу. Но всё может разрушиться в один миг вот и тогда всё рухнуло. Надежда оказалась хрупка и как ваза, брошенная на пол в порыве злости, рассыпалась на мелкие осколки. Их он собрать не смог, потому что слишком больно. Тяжело. Очередная затяжка и мужчина тушит её и вздыхает, бросая окурок в пепельницу. — Так и думал что ты здесь. — Кто-то кладёт свои руки на плечи Аббаккио и прижимается к его спине. — Почему не спишь? — Аббаккио оборачивается и, посмотрев на лицо Бруно, на которое падает свет полной луны, обнял его за талию. — Не спится. — Голубоглазый брюнет убрал с лица мужчины прядь длинных волос, которая выбилась из низкого хвоста. — А ты? Снова бессонница? — Да. — Воспоминания? — Да. Буччеллати тяжело вздыхает и прижимается к возлюбленному, сжимая под своими руками ткань его футболки. Это всегда помогает успокоиться. Чувствует дыхание Леоне в области макушки и не может сдержать улыбку. — Что было в прошлом остаётся в прошлом, Леоне. Я знаю, что тяжело, но нужно двигаться дальше. Ты не один. Да, Аббаккио не один. Рядом с ним всегда те, кем он дорожит. Фуго, Миста, Наранча. Даже Джорно по отношению, к которому Леоне был подозрительнее всех. Триш Уна, которая решила остаться рядом с теми, кому доверяет. И Буччеллати… Он протянул руку пепельноволосому мужчине, когда весь мир отвернулся от него и жизнь пошла под откос, скатившись к одиночеству и алкоголю. Но луч света пробился через тьму и осветил ему путь. Леоне Аббаккио ухватился за шанс начать жизнь заново и пускай было трудно хотелось опустить руки, но рядом всегда были люди, которые готовы подставить ему своё плечо. — Я знаю. — Золотистоглазый мужчина зарылся своими пальцами в длинные, цвета вороньего крыла, волосы капо и перебирал их по пряди. Короткие спереди и длинные сзади. Довольно симпатично смотрится. — Спасибо, Буччеллати… — Не за что меня благодарить, Леоне. — Голубоглазый итальянец смотрит в золотистые глаза напротив и после, положив ладонь на щёку мужчины, касается его губ своими. Прикосновение было лёгкое, как крыло бабочки. — Пойдём. Тебе нужно поспать. Завтра у нас много дел. Аббаккио кивает и, перешагнув порог между балконом гостиной, закрывает дверь. В гостиной на несколько минут чувствуется прохлада. Бруно Буччеллати берёт бывшего полицейского за руку и ведёт за собой. Проходя мимо одной из комнат, мужчины замечают приоткрытую дверь, и свет от настольной лампы, которая тенью отразилась на стене. — Я думал, что все комнаты закрыты. — Голубоглазый капо ещё немного приоткрывает дверь и заглядывает в комнату. Картина перед глазами его умиляет. Все от Наранчи до Джорно спали кто где. Гирга спал на кровати, свесив ногу и, казалось, что упадёт на пол в любой момент. Гвидо и Паннакотта уснули сидя боком за столом и подпирая лицо рукой. Джованна и Триш уснули по обе стороны, от середины светлого ковра и изредка хмурились во сне. — Похоже, игра в карты их утомила. — Леоне Аббаккио смотрит на это сонное царство поверх головы капо. — Сегодняшний день выжил из нас все соки. — Да. — Бруно чуть улыбнулся и закрыл дверь. Та тихо скрипнула, но никто не проснулся. — Им нужно хорошо выспаться. Нам тоже. — Начинаешь повторяться. — Иначе ты меня не услышишь. Бывший полицейский берёт голубоглазого итальянца за руку и притягивает к себе, заключая в объятия. Брюнет не сопротивляется и обнимает в ответ. Леоне в очередной раз понимает, что он не один в этом мире, в котором раньше он не мог полагаться ни на кого кроме себя. Сейчас у него есть те ради кого он готов пойти на всё. Прошлое должно остаться в прошлом, за которое нельзя цепляться руками так, будто кроме него ничего нет. Сейчас важно настоящее, которое определяет будущее. Оно туманно, но мужчина не боится сделать шаг в неизвестность, потому что рядом есть те, кто не оставят его. Золотоглазый мужчина смотрит в голубые глаза капо и улыбается. Брюнет улыбается в ответ. Сейчас им не нужны слова. Тишины и бьющихся в унисон сердец вполне достаточно.