pretty faces, dirty souls

— женя, блять, отстань от человека! второй час пошел, ты всё орешь! по ушам резанул громкий крик и феникс, поморщившись, разлепила глаза. мир вокруг больше не плыл, не переливался кислотными цветами, только слуховые каналы будто заложили толстым слоем ваты. она попыталась приподняться, но на движение голова тут же отозвалась парализующей болью. — лежи спокойно, — все тот же голос, только тише. чужие руки мягко, но настойчиво давят на плечи и феникс оставляет бессмысленные попытки. — ну а че она.. ой, — в проем заглядывет черноволосая голова, — проснулась? — проснулась! а ты орешь тут. тяжелый вздох и в расфокусированном поле зрения появляется вторая фигура. — ты как, солнце? голова сильно болит? мягкая ладонь ложится на лоб и феникс согласно мычит. — бедняжка. — жень, она затылком об пол приложилась, да еще и со своего роста. как думаешь, сильно у нее голова болит? — прекрати. я же волнуюсь. — мы все волнуемся, а орёшь почему-то только ты. — ой ли? феникс очень хотелось попросить обоих людей заткнуться, но ничего кроме хрипа не издать у нее не получилось. — так, дин, приподними-ка её. её тянут вверх и феникс поддается. с такого угла она видит, что находится все на той же кухне, только теперь лежит на диване. человека рядом она не может нормально разглядеть — видна только рука и кусок плеча. поодаль у столешницы хлопочет кто-то, кого феникс распознаёт как женю, когда они оборачивается со стаканом в руках. — вот, солнце, попей. совершенно некстати феникс отмечает, что в этой квартире вода будто вкуснее. она пьет жадно, насколько позволят ее положение, блаженно выдыхает и снова прикрывает глаза, когда женя убирает стакан. — таблетку бы лучше дали. — достаточно ей химии на сегодня. вы тут без меня вообще за анькой не следите? — да за ней уследишь. лиза пыталась стопать конечно, но ей же с лёшей идти надо было. — лизоньке моё спасибо. а аню я когда-нибудь всё-таки придушу. — я вообще-то все ещё здесь, — аня входит, опасливо поглядывая на женю, прижимаясь спиной к стене, — ты все ещё злишься? — злюсь, — из голоса пропадает существенная часть нежности, — но ругаться больше не буду. — а, ну вот и славненько, — анька отлипает от стены и, чуть ли не в припрыжку, подбегает к феникс, запрыгивает на диван, — ты только на меня не обижайся, хорошо? я же не знала, что ты так больно упадешь. — да ничего страшного..? — феникс не до конца понимает, что именно произошло, и на что она должна злиться, — а что, собственно, случилось? аня отводит взгляд, и, неловко посмеиваясь, плюхается на стул подальше. женя кладет на гудящую голову мокрую тряпку и поясняет строгим голосом: — а случилось то, что некоторые личности, не будем показывать пальцем, решили влить в тебя некоторые вещества, которые, возможно, при разовом употребление и не опасны, но могут вызывать определенные последствия, в виде нарушенной ориентации в пространстве, а как следствие — приложение затылком об пол. пей. они сует под нос феникс ещё один стакан воды. — х-хорошо, — она находит в себе силы взять посуду в руки. — да-да-да, опять я самая плохая, — подает голос аня, притворно-обиженно надувая губы. — ты не можешь отрицать свою вину в этой ситуации, — шипит женя через плечо, — я могу понять когда ты сандре даешь, но новенькой-то зачем? перепалка заходит на новый оборот и феникс хмурится. писклявый голос ани отдает в висках новой порцией боли, руки слабеют, а отдать чашку назад не получается, так как женя развернулись к ане уже чуть ли не полностью. — вы опять орете, — холодная ладонь ложится на лоб, и это отвлекает от боли. чашку у феникс тоже забирают прямо перед тем, как ее руки падают назад на диван, — либо заткнитесь, либо делайте это в другой комнате. третий человек наконец полностью попадает в поле зрение девушки, заглядывая ей в глаза. бледный, с кислотно-фиолетовой щетиной вместо прически. о нем лёша почему-то не рассказывал, но, кажется, женя обращались к нему как к “дину”. — ну, вроде живая, — кивает сам себе и встает, направляясь к выходу. — ты уже уходишь?! — пискает аня, подскакивая на ноги. — а что мне тут делать? если ещё раз решишь накачать человека — делай это когда я свободен. не собираюсь каждый раз срываться с дел только потому что кому-то плохо, а ты не хочешь огребать от жени. после недолгой возни в коридоре слышится хлопок двери. — а потом удивляемся почему штукатурка сыпится, — бубнит женя себе под нос, снова наполняя чашку и снова пихая ее феникс. — жень, то, что она тут обоссытся, не поможет при.. — молчала бы лучше, — огрызается в ответ, но, к счастью, не повышая голоса, — вода ей хуже не сделает, а только поможет. — ты еще туда камень какой-нибудь закинь. и трав своих добавь. — а может и добавлю. все лучше, чем твои травы. так в феникс заливают еще два с половиной стакана, после чего под руку ведут до ванной. голова не перестает гудеть, но в целом ей легче. обратно до кухни она даже добирается самостоятельно. — вот и как тебе теперь доверять? — женя не прекращает своих причитаний даже когда феникс заходит обратно в комнату и садится на диван. — так же, как и до этого, — аня сидит за столом, по детски болтая ногами и увлечённо печатая что-то в телефоне. — то есть никак? — именно. — вот что ты за человек такой? — самый лучший. их прерывает характерный звук урчащего живота. феникс тут же обхватывает себя руками и густо краснеет, опуская взгляд. — ох божечки, — женя всплескивает руками, — ань, вы ее кормили? — кормежка — не моя зона ответственности. — а что тогда твоя зона ответственности? — они подлетает к холодильнику и распахивает его. бегло изучает содержимое и обращается к феникс, — так, у нас есть что-то похожее на суп, но его готовила сандра с аней на пару, так что очень сильно не советую. есть остатки картошки.. могу по быстрому салат сделать, если ты не против есть его без заправки. — там мои пирожные, — встревает аня, — я совсем не против поделиться. — знаем мы твои пирожные. — да они чистые! магазинные, даже коробка не вскрыта. — ей в любом случае нужно что-то существенное. — ей нужно сладкое! — ей нужны питательные вещества! — спасибо! — пожалуй, на порядок громче, чем надо, вскрикивает феникс. впрочем, это помогает — собеседники умолкают, — мне не принципиально. тем более я еще даже не вкладывалась. — боже, да не думай даже, — отмахивается женя, — не знаю, что тебе там алекс рассказал, но мы все вкладываемся когда и сколько можем. никто с тебя требовать не будет, — поворачивается обратно и снимает крышку со сковородки, — картошки мало и она подветрилась. я могу.. — все в порядке, не нужно лишних хлопот, — поспешно кивает, все еще сжимая себя руками. женя поджимает тонкие губы и ставит сковороду на плиту. конфорка зажигается с третьего раза. пока они помешивает содержимое лопаткой, подогревая, аня открывает ящик и выискивает в нем толстую деревянную доску. женя смотрит на нее, приподнимая бровь, но не спорит. перехватывает доску и кладет на стол, ставя сковороду сверху. в конце концов там и правда меньше одной порции, зачем лишний раз пачкать посуду. насколько сильно она на самом деле проголодалась феникс понимает, только начиная есть. через кухонное окно в комнату заглядывали лучи закатного солнца, а значит она тут уже около суток. дома она ела только с предыдущего утра, поэтому, хоть еда и обжигала рот, девушка закончила с ней очень быстро. подняв глаза, успела заметить жалостливое выражение лица жени, но те быстро его спрятали. — сегодня на ночь останусь только я, и, возможно, сандра, если вернётся. так что можешь занять любую комнату кроме ее. их тут три, не считая ванны и кухни. изначально было две, но мы вынесли все из кладовой и теперь там тоже что-то типа спальни. у тебя нет клаустрофобии? — да вроде нет, — феникс мотает головой, пытаясь соориентироваться. — отличненько. пошли, покажу где заночуешь сегодня. она спешно поднимается и идет за женей. по правую руку от выхода с кухни проем без двери, куда они и сворачивает. комната небольшая, большую ее часть занимает двухспалтная кровать. голый матрас и легкое покрывало. сбоку шкаф, куда женя тут же лезет. — тут лиза была, а у нее какой-то фикс на страдание и неудобство. даже плед в шкаф затолкала. плед оказывается достаточно теплым, в красно-черную клетку. — держи, ночью холодно. в принципе, никто тебя не осудит, если заляжешь прямо в одежде. феникс берет плед и подходит к кровати. осматривает ее недоверчивым взглядом. — на клопов, вроде, никто не жаловался, но не гаранирую. и проверку ультрафиолетом тоже не советую, особенно если ты брезгливая. — ты это серьезно? — она с ужасом выдыхает и оборачивается на женю. они виновато жмёт плечами. — квартира сандры. если хочешь — могу достать тебе чистое полотенце. подложить. но после душа вытираться им же и придется. если сама свое не купишь. — н-не надо, — феникс мотает головой, — в одежде посплю. — ты скоро в принципе ко всему привыкнешь. лизе тут уже рай воплоти, а она ведь тоже недавно совсем пришла. женя выходит из комнаты и феникс снова следует. — в ванной ты уже была, — они останавливается около единственной комнаты с дверью, — пользуйся когда хочешь, но если идешь мыться — предупреждай заранее, чтобы все все успели сделать все, что хотят. если все равно вломятся — можешь со спокойной душой облить из лейки, но насиловать тебя никто не будет, а шторка есть. — а что, замок не работает? — работает, но мы не запираемся. никогда. техника безопасности, — и, видимо не считая нужным пояснить уже сказанное, добавляет, — иногда там спит сандра или дин. обоих гонять не советую. дин может и стерпит, но в случае сандры лучше походить с грязной головой. — а.. — потому что. тут очень многое происходит просто “потому что”. причны, конечно, есть, но не пытай людей. захотят — расскажут. не захотят — их право. и твоё, разумеется, тоже, — женя кивает в сторону кухни, — анька, например, может быть занозой, но если настойчиво дашь понять, что это не ее дело — отвалит. феникс громко выдыхает, кивая. в конце концов, лёша в первую очередь обещал крышу над головой, а не безусловно дружелюбную компанию. — я, наверное, понаглею и пойду к сандре. так можно делать только если ее нет, но если приходит — без вопросов освобожать. если на ночь остается много народу мы спим по двое. кто-то может занять диван если хочет, кто-то закосплеить гарри поттера, — кивает на то, что раньше было кладовой, — смотри по ситуации и по настроению. если хочется и можется — ложись к кому-то. если нет — ищи альтернативы. если кто-то ложится к тебе можешь, конечно, выгнать, но как по мне это уже совсем не по-божески. выгонять никого феникс не планировала, но еще сильнее убедилась, что спать будет в одежде. — так а что по поводу вклада..? — как я и сказали — вообще не переживай. если работаешь — скидывай что можешь сандре. можешь покупать продукты, туалетку, еще какие-нибудь бытовые расходники. у нас тут такой себе коммунизм. готовить умеешь? вообще отлично. а то из готовящих я, дин, и вот лиза недавно. максимум остальных — сварить пельмени. если готовишь — готовь сразу на всех. даже если продукты не покупала — все равно зачтется. феникс кивает, уже более уверенно. — хорошо, поняла.. — не робей, — они улыбается и похлопывает девушку по плечу, — все свои, все всё понимают. я пойду, ты можешь пока с аней посидеть. но бога ради — не бери у нее ничего. себе же дороже выйдет. получив в ответ согласное "угу", женя уходит в комнату у самого выхода. феникс стоит в коридоре какое-то время, перед тем, как последовать их примеру. устраивается на скрипящей кровати и, не снимая одежды, заворачивается в махровый плед. сквозь пелену дрёмы слышит шаги в коридоре, звонкий голос ани, прощающийся сначала с женей, а потом и с феникс. кажется, девочка даже заходит в комнату. феникс получит подтверждение этому утром, когда увидит в зеркале свое отражение. со следом розовой помады на лбу.