Мацуда и Микаса: Ночь из жизни усатого романтика

— А ты не боишься? — спросил усан, обнимая девушку. — Если честно, боюсь, — честно ответила девушка с брекетами. — Я тоже. Они вновь начали целоваться в губы. Языки их сплелись, заставляя растекаться тепло по их телам. Мацуда почувствовал вкус вишни, а ведь это его любимая еда. После довольно продолжительного поцелуя парочка прошла в комнату девушки. Постель уже была разобрана. Почесав затылок, Мацуда спросил: — А кто первый развеваться будет? — Не знаю…может, одновременно? — Я немного стесняюсь, давай ты! — Эх, что не сделаешь ради парня, — с лёгкой улыбкой сказала Микаса. Отойдя от усача, Микаса сняла с себя матроску, огалив свое подтянутое тело. Усач Мацуда стал часто дышать от столь прекрасного вида. И вот, девушка с брекетами потянулась за спину! Немного повозившись, та все-таки сняла чёрный лифчик и показала свою грудь. Мацуда стал широкоглазее европейца. Грудь! Он хоть её и видел уже (правда на этом «секс» и закончился), но все равно эмоции были такими же сильными, как и в первый раз. Грудь Микасы была второго с половиной размера, и при этом довольно ровной. Розово-красные соски так и просились быть обласканными. А сердце Мацуды все быстрее и быстрее стучало. — Ну чего стоишь? Давай, не стесняйся, — сказала девушка, шагнув вперёд. Усан сглотнул. Медленно подняв свою тяжёлую руку, школяр положил её на грудь девушки. Он почувствовал, как сердце Микасы билось в такт сердцу парня. Это его так растрогало, что Мацуда даже пустил слезу. И при этом парень дрожал от волнения, будто вибратор. Но вот он выдохнул, закрыл глаза, вроде бы успокоился и спросил: — Т-ты непротив, если… Микаса мотнула головой, показав, что непротив. Тогда Мацуда прильнул губами к второй сиське и начал ласкать сосочек. Он то целовал его, то слегка посасывал, то проводил забег своим языком вокруг этого «холмика». Одним словом — доставлял удовольствие милой девушке. Та мило ахала, иногда закусывая губу и шепча имя милого парня и почесывая его голову. Но вдруг Микаса поняла, что пора заканчивать, но Мацуда топтался на месте. Она решила поставить точку. — Мацуда, укуси меня. — М? Чего? — Укуси меня за сосок. Желательно посильнее. — Но тебе будет больно! — Да не будет, кусай! — Гх, ладно! — сказал Мацуда и укусил Микасу за область вокруг соска. Та громко ойкнула, а на сиське остался след от зубов. — Ох…п-прости Микаса! Сильно больно? — Нет-нет, все хорошо! — попыталась успокоить парня девушка, мне ни капельки не больно. Но…а ты знаешь, что делать? — Да не особо, если честно… — Ты даже порно не смотрел? — Нет, мне не разрешали… Микаса немного удивилась, в мыслях говоря: «Какой же ты одуванчик, такую похабщину не смотрел!» Но тут Микаса поняла, что ей придётся все объяснить с нуля. — Ладно, тогда давай перейдем к самому интересному. Смотри, — сказала Микаса и стянула штаны парня. Тот не сопротивлялся, но волновался, как бы перед девушкой не опозориться. Но вот Мика сняла штаны, уже стянула трусы и…обомлела. Она впервые увидела член Мацуды. Да, она думала, что он довольно немаленький, но он был даже больше, чем ожидала. — М-мацуда, это ж сколько в нем? — Ну, сантиметров так шестнадцать, наверное. — Ебать меня этим хуём! Ох, повезло же! Микаса резко выпрямилась и стала стягивать юбку. Сняв её, девушка просто за мгновение стянула труселя и предстала полностью голой перед Мацудой, отчего писюн, бывший ранее «на десять», стал «на пять минут до двенадцати». Улыбнувшись и блеснув брекетами, Микаса спросила: — Есть такая поза, называется «шестьдесят девять». — И что это обозначает? — Ложись на кровать, — похлопала по ней девушка. Мацуда лёг. — А я лягу вот та-а-ак, — девушка легла так, что Мацуде открылся приятный вид — бритая киска девушки. От такого предэякулянт потёк из агрегата усача, а он сам тяжело задашал. Микаса обернулась. — Че смотришь? Лижи пизду, я для этого специально её побрила. В следующий раз брить не буду — неприятно! — П-понял, — немного волнуясь сказал Мацуда и начал прицеливаться. А пока Микаса давала характеристику члену, что она видела: «Неплохой хуй! Он большой, симметричный. Яйца — круглые, идеальной формы. Надо бы только немного подравнять лобковые волосы, но да ладно. 8.5/10!» Облизнув губы, Микаса сглотнула и уже собиралась делать дело. А Мацуда, найдя точку, в которую будет целиться, уткнулся в ней носом и высунул язык. Слегка коснувшись мягкой кожи половых губ, усач начал как пёсик двигать языком, доставляя удовольствие девушке. Но и та не сидела без дела. Она тоже доставляла парню удовольствие, взяв в рот его бебру. Микаса хоть и неглубоко, но все равно активно делала минет, будто это был самый дорогущий леденец в мире, который хотелось сосать как можно дольше и аккуратнее, чтобы быстро не закончился. Эти двое издавали тихие стоны удовольствия под красивым лунным светом (окошко было прямо над кроватью). Предэякулянт Мацуды был горьковато-сладким, а киска Микасы — солёно-сладкой. Но иногда ребята дергались, почему же? Просто Мацуда щекотал пах и половые губы своими усами, а Микаса своими брекетами добавляла немножко остроты. Мацуда чувствовал, что вся кровь направилась в его член, а потому он боялся, что брекеты девушки заденут какую-нибудь вену и тогда вместо горьковато-сладкого вкуса предэякулянта или горького вкуса липкой спермы спермы Микаса почувствует вкус железа. «Черт, вот так оказия: перед носом пизда, и ситуация — пизда…» — думал про себя Мацуда, уже проникая внутрь. Внутри было очень тепло, такое море глины, что сжималась и становилась более влажной. Мацуду это немного удивляло, но долго об этом думать не мог, ведь очаровательная Микаса сводила с ума его своим язычком. А та старалась, не зря ведь 100+ порнофильмов посмотрела за один день. Это уже не был тот неловкий недосекс в кустах, о нет! Дети выросли и стали играть по-взрослому… — Ах, все, достаточно! — громко ахнув сказал Микаса, слезая с Мацуды. — Пора переходить к проникновению и похищению! — Похищению чего? — недоуменно спросил Мацуда. — Моей девственности и твоей, конечно же! Стоп. А мы гандоны взяли? — Гандонов? В смысле, тех, кто выдают микрозаймы? — Неее, это прям пидоры пидорские. Я про презервативы! — сказала Микаса и, осмотревшись, вновь заулыбалась. — О, вот они! Ух, еба, целая коробка! И…записка? — Микаса сняла записку и прочитала вслух: «Микаса и Мацуда. Я услышал, что вы хотите заниматься плотскими утехами каждый день, а потому я принёс вам примерно 1000 коробок с одноразовыми презервативами. Должно хватить на примерно десять лет. С уважением, господин Хентай.» Ох, ебать меня в пизду, это что получается? Можно не беспокоится о презиках?.. Кайф! — Ага, — согласился Мацуда и подтянул ящик к себе, достав оттуда один презерватив. — А что с этим делать? — Натягивать, как Кенширо натягивал врагов, — сказала Микаса и помогла любимому надеть презерватив на пульсирующий пенис, после чего села сверху. Её пресс блестел на лунном свете, подчёркивая красивую грудь. Глаза блестели, а губы шептали: — Войди в меня, усатик! Ну он и вошёл, без стука правда. Поэтому он вновь вышел и вошёл, только опять без стука! И так он входил, выходил, входил, выходил, но ни разу не стучал. А вот Мацуда тяжко охал от перевозбуждения. Он весь дрожал будучи в холодном поту. А вот Микаса ахала, выражая свое удовольствие. Ура, её долбят сильно, нереальные ощущения и реальные эмоции настигли девушку. Та скакала все больше и больше, все сильнее и сильнее, отчего Мацуда боялся уже не повреждения одной вены — он боялся поломке таза. Еле-еле усач сдерживался, дабы не кончать — рано ведь ещё. Так Микаса прыгала какое-то время, пока вдруг Мацуда не схватил её за плечи и не уложил на кровать. Та немного удивилась действиям парня. Но ей очень понравился его хищный взгляд… — Теперь я доминирую! — процедил Мацуда, после чего вдруг стал профи в своём деле. Он вновь вставил в Микасу и одновременно с её громким «ах!» стал покрывать поцелуями шею и грудь! Он игрался языком с сосками, касался им кожи, шеи, страстно оставлял засосы и даже покусывал ключицы! Сказать, что Микаса была в экстазе от такого, — ничего не сказать. — Ах, Ма-ах-ацу-ах-да…ах! Так продолжалось около часа. Микаса и раком постояла, и ласкала член Мацуды, пока тот держал её голову, поглаживая затылок. Сейчас же, широко раздвинув ноги, Микаса принимала агрессивные точки от парня, наполненного страстью и невиданной раньше в нем силой. И вот, кульминация! Мацуда вышел полностью, и как вошёл резко! Микаса, издав протяжный стон, кончила, слекга засквиртив, а Мацуда полностью заполнил презерватив своей спермой. Они тяжело дышали, смотря друг на друга, прямо в глаза, что были наполнены слезами счастья. — Вытащи член и ложись рядом, котик, — устало, но зато довольно проговорила Микаса. Успоокившийся Мацуда вышел, стянул презерватив и лёг рядом, укрыв себя и любимую одеялом. Она прижалась к нему, а он начал целовать её в лобик. — Это было так здорово…мама, роди меня обратно, хочу этим заняться снова! — радостно произнес Мацуда. — Хах, ну, для этого рождаться заново не надо. Мы же договорились ебаться каждый день, помнишь? — Да, помню, моя тигрица. — Оооо, какие комплименты! — усмехнулась веснушчатая. Спустя минуты раздумий она спросила, не хочет ли Мацуда пить. — Ну, хотелось бы. — Тогда давай оденемся и немножко прогуляемся? — Спасибо! — поблагодарила Микаса продавца, отдавая баночку Колы своему парню, а себе беря пиво. Эти двое были одеты в белые майки-алкашки и спортивки бати Микасы. Получив напитки, парочка пошла домой к девчуле. — Поспишь У меня, хорошо? А то мало ли… — Волнуешься? — Да конечно, блин! Ты ж мой любимый! — взяв усача за руку сказала Микаса. Гьёновец покраснел. И тут они увидели подружек Микасы, что возвращались с тусовки. — Это, ик, было, бля, ауенно, ик! — произнесла первая. — Но только лучше не, ик, перебарщивать! — сказала вторая. А третья, вглядевшись вперёд, произнесла: — Смотрите, Микаса! С парнем! — Эй, Микаса, здарова, подруга! — громко поприветствовала девушку первая подруга. — Как жизнь? У нас кайф полный! — Вижу, девоньки! — попивая пиво сказала Микаса. — А мы вот сегондя с Мацудой ебались! Мацуда резко стал пунцовым, а девушки перестали улыбаться. Может быть, даже протрезвели. — Постой…серьёзно?! — Ага. Три девицы постояли, постояли…а потом зарыдали, чем сильно удивили парочку. — Бляяяя, мы тоже хотим ебли! — С девушкой или с парнем! А лучше с обоими, аааааа! Троица пошла горевать, а Микаса с Мацудой, пожав плечами и рассмеявшись, пошли спать. Счастливые и радостные. И ничто в этом мире не могло огорчить их, а уж тем более позволить охладеть их чувствам!