Чёрная дыра

Иногда прошлое так манит, так тянет вернуться в ушедшие дни. Не понятно правда зачем, всё равно ничего не исправить, хоть сдохни от безнадёжности. Да и хочется ли? Все ошибки совершённые, все синяки от пинков судьбы оставшиеся, все шрамы на сердце отпечатавшиеся клеймом лишь сильнее сделали, силы чтобы дальше жить дали, но только нужно ли тебе это? И исправлять всё это нет ни малейшего желания, ведь именно так, воскреснув из пепла, закалившись пламенем ненависти и выплыв из океанов слёз ты стала той, кем являешься сейчас. И вроде радоваться стоит, ведь наконец рассвет, солнце встаёт над тобой, но только шрамы на запястьях напоминанием - ничего не закончилось. Это не конец, и от этого выть хочется, яд выпить, или из окна выйти этажа так двадцатого, чтобы точно не выжить, потому что сил бороться снова нет, как не ври себе об очевидном, что справишься, что есть ради чего жить. Нет конечно, ни единой причины, по которой ты на этой планете всё ещё, но кого это волнует. Но жизнь продолжается вопреки всему, поэтому ты встаёшь по утрам с кровати и идёшь вперёд, говоришь с кем-то, уверенность изображаешь, а потом приходишь обратно и понимаешь. что сил не осталось даже раздеться перед сном, потому засыпаешь прямо так, а на следующее утро всё по кругу. Пока не появляется она. Ты при знакомстве наверняка выглядела так, будто призрака увидела, она даже спросила, всё ли в порядке, пока ты впитывала её улыбку, как забытый на долгие дни цветок воду, о котором неожиданно вспомнили и полили, и он теперь жадно глотает сладковатую, прохладную воду, словно боясь что отнимут, хотя нет, не самое лучшее сравнение, ты скорее чёрная дыра, пожирающая свет её, и неспособная насытиться, даже когда вытянешь из неё всё. И возможно, именно этого ты так хочешь, того, чтобы она отдала тебе всё, что у неё есть, всю себя, растворилась в твоей тьме без остатка, перестав существовать отдельно от тебя. Ты хочешь чтобы она думала только о тебе, знала лишь твоё имя и лишь тебе принадлежала. Чтобы никто больше никто никогда её не касался кроме тебя и чтобы твои прикосновения стёрли даже воспоминания о том, что когда-то она была не только твоей. В какой-то момент тебя саму пугает твоё чувство, тёмное, жадное, жестокое, такое, что поднимается из самых глубин души, где правят инстинкты и желания, где разум бессилен, бесполезен не нужен абсолютно. ты ей говоришь: ,,девочка, беги пока не поздно, пока мои демоны не вырвались на волю, пока не растерзали тебя", а она смеётся, думает, что шутишь, не верит. У неё смех оказывается такой чудесный, светлый. Она свет, яркий настолько, что тебе на неё смотреть больно, но ты смотришь, и наслаждаешься своей агонией. Ты из последних сил держишь свои желания под контролем, не прикасаешься так, как хочется, как запрещено и снова врёшь себе о очевидном, что справишься, что сможешь сохранить её и знаешь, что это ложь, что уничтожишь её, как и всё, к чему прикасаешься. Но теперь тебе есть ради чего жить.