Это никогда не закончится

И когда уже кажется, что всё закончилось игра запляшет новыми красками. С теми же людьми, но история уже не та. Гарри часто слышал в свой адрес и своих друзей, что они втроём всегда в неправильном месте в неправильное время, но кто же знал, что это никогда не закончиться. Сегодня 13 марта 2001 года. Всего три года после окончания войны. И кажется, что всё уже вернулись к прежней жизни. Хотя Молли ещё оплакивала утрату сына. На её знаменитых часах стрелка Фреда первое время была на разделе «дом», но спустя пару недель начала безостановочно крутится, потому что не знала где его найти. Это означало, что Фред наконец-то упокоился, но Молли не могла на это смотреть и сняла стрелку. По сей день носит её при себе. Всегда и везде. Гарри тосковал по Римусу, ведь он был последним другом его отца. И по Тонкс, ведь она не чужой человек. Они сидели в баре в Косом Переулке. Гарри со своей женой Джинни и Рон с Гермионой, которые были не совсем в настроении и странно друг с другом разговаривали. Точнее нет, они почти не общались, странно друг на друга посматривали. Джинни сразу что-то заподозрила, но ничего так и не сказала. Их разговор под сливочное пиво был довольно светским и маггловским. Девчата делились рецептами и хвастались занавесками, а мужчины обсуждали рабочие дела. Около двух часов ночи друзья приняли решение идти домой. Гермиона и Рон трансгрессировали, а Гарри после долгий просьб Джинни пройтись пешком согласился «рассмотреть чудесные просторы города». «Она так поменялась» — подумал он мельком. Но все поменялись. Прежним уже никто не сможет стать, да и не нужно. — Ты заметил? — Заметил что? — удивлённо в ответ спросил Гарри. — Они больше не любят друг друга, а просто сожительствуют. — Я думаю, тебе кажется. Может, просто, что-то случилось, и поэтому они так напряжены. — Не знаю Гарри, нужно с ними по отдельности поговорить. Может мы сможем помочь. — Ты же знаешь их они никогда не позволят себе помочь, но я обещаю, что поговорю с Роном, — Гарри обнял Джинни за талию и далее они пошли в таком, пускай и неудобном, но уютном, положении. Когда Гарри и Джинни уже давным-давно спали дом Уизли-Грейнджер не мог обрести покой. Солнце уже вот-вот покажет свои лучи, а Рон и Гермиона не могли принять решение, которое повлеяет на их жизни. Джинни была права. Они больше не любили друг друга. И сейчас это казалось таким нормальным. Хотя, очень долгая история их любви. Видимо в этом и проблема: слишком долго шли друг к другу. Пришёл момент когда нужно поставить точку. Началось это недавно. Постоянные ссоры вымораживали и изматывали, а сейчас же, они, как взрослые люди, сидят на кухне с бутылкой вина и молчат час. Никто не знал что сказать, как сказать, а главное, стоит ли? Может это просто кризис? Но чуствовали это оба. Именно с этого и начал Рон. — Нам не обязательно высказывать, что мы чувствуем, ведь чувствуем одно и то же. Мы не любим больше друг друга, Гермиона. Это не стоит растягивать. Прости меня. — Нет, не проси прощения. Никто невиновен. Всему приходит конец и наша история не исключение, к сожалению. Ты очень хороший человек, Рональд, и ты навсегда в моём сердце, но это не те чувства, которые нужны для брака. — Тоесть мы не ссоримся, а расходимся, как друзья? — Рон взял бутылку и долил вина в бокалы. — Если ты не против… Я бы не хотела тебя терять. — Мы будем отличными друзьями. Они оба рассмеялись. Они перешли в гостинную с новой бутылкой вина, где наслаждались присутствием бывшего супруга и бывшей супруги. Это решение было обдуманным и взвешенным. Никто не давал гарантии, что их чувства не возобновляться, но гарантии быть вместе «и в радости, и в горе» уже тоже никто не мог дать. Это, возможно, было одно из самых разумных решений за весь их брак. Ну, и покупка белой посуды. Да, пожалуй это было очень умно. — Мы им расскажем? — прикрывая одеялом обоих спросила Гермиона. — У нас нет выбора. Или мы, или, я клянусь, Джинни что-то заподозрила, и напоит нас сывороткой правды. Они улыбнулись. Пускай любви больше и нет, но они слишком много прошли вместе и просто так потерять друга было бы глупо.