Тайный санта

Пока дружный секстет искал Кима, сам молодой человек взволнованно расхаживал по нарядным улицам с огромными коробками в руках то туда, то сюда, ведь он критически не успевал. У него осталось целых 3 подарка, а времени… а времени почти не осталось. Но в любом случае, очень радовало то, что половина подарков были успешно оставлены, причём без следов преступления. Первый сюрприз оставить было легче всего, ведь пекарня Юнги была открыта в любое время дня и ночи для своих посетителей (и проказника Сокджина в том числе). Самым трудным для Кима было дождаться, когда друзья начнут его искать — потом уже оставалось лишь подкинуть подарок. Как хорошо, что у него имелись ключи от входа на второй этаж, после того случая, когда Юнги поздно лёг спать, и его не смогли разбудить ни будильник, ни друзья. И после массовых возмущений и волнений по этому поводу Мин сделал каждому по дубликату. И Джин посчитал, что именно этому парню понадобится тот самый популярный будильник, который заставляет решить пример, прежде чем выключить. Следующим на очереди был макнэ, приходящий домой, разве что только для того, чтобы поспать. Всё остальное время Чонгук активно учился, посещал занятия по боксу, художественную школу и прочую чепуху, которую Ким не может запомнить, в силу своего возраста, как шутят парни. Ему Сокджин решил подарить много-много пряжи, ведь Чон в последнее время слишком много смотрел видео про балаклавы и забавные вязаные шляпки, а ещё гантели, чтобы младшему не было нужды ездить для этого в зал. Теперь он сможет больше времени проводить дома, что несомненно было на руку как Чонгуку, так и его друзьям, постоянно волнующимся, что младший так поздно где-то шляется. Но вот как всё это туда протащить? Тут уже посложнее, ведь Чон живёт с родителями, которые так любят друзей своего сына, что просто не смогут не проболтаться о «заботливом хёне Сокджине, который готовит ребятам сюрприз!». Сначала он хотел появиться в образе доставщика, спрятав лицо, чтобы его не узнали, и оставить «посылку» в комнате младшего. Но это могло бы вызвать вопросы, если родители захотят позвонить Чону, чтобы узнать про заказ. Поэтому пришлось подключать дополнительную артиллерию, которая за покупку лицензионного майнкрафта была готова на всё. А именно — мальчишка, с которым Чон занимается репетиторством по сольфеджио. Тот, сделав собачьи глазки, слёзно рассказывал родителям Чонгука о том, что забыл свою любимую ручку в виде человека паука на последнем занятии. Мистер и миссис Чон проводили ребёнка в комнату сына, не зная, что в рюкзаке у него самые настоящие гантели, и не только. Мальчик положил всё это на стол, как велел ему Джин-хён, а затем, взяв из пенала ручку, для правдоподобности, радостно выскочил с ней в руках и стал отыгрывать театр одного актёра. Теперь же Сокджин придумывал каким образом ему подсунуть подарок Чимину. С ним было сложнее, ведь тот жил в дорогом квартирном комплексе, который предусматривал невозможность пройти даже во двор без приглашения. Да, проклятый домофон. К сожалению, их компашка скептически относилась к соседям парня, поэтому вариант позвонить им сразу отпадал. Всё казалось совсем безнадёжным, пока в подсознании не появилась очередная идиотская затея. Подарком для блондина старший выбрал набор дорогого коньяка, ведь, прости господи, чего только у Чимина не было. Но коньяка не было, Ким точно знал. У Пака средств хоть и достаточно, но он определённо точно не любил тратить их на что-то, что рано или поздно окажется у него в желудке. Но усложнило задачу то, что упаковать всё это пришлось не как иначе, как в мешок от пылесоса. И вместе с пылесосом в коробке, Ким через домофон утверждал охране, что он из клининговой службы. На удивление, пропустили его без проблем. Видимо, сюда часто приходят представители подобной профессии. Оставив набор в квартире, от двери которой, слава богу ключ всегда хранился в светильнике у двери, Сокджин пошёл назад со своим пылесосом.

***

Сокджин правда думал, что доставить подарок Хосоку будет самым легким пунктом во всей его новогодней операции. Общага и куча незнакомых лиц, среди которых будет так легко затеряться, казались ему идеальным прикрытием. Ага, как же. Первое препятствие встречает Сокджина в лице охранника на входе, который впечатление человека думающего не создает, зато требует предъявить студенческий билет и грозно хмурит брови. Ну пиздец. Сокджин лихорадочно вспоминает все то, чему их учили на актерских курсах, и виновато тянет: — Я студенческий потерял, пропустите пожалуйста, аджосси. Охранник смеряет его подозрительным взглядом, но Сокджин готовился, так что кепка козырьком назад, толстовка и мешковатые джинсы на бедрах по всем канонам уличной моды. Видимо, прикид оказался реально классным, ну или на волне адреналина он отыграл свою роль не хуже Ди Каприо девяностых — как бы там ни было, внутрь его все же пропускают. Сокджин знакомым маршрутом поднимается на третий этаж, находит нужную комнату и сталкивается нос к носу со вторым, намного более значительным, препятствием. Ключ. Оказывается, дверь в хосокову комнату запирается на замок. Сокджин всегда видел ее только в распахнутом состоянии во время очередных пятничных посиделок с ребятами, ему и в голову не приходило, что это, вообще-то, личное пространство, которое — логично — во время отсутствия своего хозяина должно быть скрыто от чужих глаз. Доселе неизвестная ему сторона двери выкрашена в вырвиглазно зеленый цвет, местами пошарпанная и ужасно бесит одним своим видом, потому что какого хуя и что в этой ситуации вообще делать. Сокджин тупо пялится в стену еще пару минут, а потом его вдруг осеняет, прямо как мультиках, когда у главного героя вдруг зажигается непонятно откуда взявшаяся лампочка над головой. — Ты ебанутый! — орет Хосок на Тэхена, который очень благородно вызвался сменить засыпающего за рулем Чонгука, и теперь выжимает педаль на все сто двадцать в час, не удосужившись даже пристегнуть ремень безопасности. «Пиздец я ебанутый», — думает Сокджин, и малодушно подумывает спрыгнуть отсюда прямо в сугроб. Обойдется Хосок без своего подарка, что он, кроссовки себе купить не сможет что ли. Не сможет, тут же поправляет себя Сокджин, и со скрипом (неизвестно, это водосточная труба или его собственный позвоночник, не выдержавший таких акробатических номеров) продолжает свой подъем на второй этаж. В какой момент его жизнь пошла по наклонной — неизвестно, но вот он, красавец, молодец и надежда отечественного кинематографа, лезет в окно даже не к даме своего сердца, а к другу-придурку, который эти кроссовки убьет максимум месяца через два. Видимо, судьба тоже заразилась этим предновогодним ожиданием чуда, иначе как тогда объяснить окно, которое кто-то из обитателей Хосоковой комнаты оставил открытым нараспашку. В декабре месяце. Сокджин чувствует, как с его плеч свалилась вся тяжесть этого мира, когда аккуратно ставит цветной сверток на подоконник, потеснив многочисленные горшки с фикусами, а потом — как горят от стыда его щеки, когда он совершенно по-дурацки соскальзывает и все-таки падает в огромный пушистый сугроб. Выбор подарка Намджуну и Тэхену был очевиден. Они собираются у Юнги, у Чонгука или даже Чимина — хотя одни неодобрительные взгляды его ужасно хорошо одетых соседей чего стоят, но правда в том, что они никогда не собираются у братьев Ким. Сокджин был у них только один раз в своей жизни, но после того, как Намджун предложил выпить чаю и не смог найти заварку в ворохе немытой посуды в раковине (почему он искал ее именно там, Сокджин предпочитает не спрашивать), желание приходить к ним в гости как-то поостыло. А сегодня придется побывать там во второй раз. Проблем с проникновением в квартиру возникнуть не должно было, потому что они с Намджуном однажды, на всякий пожарный, обменялись паролями от кодового замка, и Сокджин чувствует себя почти как дома, когда переступает через порог. Почти, потому что куртка Тэхена висит на люстре в гостиной и кокетливо помахивает вышитым рукавом. Чем дальше в лес, тем страшнее. В комнате Намджуна разве что мох на стенах не растет, а так — вылитая пещера лешего. Под грудой книг у стены угадываются очертания письменного стола, и Сокджин ставит красиво упакованную коробку с роботом-пылесосом внутри прямо на сборник сочинений Ницше. Чистота или просвещение? Он определенно выбирает первое. (на самом деле, он всегда будет выбирать только Намджуна, но они об этом не говорят).

***

мы связаны — красиво, книжно украдкой пишет Намджун в своем потрепанном блокноте, пока остальные что-то обсуждают, перегнувшись через спинки сидений. Он почему-то уверен — таким нежным, нелепым — что все будет хорошо. А за окном падает, падает снег, и танцует вальс в отсветах фонарей вдоль ночной дороги. До Рождества остается ровно один день.