Приручить кумира

И они прогулялись. Потом ещё раз, и ещё раз. Итто с радостью показывал свои любимые места, угощал генерала конфетами, и даже позволил участвовать в жучиных боях, помогая найти лучшего во всем мире оникабуто, а Горо лишь смеялся, не понимая, почему чувствует себя так хорошо и расслабленно с этим странным и страшным человеком. Несмотря на свой грозный вид, оказался очень добрым, хоть и несколько наивным. В какой-то момент Горо понял, что он ждёт свободного времени с ещё большим нетерпением, чем раньше, ведь Итто, несмотря на свой постоянный шум и вечные разговоры, дарил ему покой. - Это самые вкусные конфеты из тех, которые я нашёл! - сказал Итто, когда они вдвоём в очередной раз сидели на побережье Ватацуми вдали от чужих глаз и обсуждали всякую ерунду. Горо сидел совсем рядом с Итто, положив хвост на колени и уйдя глубоко в себя. Он не сразу понял, что Итто что-то говорит ему, а сам Они, не понимая, почему Горо его игнорирует, настойчиво протянул мягкую ириску на палочке, слегка ткнув ей Горо прямо в губы. Горо тут же дёрнулся и, глядя на Итто, все же приоткрыл рот, принимая лакомство. - Вкусно?.. - спросил Итто, почему-то краснея и нервничая. - Очень, - улыбнулся Горо, глядя на Аратаки. - Что-то не так? Ты странно выглядишь. - Нет, просто... Ты такой красивый... - смущённо пробормотал Итто и залился краской ещё сильнее. - Я... А могу я тебя поцеловать? - Чего?! - удивлённо спросил Горо, округлив глаза. - Меня?! - Тебя! - ответил Итто и замер в тяжёлом ожидании. Горо, который так растерялся, что не знал, куда себя девать от смущения, отвернулся, пряча пунцовое лицо. Итто же расценил это как-то по-своему и тут же бросился к Горо, хватая его за руки и пытаясь заглянуть в глаза. - Я не... Я что-то не так сказал? - затараторил он. - Я слышал, что если человек нравится, то его нужно целовать! Это неправда, или я что-то не так понял? - Я... Просто мы... Ты... - Горо сглотнул и повернулся к Итто, не зная, куда девать глаза. - Ты же понимаешь, что... - Я тебе тоже нравлюсь. - убежденно сказал Итто и заулыбался, - Разве я не самый красивый из всех, кого ты знаешь? Я же нравлюсь тебе... Да? - Да... - тихо ответил Горо и слегка подался вперёд, плотно зажмурившись и чмокая Они в уголок рта. Потом, словно набравшись смелости, он прижался губами к его губам, ожидая ответного шага, но, увы, целоваться Итто не умел. Он поэтому просто застыл как истукан, искренне веря, что так и надо. Горо, тоже не имея обширного опыта в этой сфере, так же замер, не зная, что делать. И, разорвав этот целомудренный поцелуй, Итто, краснея ещё сильнее, прошептал: - Я мечтал об этом с первого дня, как увидел тебя. Это и называется любовь? - Я не знаю... - ответил Горо, чувствуя, как снова виляет хвост. - Наверное... * * * * * Они шли к этому долгих три месяца. Поцелуи под луной за лагерем становились все жарче, а острые когти, нежно царапающие горячую кожу, оставляли борозды на открытых участках все чаще и чаще. Горо любил сидеть сверху и водить пальцами по рельефному животу, целуя Итто и зарываясь пальцами в длинные светлые волосы. Итто в ответ оттягивал короткие имбирно-рыжие волосы Горо и ласкал чувствительные бархатистые ушки, внимательно слушая, как Горо против воли тихонько поскуливает и наблюдая, как яркие глаза, впитавшие в себя всю голубизну июньского неба, закатываются от удовольствия. У Горо было слишком много чувствительных мест. Но самым чувствительным оказался пушистый хвост, который Итто поглаживал у основания всякий раз, когда доводилось гладить Горо по обнаженной спине. В какой-то момент простых объятий и поцелуев стало слишком мало им обоим, а каждое прикосновение зажигало на коже вулканы страсти. Кто был инициатором не известно, но Горо и Итто как-то постепенно перестали обсуждать очередное "тактическое отступление" Итто в жучиных боях, и они снова оказались друг на друге, неистово целуясь и робко стягивая друг с друга одежду. В комнате генерала было темно, лишь затухающая свеча освещала переплетающиеся тела, но вскоре затухла и она. Язычок пламени, словно лепесток, сверкнул голубоватой искрой будто бы на прощание, и комната утонула во мраке. Горячий и влажный язык Горо скользнул по упругой и плотной груди Итто, очерчивая сосок, который тут же затвердел от этой нехитрой ласки. Длинные чёрные ногти скользнули по спине генерала, оставляя очередные ярко-красные борозды. Ничего. Заживёт, как на собаке. Эта ночь стала чем-то новым для обоих, даря самые невероятные ощущения, о которых ни Горо, ни Итто даже не подозревали. Звезды ярко мерцали над домиком генерала, и лунный свет стыдливо заглядывал в окно, освещая влажные от пота обнажённые тела, сплетённые в любви и горящие от страсти. Их любовь распускалась алыми метками на коже, стекала слезами, неожиданно проступавшими на глазах, и звучала тихими хрипами и стонами. Она выглядела, как следы от ногтей на спине, и чувствовалась острыми зубами на шее. Главарь банды и генерал сопротивления. Разные, как Инь и Янь. Казалось бы, что в них может быть общего? Ну, хотя бы их любовь. И эта ночь. Первая, но не последняя.