Сердце

      На несколько секунд он потерял всякую ориентацию в пространстве.       Казалось, что небо буквально рухнуло на землю, погребая охотника под всей своей тяжестью. А потом пришла боль.       Пронзительная, пульсирующая, стальным жгутом опоясывающая грудь, а всего через несколько секунд уже разливающаяся по венам обжигающим тягучим свинцом.       — Дин! — голос Каса прозвучал совсем рядом, однако, самого ангела охотник так и не увидел. — Ты в порядке? — фигура друга все-таки вынырнула из тумана, но все равно была какой-то не четкой, расплывчатой, словно силуэт, тающий вдали на асфальтовой дороге, раскаленной на солнце.       — Нет, — честно признался Дин, с трудом произнося слова. Боль усиливалась. Он буквально горел изнутри и прилагал просто титанические усилия, чтобы не закричать. — Кажется. Укусила.       Дин уже и так лежал, распластавшись на полу, а, казалось, что можно было лежать еще больше. Провалиться куда-то вниз, сильнее вжаться в пол и, подобно жидкости, диффузировать в землю.       — Сейчас, — он будто через слой ваты ощутил касание чужой руки к своему лбу.       — Покажись! — где-то сбоку послышался отчаянный крик Сары. — Сейчас же!       Что-то грохнуло и сверху мгновенно посыпались камни, а следом за ними блестящим потоком золотистый песок, создавая небольшие, но частые облака пыли.       В голове слегка прояснилось, когда ощущение руки на лбу исчезло. Боль немного притупилась, однако, до конца не ушла, затаившись где-то на периферии сознания и будто ожидая своего часа.       — Это максимум, что я могу, Дин, — на его имени голос ангела дрогнул, в нем охотник неожиданно уловил нотки отчаянья. Дин попытался сфокусировать на друге взгляд и на этот раз это ему удалось. — Я чувствую твою боль, но больше ничего не могу сделать!       Дин часто заморгал. Чувствует? Но как? Он зажмурился, делая очередное усилие над собой.       — Нормально. Терпимо, — охотник начал подниматься, на ходу пытаясь скинуть с себя большую часть песка и небольшого размера камней, сейчас щедро осыпающих собой всё пространство вокруг. Дин поднял голову вверх, чтобы оценить обстановку и весьма вовремя. — Осторожно, — он прыгнул на друга, отталкивая и убирая того с траектории полета огромной каменной глыбы, сорвавшейся с потолка.       — Появись! — опять громкий крик и снова что-то громыхнуло. Пол под ногами внезапно содрогнулся.       — Не лови ворон! — прошипел Дин Касу, снова делая попытку подняться и разглядывая средних размеров дыру в потолке, открывшую охотнику небольшой кусочек безоблачного неба. Краем глаза он увидел, что Кас последовал за ним, не обращая никакого внимания на осыпающий его песок. — Надо ее остановить. Она сейчас тут все разнесет. Найди записи! Они где-то здесь.       Охотник поспешил в сторону с которой последний раз доносился голос ведьмы, не дожидаясь от ангела ответа.       — Прекрати! — крикнул он в пустоту, уворачиваясь от очередного нацеленного на его убийство валуна. — Мы тут все погибнем. Твоего пылевого дьявола не существует.       — Заткнись, охотник, ты мешаешь.        С треском, подобным громовому раскату, прямо перед Дином откололся кусок стены. Еле успев среагировать на опасность в условиях ограниченной видимости, охотник отскочил в бок на несколько метров, чтобы избежать столкновения с горной породой и внезапно уперся во что-то твёрдое спиной.       Обернувшись, он увидел титана. Точнее его статую, которая в общем стихийно образовавшемся хаосе оставалась совершенно невредимой. Казалось, что даже пыль на ней сохранила изначальный вид и лежала абсолютно так же, как и до устроенного ведьмой погрома.       Сара вынырнула откуда-то сбоку и оказалась прямо рядом с охотником, впрочем, не обращая на его скромную персону совершенно никакого внимания. Ведьма, сосредоточено хмурясь, смотрела на титана.       — Ах так?! — махнув рукой, она резко швырнула что-то блестящее в ноги статуе. За уже знакомым грохотом последовала ослепительная вспышка, настолько яркая, что Дин даже прикрыл глаза рукой. Когда сияние исчезло он, часто моргая, вновь вынужден был констатировать тот факт, что статуе ведьмины фокусы, как говорится, «по барабану» и никакого ущерба камню не нанесли. Зато потолок подобной стойкостью явно похвастаться не мог. Прямо над статуей начал рушиться и так порядком потрепанный от попыток Сары разрушить каменное изваяние, потолок, осыпая тело титана горами щебня и песка.       — Прекрати! — не видя иного выхода из ситуации, Дин наставил пистолет прямо на ведьму. — Или я стреляю.       — Turbam, — рявкнула ведьма, даже не повернувшись к нему лицом. Какого?.. Палец лег на спусковой крючок, однако, выстрелить Дин не успел. Правый бок внезапно охватил непонятный, но хорошо ощутимый жар. Охотник в недоумении осмотрел свою одежду и чертыхнулся.       — Черт!       Куртка на нем полыхала! Правый карман на полном серьезе объяли языки пламени. Охотнику пришлось спешно стягивать ветровку и бросать ее на пол. Он начал бесжалостно топтать ее ногой не понимая, как такое вообще могло произойти.       — Спасибо, мама, — услышал совсем рядом, между неразборчивым бормотанием.       Бетти! Чертов кошелек загорелся в его кармане. Проклятые ведьмы!       Его шатнуло. Голову снова начало заволакивать туманом. То недолгое облегчение, которое подарило касание ангела потихоньку сходило на нет, видимо, яд продолжил медленно распространяться по его крови. Нужно было срочно что-то делать. Дин хотел было бросить грязную и порядком обгоревшую куртку лежать себе дальше в песке и вернуться к разборкам с ведьмой, но вовремя вспомнил о знаке вызова дэйва. Он же был в верхнем кармане! Охотник наклонился, обшаривая еще не сгоревшую часть одежды. На счастье бумажка с символом оказалась цела и почти невредима.       Он снова повернулся к ведьме, поднимая пистолет.       — Прекрати сейчас же! Ты нас всех угробишь!       — А так? — Сара вихрем пронеслась мимо и, одним ловким движением выхватив амулет, не так давно служивший Дину компасом, из заднего кармана брюк охотника, на ходу поднесла его к губам и, начав что-то нашептывать, скрылась за огромной, еще недавно бывшей частью стены глыбой, сейчас безмятежно лежавшей на земле.       — Я не нашел записи, — Кас вынырнул из образовавшегося тумана откуда-то сбоку. — Их, наверное, завалило песком. Нам нужно уходить, — ангел потянулся к нему.       — Стой! — Дин выставил руки вперед, и ему показалось, что он всего на мгновение лишился зрения. В глазах потемнело.       Охотник рухнул на одно колено. Мир кружился вокруг, вовлекая его в цветной сюрралистический калейдоскоп. Рука сама собой потянулась к песку, в бесполезной в таком состоянии попытке начертить на песке символ вызова дэйва. Дин действовал наугад, не желая сдаваться, но и абсолютно не видя, ничего перед собой. Абсурд. Бумажка с символом, выпадая из разжатой руки, спланировала на пол, ее тут же придавил средних размеров булыжник. Вернувшееся было зрение исчезло через несколько секунд. Глаза заволокло туманом. Дин рухнул на землю, распластавшись на песке в полный рост. Держаться на коленях сил уже не было.       — Я должен нас переместить. Здесь я не могу излечить тебя.       — Не смей, — рявкнул Дин из последних сил, немного поднимая голову.       — Прости. Другого выхода нет, — охотник почувствовал мягкое касание к своему плечу и…       Ничего не произошло.       — Нет… — шепот рядом был наполнен болью и отчаянием.       Охотник глубоко вдохнул, благодаря судьбу за этот шанс. Он не мог сейчас отступить. Билет на возвращение домой был почти у него в кармане. Только руку протяни. Нужно вызвать Мононса. Он-то точно найдет записи.       С закрытыми глазами и по-прежнему глубоко дыша, он продолжал водить пальцем по земле, чувствуя, что стоит ему нарисовать часть символа, как песок, сплошным потоком стекающий с его руки, засыпал уже выведенную часть.       Бес-по-ле-зно.       Пальцы зашли на новый круг, лёгкие при новом вздохе обожгло огнём. Дин сглотнул. Слюна была подобна раскаленному железу.       Внезапно, он почувствовал, как теплая сильная рука обхватила его ладонь и, сжимая, начала направлять чертящий по песку палец.       — Кас, — благодарно выдохнул он, в нелепой надежде на то, что друг символ, не так давно упавший на пол, видит и пытается его воспроизвести. Не просто же так ангел решил подержать его за ручку? Или это приступ очередной неконтролируемой нежности? Попытка утешить его перед смертью, так сказать, напоследок.       — Ага! — где-то вдалеке радостно вскрикнула ведьма. — Посмотрим, как ты выдержишь вот это, дьявол.       — Дин, я не могу тебе помочь здесь. Не могу переместить. Нам надо уходить, — повторил Кас очевидное. — Ты умираешь.       Винчестер вздрогнул. В голосе ангела проскользила такая боль, что Дину защемило сердце. Чувства друга каким-то неведомым образом передавались ему, будто проходя через саму душу, и задевая неведомые до этого струны. Неужели такое вообще возможно?       Охотник попытался задвинуть щемящую тоску в самый дальний угол сознания.       — Подожди. Еще… — чужая душевная и собственная физическая боль смешались в один ужасный мучительный коктейль из ощущений, заставляя Дина тут же усомниться в реальности происходящего. Тело сковал экзистенциальный ужас. Казалось, что он вновь вернулся в ад. Будто теперь сам ад жил в нем. Здесь и сейчас.       Внезапно рука отпустила его ладонь. Сквозь закрытые глаза Дин увидел какое-то слабое свечение.       — Ну давай же! — это где-то недалеко снова ругалась ведьма.       Нужно только…       — Где они? — голос дэйва прозвучал совсем рядом.       Получилось. Слова духа мгновенно вернули охотника в реальность, внося некоторую ясность в его разум.       — Где-то зарыты, — рявкнул Дин. — Ты же их чувствуешь! Так найди и забери, черт бы тебя побрал!       Гнев мгновенно придал ему сил и охотник смог таки открыть глаза. Часто моргая, Дин имел честь наблюдать весьма неоднозначную картину: с потолка уже из более чем десятка отверстий различной величины водопадом лился песок, мелкий щебень и небольшие камни. Сплошной поток горных пород и известняка свободно проходил через дэйва, который сейчас замер посреди рушащейся пещеры и с широко распахнутыми глазами, выражением какого-то трепета и благоговенья на лице смотрел на статую титана, совершенно не обращая никакого внимания на суетящуюся вокруг нее ведьму, рущащиеся своды и вообще в целом неблагоприятную обстановку, сложившуюся на данный момент в аравийской пустыне.       — С кем ты говоришь? — Дин моргнул и сфокусировал взгляд на Касе, машинально отмечая, что тот словно постарел за последние несколько минут не на одно столетие: лицо выглядило осунувшимся, а взгляд потухшим. — Дин? — Кажется, ангел решил, что у него начался бред.       — Ты его не видишь, — прошептал охотник. Все сразу встало на свои места. — Никто здесь не видит.       — Здесь?       — Сrepitus! — это снова подала голос ведьма, делая какие-то пасы руками и…       Хлопок был подобен выстрелу, прозвучавшему прямо под ухом, и статуя в тот же момент с жутким скрежетом и скрипом разлетелась на куски.       Дин видел, как мгновенно приходит в себя дэйв, ретируясь в противоположную от разрушенной статуи сторону. Видел, как Кас бросается вперед и буквально сгребает его в охапку, с силой сжимая в медвежьих объятьях. Он видел, как их окутывает холодный голубоватый свет, начиная постепенно убирать боль, придавая силы охотнику. Дин мог в тот момент поклястся, что видел очертания огромных пушистых крыльев за спиной ангела, сейчас низко опущенных и буквально волочащихся по земле. Он моргнул и странное видение исчезло.       Негромкий вскрик привлек его внимание, возвращая в реальность, и через плечо друга он увидел, как лицо Сары из ликующего становится удивленным, а потом и вовсе испуганным. Видел, как добрая половина потолка одной сплошной огромной каменной плитой падает на останки титана, погребая их под собой и разбиваясь на множество частей.       Почувствовав, что силы к нему вернулись, Дин, чуть отстраняясь и активно вращая головой в поисках дэйва, успел запечатлеть тот момент, когда Мононс выудил из-под песка его обгоревшую куртку и несколько листов тех самых проклятых записей.       — Эй! — крикнул Дин, аккуратно отодвигая ангела и, как-то очень нежно и уже будто привычно успокаивающе проводя по его плечу рукой, направился к дэйву. Дух не обратил на него абсолютно никакого внимания, кивая каким-то своим мыслям. — Ты получил то, что хотел и… — Мононс резко повернулся к охотнику и швырнул многострадальную куртку Дину прямо в лицо. — Какого?.. — возмутился было охотник, скидывая новоприобретенный предмет одежды себе под ноги и замер.       Проклятый дух исчез.       — Свалил! — неверяще прошептал охотник, быстро поднимая подпорченную огнем одёжку.       Еще одна огромная плита обрушилась на пол, сминая сталагмиты и поднимая плотное пыльное облако. Песок уже сыпался в пещеру сплошным и непрерывным потоком, ноги увязали в нем словно в болоте.       — Магия вернулась. Пойдем, — Кас возник рядом и протянул ему руку.       — Мы должны ей помочь, — Дин дернулся в сторону, где последний раз видел Сару. Ну не мог он просто так бросить здесь человека. Пусть и такого как…       — Она переместилась, — охотник почувствовал, как чужие руки обнимают его за плечи. Моргнул и обнаружил себя уже на поверхности. Он перевел взгляд чуть вправо, наблюдая, как земля в каких-то ста метрах от него уходит вниз, перемещая горы песка. Еще пару минут и пещеру засыпет совсем. Сравняет с землей.       — Чертов дэйв! — негодовал охотник. — Вернись сейчас же!       — Дин, я не видел никаких…       — Где артефакт? — перебил его жесткий голос, и руки на груди охотника расцепились.       Дин даже рот не успел открыть, как его с силой отбросило в соседний бархан, который, к счастью, оказался довольно мягким и абсолютно никак его не травмировал.       — Какого хрена? — охотник вскочил на ноги почти сразу же.       Как ни прискорбно было это осознавать, но никого из присутствующих его гневный рык не впечатлил. Барадиэль и еще двое незнакомых ему ангелов стояли в каких-то нескольких десятках метров от него, удерживая Каса на месте.       — У меня его нет, — небожитель только пожал плечами.       — Ты врешь! — и Дин не успел даже слово вставить, как в воздухе блеснул холодный металл.       Ангельский клинок, легко рассекая воздух, вонзился прямо в плечо Каса. На горячий песок брызнула кровь.       Дин зашипел. Плечо тут же обожгло болью, будто это не ангелу, а ему всадили нож.       — Хватит! — охотник выхватил пистолет и наставил его на Барадиэля, который и держал в руках смертоносное оружие.       Впечатления угроза не произвела. Вновь прибывшие ангелы по-прежнему на него никак не реагировали. Даже и голову в его сторону не повернули. Дину сразу стало как-то обидно. Они что, совершенно его ни во что не ставят?       — Где нефритовая жаба? — прошипел Баратиэль, видимо, взяв на себя роль главного дознавателя.       — У меня ее нет, — повторно, абсолютно спокойным голосом ответил Кас. Впрочем у Дина сложилось такое впечатление, что ангел разговаривает не со своими братьями, а пытается взглядом что-то сказать охотнику. Произнося эти слова, Кас смотрел только на него.       Нефритовая жаба? Ну конечно!       Дин бросился к куртке, оставшейся торчать в бархане, недавно служившем ему импровизированным лежбищем.       — Где? — повторил Баратиэль за его спиной, пока Дин ощупывал карманы.       Миг и охотник задохнулся, замирая, словно ему только что вогнали в сердце нож. В тот же момент он услышал полный боли крик друга.       Черт!       Нащупав в кармане артефакт, Дин вытащил его из испорченной куртки и, вытянув руку в сторону, приставил к жабе дуло пистолета.       — Оставьте его в покое или я разнесу этот чертов артефакт! — рявкнул он.       Ангелы, как по команде, повернули к нему головы.       — Что? — Барадиэль обернулся и неверяще, с какой-то прямо-таки детской обидой посмотрел на Каса, грудь которого сейчас украшало кровавое пятно. — Ты доверил священную реликвию человеку? Ты пал еще ниже, чем я думал, брат.       — Отойдите от него или я разнесу эту херню к чертям собачьим. Не думаю, что она будет работать по частям, — озвучил очевидное Дин, показательно взводя курок. — Второй раз повторять не буду.       — Такое не прощается, Кастиэль, — Барадиэль, по-прежнему смотря на ангела, сделал шаг вперед и только махнул рукой. Остальные тоже отступили и Кас рухнул на колени, зарываясь в рассыпчатый песок.       — Кас, — Дин посмотрел на друга, который почему-то не поднимал головы. Совсем плохо дело? — Сваливай отсюда. — Кас не шевелился. — Живо! — рявкнул он. Никакой реакции.       — Отдай артефакт мне, и я, возможно, оставлю тебя в живых, — Барадиэль сделал шаг к охотнику. — Кастиэль позже ответит за свой поступок. На суде.       — Завали хлебало! — почти что прорычал Дин. — Кас? — держа на мушке артефакт он перевел взгляд на ангела.       Внезапно пространство вокруг словно исказилось. Прямо за Касом что-то заискрило, будто какая-то невидимая объёмная завеса, обвешанная новогодними гирляндами, возникла за его спиной. Глаза охотника расширились, наблюдая за неведомым чудом. Прозрачная сияющая стена поднялась выше, Дин начал бегать взглядом по фантомным огонькам, пытаясь рассмотреть происходящее и совершенно не зная, как на это реагировать. Видимо, ангелы его интерес заметили и…       — Ты… — Барадиэль неверяще переводил взгляд с охотника на ангела и обратно. — Видишь крылья?       Кас резко вскинул голову и уставился на Дина таким прожигающим взглядом, что по спине мужчины мгновенно пробежала какая-то горячая и в то же время колючая волна.       — Ты… — повторил Барадиэль, явно пребывая в каком-то шоковом состоянии, а у двух остальных ангелов в буквальном смысле отвисла челюсть.       Дин перевел взгляд на друга, в надежде получить ответ на вопрос: «Что, блять, тут вообще происходит?».       Но ангел молчал, а, спустя всего мгновение, его губы тронула какая-то очень грустная, полная сожаления улыбка. Ох, как Дину не понравилось это выражение лица друга. Рука с артефактом отчего-то противно задрожала.       — Печать Агапэ! — взревел Барадиэль рядом. — На человеке!       Дин не обратил на крики ангела абсолютно никакого внимания. Он продолжал пребывать в безоговорочном плену голубых глаз, не в силах ни пошевелиться, ни отвести взгляд. Он стоял с тяжелым сердцем в ожидании чего-то страшного. Будто вот-вот наступит конец света. Его личный, блять, конец света.       Кас чуть прикрыл глаза и медленно наклонил голову в бок, продолжая грустно улыбаться. От этого движения отчего-то захотелось либо зарыдать, либо броситься к ангелу и крепко его обнять, утешить, сказать, что всё будет хорошо и… Дин не сдвинулся места. Сердце буквально разрывало от непонятной невыносимой тоски. Сейчас охотник больше всего на свете хотел только одного — любым способом стереть с лица друга эту полную боли улыбку.       Кас опустил глаза. Его ресницы чуть подрагивали.       — К черту! — он сделал шаг к ангелу.       В тот же момент что-то изменилось. Резко пришло ощущение неизбежной катастрофы и, будто в замедленной съемке, Дин видел, как губы Каса начали двигаться, беззвучно произнося абсолютно невозможные слова.       — Нет! Он должен предстать перед судом! — услышал охотник на периферии сознания незнакомый голос, однако, так и не воспринял смысла сказанного, пытаясь переварить не озвученные Касом слова. Рука с артефактом сама собой безвольно опустилась. Он его?.. Что?       Меееееедленно, медленно серебряный клинок вошел прямо в сердце ангела. Кас резко вскинул голову, крылья над ним, а это без всякого сомнения были именно они, на мгновение вспыхнули, засветившись ярким светом, и осыпались чёрным мелким пеплом на золотистый песок.       Пустой сосуд упал на землю. Куда-то мимо Дина без всякого выражения смотрели потускневшие стеклянные глаза.       — Нам пора, — Мононс материализовался рядом, положил руку Дину на плечо и пустыня исчезла.