VI
23 января 2022 г., 23:51
Амалия сидела в кресле и смотрела Блиц-Крик через телевизор. Немытые несколько дней волосы собраны в пучок, пижама уже пропахла едой быстрого приготовления, потому что ни сил, ни желания готовить не было. Кашокова устала. Всю неделю она посещала собеседования: была и в государственных школах, и в частных, и даже на курсах. Спустя восемь собеседований, семь из которых не увенчались успехом, ей, наконец, предложили работу преподавателя математики и логики в частной школе.
Амалии, конечно, хотелось бы преподавать в каком-нибудь специализированном лицее, где у детей есть искренний интерес к предмету, но оплачивать счета нужно, так что согласна с любым подарком судьбы. Этот стресс на фоне поиска работы совпал с завирусившимися видеороликами со свадьбы, на которых Рустам и Амалия сидят за столом и перешептываются, хихикая. «Какой же это кринж, — подумала Кашокова, закрыла все свои социальные сети и удалила ТикТок.
— Что-то я подзаебалась, — тяжело выдохнула девушка и вдруг неожиданно услышала стук в дверь.
— Привет, — тихо произнес Рустам, держа пакет с шоколадным печеньем. — Я почему-то решил, что будет стыдно подниматься к тебе с пустыми руками, — сказав это вслух и осознав какая же это глупость, парень улыбнулся и потер переносицу от неловкости.
— Спасибо большое, — Амалии было не менее неловко, но не потому, что ее такой видит именно Рустам. Кашоковой в принципе неприятно выглядеть уязвимой, выглядеть не идеальной. Когда она гуляла с Саидахмедовым по городу в пижаме, она знала, что выглядит замечательно, а сейчас она откровенно страшна.
— Я хотел позвать тебя к себе, Эмир с Макаром у меня, мы играем в приставку, едим пиццу. Тебе тоже не мешало бы развеяться.
— Через двадцать минут спущусь, — кивнула девушка и побежала в ванную.
***
— Здорово! — бойко поздоровалась Амалия. Она была одета в черные спортивные штаны Adidas и черную футболку с котятами как у Нурлана. Мокрые волосы собраны в полотенце, торчала лишь крохотная прядь. Пахло от девушки мистом Victoria's Secret Platinum. — Привет, — Эмир и Рустам играли в приставку, Макар сидел в кресле рядом и ел пиццу. Вокруг были разбросаны подушки, «я надеюсь, они устроили бой, как девочки из подростковых фильмов», — усмехнулась Кашокова. — Садись пока, мы скоро освободим джойстики. — Я не умею играть в видеоигры, — призналась Амалия. — Ну и чего мы тогда ее позвали? — начал ворчать Илья. — Эй, это было грубо, — Амалия вошла в режим училки и встревоженно взглянула на Макарова. — У тебя все в порядке? — Его бросили, — объяснил Рустам. — Мы расстались по обоюдному согласию, — поправил его Илья. — Как будто, если бы ты был против, она бы не уехала в Украину с другим, — закатил глаза Эмир. — Видишь? Мне приходится наблюдать за этой драмой уже целый день. — Собрались трое взрослых мужчин и ведут себя по-мудацки, — Амалия завалилась на диван с куском пиццы. — Это еще почему? — возмутился Кашоков. — Нет бы поговорить с другом, утешить. Сидите за приставкой к нему спиной и дрочите, дрочите дрочите, — Амалия доела пиццу и вытерла руку об штаны. — И ты, Илья, тоже красавчик, почему-то решил, что можешь вымещать на мне, как подросток какой-то. — Ты у нас такая умная, Амалия, — начал дразнить ее Саидахмедов. — Всегда по полочкам все разбираешь, анализируешь. Как мы жили без тебя? — Ну, — начал кивать Макар, — лучше бы сказала как все исправить. — Никак, — пожала плечами девушка. — Приди домой, вымести эмоции, погрусти. Дай себе время на страдания. Позволь себе мракобеситься, так сказать. — Пиздец совет, конечно, — начал смеяться Эмир. — Ой, ну ладно, — нахмурилась Кашокова. — Ограничь себя до рамок желаемого партнера и не смей даже думать о какой-либо самореализации, Илья. Стань жертвой в отношениях, главное жалей себя почаще. Манипулируй ею: скажи, что она нахуй никому не сдалась, кроме тебя. Живи в том, что уже мертво, Макар, это очень по-русски. — Ладно, я понял тебя, понял, — Илья отвел взгляд в сторону и начал дергать ногой. — Вот ты термоядерная, конечно, — тихо произнес Рустам.***
Амалия успела отлежать оба бока, наблюдая за игрой ребят, съесть половину сырной пиццы и запить все это газировкой. «Ой, чувствую, аукнется это мне потом, — подумала девушка, — ну и похуй, — усмехнулась она и взяла еще кусок». Еще она прохрустела позвоночники всем парням, порылась в виниловых пластинках Рустама и даже пообнималась с Эмиром, что происходило крайне редко. А Рустам не мог прекратить улыбаться, наблюдая за ней. «Ну и клоунесса же ты!», — смеялся он, наблюдая за Амалией, пытающейся сделать торнато внутри бутылки, чтобы выпить все разом. Затем сам же за ней и повторил. — Я пойду уже, наверное, — встала и отряхнулась девушка, увидев время. — Мне же рано вставать завтра, не то что вам — Рустам вскочил с места, чтобы открыть ей дверь. Он незаметно вышел за Кашоковой и призакрыл дверь, чтобы их не услышали. — Амалия, я был рад, что ты не отвечала на мои звонки, — признался он, чем заставил девушку остановиться и обернуться. — У меня появился повод подняться и посмотреть на тебя ненадолго. Очень боялся, что у тебя другие планы и мы не сможем увидеться еще неделю. — Ну и кто из нас здесь клоун? — Амалии стало физически плохо от этих приятных слов, которые так непривычны. Она увидела, как взгляд парня погрустнел и он скрестил руки, неловко смеясь. — Ладно, признаюсь: я тоже скучала.
