Соната жаркого пламени.

Дилюк сам не заметил, как быстро пролетело время, и уже сегодня должен был состояться Праздник Морских Фонарей. За эти два дня, за которые он не видел Энрику, у него было время подумать о том, что происходит между ними, и что он сам чувствует. Он вновь и вновь прогонял в голове воспоминания о каждой встрече с Энрикой в перерывах между работой и сном. Он не знал, как описать то чувство безопасности и безмятежности рядом с ней. Он не знал, как объяснить это постоянное желание быть рядом, защищать от всего, что может причинить ей вред. Но одну вещь он знал точно — он хотел быть с ней. Несмотря ни на что, вопреки всему. Этот перерыв, который они взяли на двоих, дал понять, что он на самом деле чувствует, дал ту минутку спокойствия, когда можно было остановиться. Замереть на месте. Наконец-то осознанно взглянуть на свою жизнь. Дилюк хотел как-то по-особенному отпраздновать фестиваль вместе с Энрикой, и по совету одного из знакомых направился за традиционным нарядом Ли Юэ. Все-таки он должен соответствовать месту и событию, на которое собирался пойти. — Вам так идет этот цвет! Дилюк придирчиво рассматривает свое отражение в зеркале. Темно-серое, даже черное кимоно в светло-серую клетку, с винного цвета поясом подчеркивало фигуру парня, а на ногах красовались сандалии. Рагнвиндр улыбнулся отражению, и направился расплачиваться за одежду.

***

— Энрика? Дилюк аккуратно стучит в дверь, и ждет, пока девушка откроет. Не проходит и минуты, как Энрика появляется на пороге с мягкой улыбкой на лице. Рагнвиндр ловит себя на мысли, что дверь в их отношениях уже имеет какое-то особое значение — именно в первый день знакомства она чуть было не прилетела ему по лицу. — Привет. Тебе… Идет. — Спасибо. Девушка рассматривает внешний вид Дилюка, с улыбкой смотря на идеально-выглаженное кимоно и пояс. Было непривычно не видеть его в костюме и перчатках — Энрике показалось, что сейчас она первый раз видит, что Дилюк вышел куда-то без них намеренно. — Да, это то, что ты видишь. Я готовился! Ты готова пойти на праздник? — Можешь зайти? Мне нужно ещё пару минут. Дилюк кивает, заходя в комнату, и удобно устраивается в кресле. Энрика уходит за ширму и переодевается, после чего выходит из-за неё и замирает перед парнем. Дилюк с искренним восхищением рассматривает небесно-голубое кимоно с белым широким поясом. Энрика смущённо улыбается. — Как тебе? — Ты шикарна, Энрика. Для меня честь сопровождать тебя сегодня. Энрика смотрит на парня с нежностью в глазах, и охотно вкладывает свою руку в протянутую ладонь Дилюка. Они покидают комнату и отправляются на деревянную набережную, где уже во всю кипела жизнь.

***

— О, я хочу поиграть. Дилюк едва успевает уследить за девушкой, когда она курсирует от одного места развлечений до другого. Сейчас они застыли возле палатки с игрой, где нужно сбивать бумажную пирамиду самолетиком из бумаги. Дилюк с улыбкой кладёт жетоны мероприятия на прилавок и добродушного вида торговец даёт Энрике три небольших самолетика-оригами. Энрика прицеливается, но два самолётика летят мимо, и остаётся лишь одна попытка на то, чтобы пройти игру и получить плюшевую игрушку. — Смотри, встань так, и лучше бросать из-за плеча. Дилюк аккуратно поправляет позу девушки, регулируя ей направление полёта. Энрика улыбается широко и кидает в мишень. Пирамида рассыпается в тот же момент, едва ее касается оригами. Энрика взвизгивает и виснет на шее парня, радуясь тому, что у неё получилось. — Умничка, Энрика. — Ваш приз. — Спасибо. Энрика берет большого плюшевого дракона, похожего на Властелина Камня, и прижимает его к себе. Дилюк смеётся, смотря на нее, а потом замечает палатку предсказаний совсем рядом с ними, и задерживает взгляд на ней. — Хочешь получить предсказание, Дилюк? Энрика ловит его взгляд, и улыбается, видя, как юноша задумчиво кивает. Да, пожалуй, в мистику он не особо верил, но почему-то в этой праздничной атмосфере он был готов поверить даже гадалке из странного шатра. Они смело заходят внутрь, и женщина, которой на вид было не больше сорока, сразу же приказывает им сесть. Гадалка внимательно всматривается в лица пришедших, и напряженно молчит. Пара переглядывается между собой, обмениваясь немыми вопросами, которые не решились задать гадалке сразу. — Ты. Задай мне свой самый сокровенный вопрос. Молча. Гадалка указывает на Энрику и внимательно смотрит в пронзительные зеленые глаза. Дилюк чувствует, но не может объяснить, какая аура была у этой женщины. Она внушала ему уважение, возможно, даже немного страха. Но на лице Энрики не дрогнул ни один мускул. Она наклонилась к гадалке ближе, не отрывая взгляда от ее глаз. На секунду Дилюку кажется, что в карих глазах гадалки мелькает озорной огонёк. — Дитя моё, не сомневайся в этом. Как ты пожелаешь, так то и будет. А касательно второй части… Мой ответ да. Ты получишь то, чего так сильно желаешь, дитя мое. Глина подчиняется каждому, кто страстно любит ее. Энрика замирает — от подобного точного попадания по спине побежали мурашки. Она не знала, как описать это странное чувство, словно гадалка смогла заглянуть внутрь ее души, и прочитать то, о чем она думала в этот момент. Женщина, тем временем, стремительно переключилась на Дилюка. Парень напрягся, чувствуя, будто ему проникают в голову. — Дитя… Ты так много пережил за так немного лет. Ты не знаешь, что из миллиона вопросов тебе нужно спросить сейчас… Ты потерян, но так искренне ищешь маяк, который укажет тебе путь. Дитя мое, открой свое сердце чувствам, ты найдешь то, что так страстно ищешь, и в безжизненной пустыне распустятся цветы. Дилюк не может сказать ни слова — рой мыслей в голове внезапно затих, словно кто-то нажал на кнопку и выключил его. Парень глубоко вдохнул, и тихо поблагодарил гадалку. Он не до конца осознал, что именно имела ввиду гадалка, но он был уверен в том, что в этот момент его вдруг настигло просветление. — Ты как? Выглядишь шокированным. — Я? Я не знаю. Но впервые это незнание не давит мне на плечи. У меня сложилось ощущение, будто с меня сняли груз, который тянул меня на дно. Дилюк улыбается, смотря куда-то вперед, а затем переводит глаза на девушку и мягко протягивает ей ладонь, предлагая взяться за руки. Энрика не может ему отказать — в этот момент он выглядел таким счастливо-уязвимым, что ее сердце налилось приятной теплотой. Дилюк привычно берет ее за руку и перекрещивает пальцы — такой обычный жест, но у них обоих он вызвал мурашки по всему телу. В этот момент Дилюк осознал, что он соскучился. Он невероятно соскучился по ней всего лишь за пару дней. Он понял, насколько ему не хватало ее улыбки, ее голоса и смеха, насколько он соскучился, изголодался по прикосновениям к ней. Он улыбался ей так нежно и мягко, насколько вообще был способен. — Смотри-ка, сколько вкусностей, Дилюк! — Время на них напасть. Пара заливается смехом и спешит к многочисленным палаткам с едой, после чего оседает за одним из столиков и принимается уничтожать все то, что успели набрать за забег по ларькам. Еда приятным теплом растекалась по желудку, давая ощущение насыщения и безопасности. Дилюк сбился со счета сколько нового он попробовал всего лишь за каких-то пару часов. Энрика с энтузиазмом рассказывала историю каждого традиционного блюда. — Скоро будут запускать фонарики. Энрика уселась поудобнее и обратила взгляд на море, ожидая, что с минуты на минуту все начнут запускать в небо яркие фонарики. В этот момент Дилюк обращает на себя внимание девушки, и она невольно замирает — он держал в руках два красивых, огненно-рыжих фонарика, которые только оставалось зажечь — и они взлетят в воздух. — Ты… Ты правда взял фонарики? — Я хочу, чтобы сегодня ты загадала свое самое сокровенное желание. Пара берет фонарики и подходит ближе к воде. Секунда, две, три. Дилюк зажигает фонарики, и пара встает друг напротив друга, смотря друг другу в глаза. Во взгляде парня читалась щемящая нежность и счастье. В глазах девушки — бесконечная благодарность и… Любовь? Дилюк был готов поклясться, что увидел именно ее. Она цвела в ее душе нежным, маленьким, ранимым цветком. Раздается сигнал, и Энрика ловит шепот Дилюка: «время желать». Они закрывают глаза, загадывая желание, а потом отпускают фонарики в небо и смотрят, как их огоньки присоединяются к тысячам других — они взмывают в ночное небо огромным строем. Энрика замирает на месте, завороженно смотря на то, как те сияют на черном полотне. Дилюк мягко привлекает девушку к себе и обнимает, не отрывая взора от ее лица — она смотрела на это чудо с таким детским восторгом, что Рагнвиндру кажется, будто бы он чувствует, как бешено бьется ее сердце. Дилюк переводит глаза на небо, и улыбается. В этот момент он действительно был счастлив. Счастлив настолько, что все остальное в этом мире перестало его волновать. Словно так все и должно быть - Энрика в его объятиях, ночное небо освещается тысячами фонариков, а в его душе наконец-то спокойно. — Как думаешь, наши желания сбудутся? — Я в этом уверен, Энрика. Дилюк смотрит на девушку с нежной улыбкой. Она улыбается ему в ответ и аккуратно перемещает одну руку на его грудь, а второй касается его щеки, мягко проводя пальцами по коже. Дилюк смотрит ей в глаза и не может отвести взгляда. Такая нежная, такая красивая. Она казалась ему вышедшей из сказки — едва заметный румянец выступил на щеках, пронзительные зеленые глаза светились нежностью и счастьем. Дилюк накрывает ладонь Энрики на щеке ладонью, и улыбается, чувствуя, что счастье настолько переполняет его душу, что ему казалось, что еще вот-вот, совсем немного, всего одна капля — и он потеряет сознание. — Я так счастлив с тобой. Дилюк одной рукой прижимает Энрику ближе к себе за талию, а второй мягко поднимает ее лицо пальцами за подбородок. Энрика завороженно смотрит ему в глаза, и боится сказать что-то лишнее, что могло бы разрушить этот волшебный момент. Дилюк склоняется ниже. Его теплое дыхание касается кожи девушки, и в этот момент все звуки музыки и голоса людей доносятся до них словно через вакуум. Между ними остаются считанные миллиметры, и Дилюк смело накрывает губы девушки своими, втягивая в нежный, трепетный поцелуй, от которого им обоим кажется, будто на фоне взрываются фейерверки. Энрика скользит руками по шее парня, нежно отвечая на поцелуй. Дилюк мягко, с аккуратностью прижимает ее ближе к себе. Пара отстраняется друг от друга, и завороженно смотрят друг другу в глаза, но внезапно рядом с ними раздается знакомый мягкий голос: — Дилюк!