Часть 1
11 января 2022 г., 18:08
Дождь за порогом барабанит в дверь. Настойчиво и громко, срываясь на порывы надрывного крика. Голос хрипнет, в горле стынет желчью злоба, вырываемая отчаянием из глубин лёгких с корнем, как пресловутый сорняк на поле одуванчиков.
И где-то там я. Стою и жду тебя. Жду в пышном винограднике, среди цепких ладоней знакомых мне лоз. На кожице каждой ягоды паром оседает моё дыхание, ледяной коркой покрываются скатывающиеся капельки дождя, как по твоим белым-белым щекам. О, Архонты, ты словно снег. Белый-белый. Белый...
Но слов не слышно. Громыхает. Сверкает изломанная молния, разрывает свинцовые тучи, освещая едва уловимый силуэт в ночи.
Шторы задёрнуты. Неторопливо наполняет теплота камина сердце, пронзённое осколком колкой льдинки. Давно уж спит израненный и чуткий, давно не слышит гроз.
Сливеют губы. Дождь жжёт мне кожу в наказание. А я стою и говорить не смею о том, что на устах застряло. О том, что спрятал средь праздных дней в надежде утаить от самого себя. А ты не слышишь или слышать не желаешь. А я кричу под рёв грозы в надежде донести. Или сорваться.
И память человека - лист скомканный местами, обкусанный, исписанный, исчёрканный. Но где-то меж загибов резких прячутся искомые слова. А может даже имя. Лёгкое, как мимолётное дыхание. Холодное и тонкое, прозрачное.
И, может, ты найдёшь меня на закоулках долгих снов, где всё легко и всё понятно. Где не было смертей и крови братской. Где мы с тобой остались... Ты только не забудь меня в ночи сырой. Ты вспомни обо мне, когда на окнах засверкает иней зимний, когда прорежет небо луч искристый.
И, говорят, ещё стоит чудак учтивый меж виноградных лоз, с улыбкой ласковою и печальной.
