Домик в лесу

- Да что ты вообще понимаешь! - отчаянно крикнула Таши и стремительно выбежала наружу. Я даже не успел понять, что произошло. А когда понял, выбежал вслед – с ней в том состоянии, в каком она была, могло случиться что угодно. - Таши! Таши! Где ты? Я видел сломанные ветки и примятую жухлую траву, где она бежала. Слева послышался шум, в небо поднялись потревоженные птицы, и я ринулся туда. Похоже, она неслась, куда глаза глядят, совершенно не разбирая дороги. Я же следовал за ней, иногда почти настигая, окликая по имени – но она то ли не желала останавливаться, то ли совсем помешалась. В какой-то момент, у упавшего исполинского дерева, я потерял след. Оглянувшись, я увидел, как на ствол грациозно опустилась белоснежная сова. - Куда она побежала? Куда? – выкрикнул я. - Обращайся в пса, проще искать по запаху! – ответила она, и махнула крылом в сторону. - Дурааааргх, - ругнулся я, уже превращаясь. Я даже не отметил в уме тот момент, когда тело собралось, покрылось мехом, и, что важнее, способности стали острее – тогда было не до церемоний. Я просто побежал дальше, но, чёрт возьми, теперь ощущал острее чародейку, и уже не боялся потерять. Тогда я не отметил, что запах отличается от обычного, было в нём что-то неправильное, но какое мне тогда было дело? Главное – догнать! Не помню, сколько ещё длилась эта безумная погоня, но я всё же нагнал сестру. Таши, видимо, споткнулась, потому что стояла на коленях, уперев руки в мёрзлую землю, и тяжело дышала. Она порвала платье, руки и ноги были в царапинах, в волосах запутались какие-то палочки и хвоя – но это была она, моя Таши, я нашёл её! Как я обрадовался тогда! Мне казалось, этого будет достаточно. Я подбежал к ней, чтобы привычно лизнуть в лицо, но какая-то странная сила остановила меня. С чародейкой что-то творилось неладное. От неё исходила энергия… мрачная энергия, недобрая. Я носился рядом, лаял, но Таши словно не слышала меня, глаза её были закрыты. Надо как-то достучаться до неё… Нужны руки и голос! - подумал я, и вновь стал человеком. - Таши! Таши! – звал я, но, заглядывая ей в лицо, не видел ничего. Я тряс её за плечи, но она даже не пошевелилась. Это всё начало меня пугать. Что-то странное происходило - её кожа стала излучать какой-то зеленоватый свет, а тело стало нестерпимо горячим и тягучим; когда я невольно отпустил её, на моих ладонях осталась какая-то зелёная слизь. Свет становился ярче, а прямо из её тела начали прорастать гибкие побеги. Те, что росли из рук и ног, врастали в землю, становясь корнями. Те, что появлялись из спины и плеч, поднимались ввысь и переплетались между собой. Это была магия, но никогда прежде и впредь я не видел ничего подобного. Не прошло и пары минут, как прямо на моих глазах девушка обернулась молодым деревом. Только безучастное лицо, словно бы высеченное на стволе неведомым мастером, могло напомнить, что здесь был человек. Я не мог ничего сделать, а только валялся рядом и скулил, как дрянной пёс, что не смог защитить свою хозяйку. Совсем рядом скользнула большая тень совы, но на землю Госпожа Леса ступила уже человеческими ногами. Я впервые видел её в этом облике, и, несмотря на своё отчаяние, испытал благоговейный трепет перед красотой этого существа. Белое оперение превратилось в белоснежное одеяние, расшитое серебряными нитями, и волосы её тоже были серебристо-седыми, хотя на вид ей было не больше тридцати. Хотя как можно говорить о возрасте тех, кто помнит времена ещё до пришествия луны и солнца? Я уже не говорю о зверях и первых людях. - Простите, я не выразил вам должного почтения, - осмелился заговорить я, становясь на колени и опуская взгляд, - я очень спешил и не понял, кто передо мной… - Не стоит, - произнесла она тихим голосом, от которого меня пробрала дрожь. Это были, наверное, самые прекрасные звуки из всех, что я когда-либо слышал. Госпожа Леса подошла вплотную к дереву, которым стала Таши, и прикоснулась к одной из ветвей. По дереву пробежала лёгкая серебристая дрожь. – Сколько боли. - Б-боли? - Я чувствую её воспоминания, - Госпожа вздохнула. – Вижу, как она покидает тот город. Вижу, как теряет связь с Учителем. Как пытается достичь своей цели, но у неё не выходит. - Но это всё было давно, она же не могла из-за этого… - Не так давно, чтобы забыть об этом. И я вижу ещё что-то, - Госпожа сжала ветку сильнее. – Какой-то юноша посреди снегопада. О нём она тоже горюет. - Но что теперь можно сделать? – я осмелился поднять голову и посмотреть на божество. Госпожа отпустила ветвь, и мне показалось, что я услышал слабый стон. Она обернулась, и я опустил глаза, ведь каждому известно, насколько опасно пересекаться взглядом с Древними. Она подошла так близко ко мне, что я мог коснуться её одеяния. - Не дай древу прорасти слишком глубоко. Если эти чувства окрепнут, то она больше не сможет обрести человеческий облик. – Так она сказала и пошла прочь. Прежде, чем стоило бы подумать, что же творю, я закричал: - Госпожа, верните Таши! Вы же можете! Богиня остановилась, а я понял, что только что натворил. В голове пронеслось "Зато это было искренне", а затем перед глазами пронеслась почти что вся жизнь. Госпожа Леса склонила голову, и, на удивление, я увидел улыбку. - У меня нет власти над людскими чувствами, так что тебе придётся самому разгадывать эту загадку, - с этими словами она обернулась совой, и мгновенно скрылась из глаз. Я вспомнил, что сейчас в теле человека, потому что продрог. А вот дерево, которым стала Таши, оказалось тёплым на ощупь, как её руки, когда она гладила меня по голове. Я превратился и заснул там же, и всю ночь меня тревожили беспокойные сны.