Ведь ты ещё жив...

      Сколько ещё придумают испытаний в этой Смертельной игре? Те, кто смогли выжить, добрались до четвёртого этажа, а те, кто погиб…ну… даже не всех погибших оставили в покое. Манекены людей, жертв первого испытания, которым не повезло, и которых приставили, как напарников на этом этаже, к выжившим…       Ха… напарники?.. Если бы всё было так просто…       Куклам ведь тоже поставили условие…Хотя какие куклы? Они тоже могут испытывать эмоции и страх смерти тоже.       Ваш напарник должен занять ваше место. Просто убейте его…       Сядет аккумулятор – умрёте… Отойдёте далеко от человека с кем связаны – ошейник на шее взорвётся. Давление и страх…       Предательство…       Кью-Таро оказался ранен. Буквально нож в спину, но…       Работайте с нами манекены… Вы такие же жертвы…       Доверие…Надежда… Но они снова колеблются… Снова боятся…Если умрёт мастер этажа их жизнь тоже оборвётся…Они не могут позволить Кейджи его убить…И жизнь ещё одного человека под угрозой.       Ранмару Кагеяма хочет доверять выжившим. Он видит те узы, что объединили их, прошедших через многое. Он верит в то, что можно обойтись без жертв.       - И ты всё ещё хочешь дружить с этими ребятами? – Курумада кажется из тех, кто меньше всего хочет сотрудничать, но…       - Мы предали их первыми… И они нас простили, верно? Теперь… Наш черёд простить их.       - Хочешь сказать, мы станем это делать?!       - Разве это не бесит тебя?! Мы просто игрушки Мидори! Сначала нас убили! Вернули к жизни, нацепили ошейники и используют! Мы даже не пытались что-либо сделать, пока Сара и остальные сражались! Так страшно умирать…И мы даже не можем сопротивляться! Это просто делает нас…его игрушками…       Что-то всколыхнулось внутри Курумады. Ведь что-что, а подчиняться мастеру этажа и людям, втянувшим их в эту игру, хотелось меньше всего. Этот шкет чертовски прав, они не игрушки!       Ранмару всё же переживает, что не все манекены согласятся с ним. Хотя Анзу и Хаясака, кажется, всё же не хотят ранить остальных, даже Май, которая очнулась позже, испытывает угрызения совести за поступок с Кью-Таро. Хинако остаётся безучастной, сотрудничает неохотно, но и навредить одна не может. Сомнения всё ещё терзают на счёт Курумады… Он, кажется, довольно силён физически и если вдруг…       - Ты серьёзно? Хочешь дать нам свободно передвигаться? – Кагеяма немного напрягся от вопроса, когда Сара собиралась деактивировать парную функцию ошейников, что позволяло бы им не находиться постоянно рядом с выжившими.       - Хинако будет рада это слышать… Потому что так будет проще забрать ваши жизни…       (Что? Насколько прямолинейный этот боксёр?)       В воздухе повисает неловкая пауза…       - Если тебе нормально с этим… Валяй и сделай это… - Беловолосый не может понять… Наомичи угрожает, или шутки у него такие?...       Парная функция ошейников деактивирована…       Курумада молчит, будто бы его победили в упрямстве. Значит, всё-таки, он не всерьёз говорил? Если говорить о шутках, то он и правду временами пытался в разговоре поддеть собеседника, и Ранмару это тоже не обходило стороной.       Ну, в конце концов, может он всё же и не плохой парень?       ***       (Значит теперь можно передвигаться свободно?)       Наомичи Курумада был ещё рад этому по одной простой причине… Постоянно находясь рядом с мелкой соплячкой он чувствовал себя как… Грёбанная. Нянька. Даже узнав, что манекены собирались убить своих напарников Канна похоже не боялась боксёра.       (Она что настолько мне доверяет?)       Пока все разбрелись кто куда на поиски заветной ID-карты, девочка предпочла остаться в комнате с мониторами. По привычке Курумада собирался остаться рядом, не оставлять же мелкую одну (Чёрт, да я думаю уже как нянька!). К счастью от данной обязанности его избавил Элис, который, кажется, чувствовал большую ответственность за коротышку (Хах, это так называемые чувства старшего брата?). А вот Анзу куда-то быстро свинтила, кажется, она до сих пор побаивается этого безобидного полосатика.       (Союзники, да?..)       Но убивать кого-то ради спасения собственной шкуры как-то не хотелось. К тому же, они, и правда, хорошие люди, а некоторые ещё совсем дети. Поднимать руку на слабого – мерзкое чувство…       Копаясь в своих мыслях, Курумада обходил комнату за комнатой, по пути встречая всех остальных. Май и Кью-Таро так и остаются вместе. Похоже, бейсболист всё же не очень хорошо чувствует себя после ранения и присел отдохнуть. Девушка, кажется, ощущает привязанность и пытается хоть как-то помочь. Она всё ещё переживает и чувствует вину за случившееся, на что громила только отшучивается (Удивительно, что даже после такого, они поладили?).       Хинако всё ещё бродит в одиночестве.       - Что? Я рассказала вам об ID-карте, а где она понятия не имею… - всё так же неохотно отвечает на расспросы (Но всё же пытается помочь?)       Гин и Хаясака не желали расставаться (Вот уж, кто точно решил добровольно стать нянькой… Хотя кто с кем нянчится ещё вопрос…). Сара тоже была с ними. Было видно, что она переживает, но стойко держалась, что бы не давать слабину (Всего лишь старшеклассница, но, кажется, понятно, почему она лидер группы).       (Кстати о старшеклассниках… Разве Ранмару не крутился всегда рядом с ней?)       Знакомой пушистой белой макушки нигде не было видно, ни рядом с Сарой, ни в других комнатах. Да, и Анзу куда-то запропастилась. Впрочем, здание большое, а коридоры запутаны, так что велик шанс случайно разминуться. Спускаясь на четвёртый этаж, что бы ещё раз осмотреться Курумада вновь задумался, и мыли, вновь, сами с собой закрутились о пушистоголовом парне. Он ведь первый, кто в открытую предложил союз с выжившими и пошёл против планов Мидори. Смелости этому школьнику не занимать, Курумаде даже было немного обидно, что он сам первым не пришёл к тому же решению, ведь от мысли о том, что ими манипулируют и правда тошнило (Чёрт, чувство, что меня превзошёл какой-то школьник…). А ещё Кагеяма искренне верил, что он и сам был человеком, даже несмотря на то, что видел видео смерти настоящего себя. Так жестоко эти частицы маленькой надежды недавно были разбиты и раскрошены окончательно, когда парнишка случайно отделил собственную руку в комнате с мониторами… Полая оболочка внутри которой лишь схемы и электроды… Конечности, которые просто можно менять, как захочется…И самое страшное в этот момент была реакция самого парнишки, в глазах которого весь мир и вера в будущее рухнули. Глубокое потрясение на грани слёз, которые уже подступали к глазам. Все манекены и люди замерли в тот момент, не зная как реагировать. Кажется, Элис тогда привёл Ранмару в чувства, сказав что-то вроде: «Куклы не плачут из-за такой ерунды… Иметь надежду, противоречивые эмоции и испытывать боль от этого – разве это не по-человечески? Разве это не делает тебя настоящим человеком?»       - Чёрт бы их побрал эти эмоции! – Курумада стукнул кулаком по стене – Нахрена вообще куклам эмоции?! Без них было бы куда легче! Чего ради организация так запаривалась, создавая нас?       Лёгкое покалывание ощущалось на кулаке, хотя повреждений не было.       - Даже тактильными ощущениями наделили, а? – гулко прорычал синеволосый.       (Как же всё это бесит!)       Из мыслей боксёра вывел какой-то звук. Что это? Звучало очень приглушённо, но похоже на крик. Нехорошее предчувствие заскреблось внутри, он до сих пор не встретил Ранмару и Анзу. Побежав практически наугад, так как он не был точно уверен, откуда исходил звук, Курумада направился в комнату-галерею. Забежав туда он ничего не обнаружил, но спустя пару секунд с другого прохода пришла Май, а следом за ней приковылял Кью-Таро.       - Эй, вы тоже слышали этот звук? – спросил Наомичи новоприбывших.       - Да, мы были в соседней комнате, и нам показалось, что звук шёл отсюда – взволнованно ответила Май.       Но галерея оставалась без изменений. Всё те же ужасные картины, всё тот же отвратительный вкус того, кто это развесил тут. Звук был настолько тихим, что его слышали только в ближайших комнатах. Он шёл отсюда или нет? Или из-за устройства здания тут хреновая акустика и звук вообще исходил из другого места? Или же…Звук был громким, но источник на пятом этаже? Курумада уже собирался ринуться обратно к лифтам, как вдруг одна из картин, висевшая на расстоянии полметра от пола отрылась с грохотом словно крышка. За картиной был тёмный проход, по размерам позволяющий проползти там взрослому человеку, и оттуда что-то вывалилось. Вернее не что-то, а кто-то… Знакомая растрёпанная белая макушка устремилась к полу, а потому Наомичи, который стоял ближе всех, вовремя среагировал и подхватил падающего Ранмару.       - А?! – явно не ожидая толи резкого падения, толи мягкой посадки в чьи-то большие руки, школьник широко распахнул глаза.       - Эй, пушистоголовый, ты в порядке?! Что с тобой случилось? И где ты, чёрт возьми, был?! – поток вопросов Курумады кажется ещё больше выбил из колеи и без того ошарашенного Кагеяму, который лишь испуганно моргал.       Тело Ранмару было лёгким, боксёр, конечно, знал, что он дохляк, но весил он едва ли тяжелее Канны, хотя может тела манекенов были легче, чем у людей. Внешний вид сейчас тоже был неважный: растрёпанные волосы, помятая и запачканная одежда, вдобавок бинты, покрывающие руки школьника, сейчас растрепались и небрежно болтались белыми лентами. А ещё паренёк дрожал всем телом, как если бы у него был озноб.       - Ранмару, что с тобой? – Май с Кью-Таро подошли ближе, обеспокоенно смотря на своего союзника.       - Там… там… - Ранмару продолжавший дрожать, вцепился руками за ближайший предмет, а именно майку Курумады, как за спасительную соломинку – А… Анзу… она…       Напуганный школьник не мог нормально выдавить и слова из себя, но все присутствующие поняли, что случилось что-то страшное. Наомичи попытался отлепить от себя школьника и уложить его на диван, так как считал, что надо немедленно лезть в это подобие большой вентиляции и спасать Анзу. Однако попытки не увенчались успехом, находившийся в шоковом состоянии Ранмару, казалось, вообще не понимал, что происходит вокруг и лишь сильнее жался к человеку, что держал его и бормотал что-то невнятное.       - Да отцепись ты уже, шкет! Чёрт… Приди в себя! – Боксёр не понимал, что делать в данной ситуации… Как обычно успокаивают детей? Хотя он уже не ребёнок…Но что его так напугало?       - Ща, я быстро туды сползаю и узнаю шо к чему – Кью-Таро уже был готов сам броситься в бой однако Май остановила его.       - Нет! Ты ранен, что если с тобой что-то случиться?       - Но Анзу тама совсем одна одинёшенька, шо если ей угрожает смертельная опасность?       - Поэтому я пойду туда, а тебе лучше ждать здесь! – запротестовала девушка.       - Эй, отлепите кто-нибудь этого сопляка и успокойте его! Я сам проверю что там! – Курумада резко прервал спор парочки, всё ещё тряся Ранмару, – Эй!       Звонкий шлепок. Да, Наомичи не придумал ничего лучше чем отвесить пощёчину и без того потрёпанному беловолосому. (В фильмах же это помогает… Вроде как приводит в чувство… Я же не сильно ему заехал?)       Ранмару замер. Пару секунд, и он, наконец, поднял прояснившийся взгляд на боксёра.       - К… Курумада? Ой! – парень наконец отпустил боксёра и торопливо одёрнул руки из-за чего едва ли не припечатался затылком к спинке дивана.       - Тч… осторожнее… - Курумада наконец смог нормально усадить беловолосого на диван.       - Ранмару, как ты? – Май, которая сначала хотела отчитать синеволосого за жестокие методы, всего лишь облегчённо вздохнула, когда увидела, что Кагеяма пришёл в чувства, и мягко опустила ладонь на его плечо.       - Шо произошло? Где Анзу? – подключился к расспросу Кью-Таро.       Снова огорошенный со всех сторон вопросами, Ранмару опустил взгляд в пол и тихо произнёс:       - Анзу…Мертва…       Звук эхом отразился от стен в этой небольшой комнате, от пола до потолка завешанной картинами и растворился в тишине коридоров… Все трое слушателей резко замолчали…       ***       Ранмару всё ещё трясёт. Он помнит предсмертный крик Анзу, вой монстра, неприятный скрипящий звук, треск и как что-то разбивается. Он не помнит как выбрался оттуда, помнит только как только отчаянно хватался руками за каменные стены, боль в коленях и ладонях от того что пришлось быстро ползти, яркий свет в конце и грубую ткань за которую ухватился, когда смог выйти на свет… Боль в щеке и первое, что он чётко видит – это пурпурные глаза Курумады, в которых плещется беспокойство…       - Тч! Монстр, значит… Чёрт, мы слишком расслабились! – Наомичи сжимает кулаки от злости и бессилия в данной ситуации.       С трудом, но беловолосый рассказал о том, что они вместе с Анзу нашли тайную комнату, но как только зашли туда, дверь захлопнулась, и на них напал монстр. Да, один из тех, о которых их предупреждали в самом начале. И негодование синеволосого было понятно, ведь монстров было столько же, сколько и манекенов. Одна жизнь куклы – один монстр. И это чудовище остановится, если только убьёт одного манекена, либо же если его сокрушат ответным ударом. Боксёр был прав, они потеряли бдительность, и им стоило заметить, что количество побеждённых монстров всё ещё не равнялось числу кукол.       Позже созвали всех остальных, и новость о смерти Анзу шокировала их. Тело самой бедняжки всё же достали из потайной комнаты. Изрезанный торс больше напоминал решето. Леденяще выражение застыло на потрескавшемся лице. Яркая одежда превратилась в грязные лохмотья.       Ранмару уставился в пол, сидя на диване, держась руками за колени, он непроизвольно впивался в них пальцами. Кто-то подходил, спрашивал в порядке ли он. Кто-то пытался утешить и подбодрить. Голова абсолютно пуста… Казалось все эмоции ушли вместе со смертью союзника, и школьник ни на что не реагировал…       - Эй! – никакой реакции…       - Эй! Слышишь, что говорю? – толчок в плечо, рядом подсаживается синеволосый.       - А? Да?.. – Ранмару наконец поднимает голову.       - Тц… Ты ведь всё мимо ушей пропускаешь, – Курумада недовольно хмурится, - Я говорю… Не смей раскисать!       - А.. ага… - вяло реагирует парень.       - Вот же ж! – беловолосый вздрагивает, так как на его макушку опускается широкая ладонь, которая легонько треплет, и без того не в лучшем состоянии, причёску – Ты бы хоть в порядок себя привёл… А то ты… словно этот…как его…Зомби!       - Чего? – опешил Кагеяма.       - Тц, как дохлый, короче, – цыкнул Наомичи, – Дай сюда свою руку.       Не совсем ещё понимая, что происходит Ранмару, не думая протянул руку. Её тут же обхватили две широкие ладони, которые начали ловко поправлять растрёпанный бинт.       - А? – беловолосый хотел одёрнуть руки, но хватка старшего была крепкой.       - Да сиди ты, не рыпайся! – Курумада ухмыльнулся, – Я просто приведу это в порядок.       Во время возни с бинтом боксёр вдруг тихо заговорил:       - Знаешь, не вини себя в случившемся… - Ранмару снова вздрогнул, а синеволосый продолжал, – Мы манекены уже однажды погибли, и хоть об этом и противно думать, сейчас мы зависим от воли организаторов… Захотят – воскресят наши куклы вновь, захотят – заставят играть в эти смертельные игры…- Курумада замялся, но снова продолжил – Но у нас тоже есть эмоции и свои стремления. Разве ты сам не говорил, что не хочешь быть их игрушкой, а? – с усмешкой он принимается поправлять бинт на другой руке – Не позволяй всем этим ловушкам сломить тебя. Я…       Ранмару не показалось, или этот парень от чего-то смутился?       - Я… Мне ведь и правда понравилось, то что ты тогда сказал…Агх, блин! Короче! – Наомичи наконец закончил свою работу и крепко сжал ладони Ранмару в своих – Не отступай от своих слов, чёрт возьми! Ведь тогда ты и правда был чертовски крут!       Немая пауза.       - А?! – Ранмару окончательно очнулся. И теперь сам почувствовал приливающее к голове смущение. Он завертелся по сторонам, так как ему стало неловко от мысли, сколько людей видели это… Ась? А где все вообще? Разве минуту назад тут не было целой толпы? Минуту ли? Сколько вообще времени прошло?       - Хах, проснулся, наконец! – ухмыльнулся Курумада, выпуская руки младшего из крепкой хватки.       - А где остальные?       - Ушли на пятый этаж. Тебя никто не мог растормошить, так что я остался приглядывать за тобой, на случай если нападут монстры.       (Точно! Монстр!)       - А, Анзу?..       - Мы перенесли её тело на кладбище – нахмурился синеволосый – Ты то, как? Пришёл в норму?       - Да, вроде…- паренёк отвёл взгляд в сторону, но тут поддался какому-то внезапному порыву и заключил синеволосого в объятия, - Спасибо…       - Воу, хорош! – Курумада неловко вздёрнул руки вверх, не зная, куда их деть – Я уже успел наобниматься с тобой, так что хватит так прижиматься ко мне!       - Что ты имеешь ввиду? – Ранмару отстранился в некотором замешательстве.       - А ты что же, не помнишь? – боксёр фыркнул – Ты вывалился из тайного хода, прям мне на руки, и, чёрт возьми, вцепился в мою одежду так, будто от этого зависела твоя жизнь! Мы даже втроём бы тебя отодрать не смогли!       - Мы? Втроём?.. – а вот теперь Кагеяма и правда был готов провалиться под землю со стыда… желательно на первый этаж… или ещё ниже… Ведь он действительно начал припоминать что-то такое… Пусть он и плохо соображал тогда, но помнил ощущения ткани в руках.       - А, ну да… Май и Кью-Таро тогда рядом были – Курумада почесал затылок, - Эй! Ты чего?       Ранмару не знал, на кого ему сейчас злится больше на себя за своё прошлое поведение или на людей создавших его… За эти. Проявления. Эмоций. Удивительно, но манекен сейчас залился краской до кончиков ушей, при этом испытывая невероятный стыд. Казалось ещё чуть-чуть и из него повалит дым.       - Эй, пушистоголовый, ты так перегреешься! – Курумада потряс парня за плечи, – Чё ты как девчонка смущаешься?!       Ранмару подумал о том, что хочет врезать этому боксёру…А лучше сразу врезать себе… да так, чтоб отключиться и избежать от этого стыда…       ***       Спустя время все, наконец, собрались в комнате с мониторами.       - Мяу, зефирка, снова с нами, вуф! – Гин радостно скакал вокруг Ранмару – Мускулистый синеволосик, ты, и правда, хорошо о нём позаботился, вуф!       - Ага… - Курумада наблюдал за ребёнком, поражаясь, сколько в нём энергии, даже в такой ситуации.       - Курумада и правда очень надёжный… И добрый – Канна мягко улыбнулась.       В окружении детей, Наомичи снова стал чувствовать себя нянькой (Чёрт, будто бы в детский сад попал…).       - Хмф, а ведь по угрожающему внешнему виду и не скажешь! – хмыкнул Ябусаме.       - Но ведь… Элис тоже хороший… Хотя сначала об этом сложно было подумать… И он тоже заботится о Канне – зелёноволосая девочка так и светилась счастьем.       - А?.. Эм… это… Кхм! – было видно секундное замешательство и смущение парня, но он тут же вернулся к своей привычной напыщенной манере, – Это всё потому что я, как старший брат, не могу оставить младших в беде!       (Хах, вот значит как…)       У Курумады и самого появилась лёгкая улыбка на лице. Чем дольше ты находишься в данной ситуации с другими людьми, переживаешь вместе с ними смертельные испытания, тем крепче становятся ваши узы. Конечно, бороться за свою собственную жизнь – это наиболее логичный и рациональный вариант, но совесть порой просто не позволяет оставить слабых… а если и оставишь… позже это может навалиться тяжким грузом… Элис потерял свою младшую сестру на прошлом этаже. Конечно, возможно, он винил больше в этом организаторов смертельной игры, но сам, возможно, жалеет о том, что до этих событий не смог находится с Реко рядом и поддерживать её. А ещё это ужасное чувство того, что им так и не удалось за эти десять лет нормально поговорить прежде, чем её жизнь так внезапно оборвалась… Так что, возможно, сейчас он чувствовал, что должен постараться позаботиться о Канне, которая потеряла свою старшую сестру ещё на первом испытании. Старший брат, у которого не вышло сберечь собственную сестру, и младшая, которая пыталась стойко держаться, потеряв самого близкого ей человека. Возможно, эти две разбитые души как нельзя лучше могли понять друг друга…       Погружённый в свои мысли, Курумада вновь бросил взгляд на Ранмару, что бы убедиться, что с ним точно всё было в норме (Ну, раз он уже болтает с остальными, всё в порядке, наверное…)       - Сара, вы смогли найти ID-карту? – Ранмару тем временем прояснял обстановку дел.       - Да, мы нашли её и как раз собирались использовать, – взгляд старшеклассницы был наполнен уверенностью и надеждой, – а ещё мы нашли вторую рацию.       Не желая больше тянуть время, Сара уже собиралась использовать карту, как вдруг ИИ Шина появился на экране и громко с волнением выпалил:       - Подождите! Эта карта фальшивая! Если используете её, то сработает ловушка!       Все тут же замерли и уставились на экран.       - На самом деле настоящая карта находиться в другом месте.       И люди и куклы напряглись. Конечно, все где-то в глубине души догадывались, что всё не будет так просто…