Праздник к нам приходит

Ненужные разговоры ненароком лезут в его уши, сверху слышится гогот и очередной тост. Людей слишком много. Уже не осталось и уголка где можно было бы отсидеться, так что ему повезло занять место у самой стойки. Только появившиеся посетители сразу становятся непрошеными и отправляются обратно, их попросту негде принять. В канун праздника все, в том числе и Итэр, получили выходные, который решил наведаться в какое-нибудь заведение. Высокий широкоплечий мужчина с красными волосами стоял за стойкой и умело обслуживал клиентов. С ним можно было и выпить, и за жизнь поговорить, и в долг взять, чему был рад один бард. Парень с темными волосами и синими хвостиками сидел с красным носом, заикаясь через каждое слово в попытке взять ещё кружку-другую. Его высокий голос громче остальных заливался при любой шутке и всё грозился разойтись песней. — Итэр, давай же, выпьем вместе! — Венти похлопал по плечу блондина, размахивая своим стаканом. Сам путешественник выглядел немного уставшим, постоянно потирая глаза. Из-за разговоров, криков, звона бокалов, противного запаха табака ужасно болела голова. А так же несколько дней работы на износ сильно его вымотали. Сейчас в его голове не осталось почти ничего кроме неё. Стакан парня был полон завезенным из Ли Юэ напитком. Полностью прозрачный цвет, несколько странный запах были непривычны. Два кубика льда для придания терпкости и разбавления градуса, как вишенка на торте, завершали напиток. Сладкий и приторный вкус был не совсем приятен, от самих глотков слабо жгло горло, пропадало дыхание, а в груди разливалось тепло. Но несмотря на это хотелось продолжать, пока рецепторы постепенно привыкали. — Ну-у же! — Протянул Венти, вертя своей кружкой перед носом у путешественника. Тяжело вздохнув, блондин выпрямил спину и протянул руку в ответ. Толпа среагировала, как бык на красную тряпку, буйно и агрессивно. Одобрительные возгласы понеслись и с самого края помещения, после чего все осушили стаканы, даже не сказав тост. Помимо барда с другой стороны к нему решили присоединиться сослуживцы. — Здравье, Путник. — Было непривычно видеть коллег в гражданской одежде, также как и слышать обращение по прозвищу. — Есть о чем рассказать? Двое других протянули ему руки, а после стали ждать ответа. Парень отрицательно закивал. — А чего такой хмурый? Вроде оклад выдали недавно. — Праздник же на носу, давай не хворай. — Ладонь как-то подбадривающие похлопала ему по спине, а после жестом попросила налить им. Перспектива остаться здесь ночевать не грела, однако товарищи заказывали всё больше выпивки, тогда как Итэр обречено смотрел на не выпитый даже на половину стакан. Он был далеко от праздника и всей этой суеты. — А теперь, — Венти шатаясь залез на стол, опрокинув всё, что на нём находилось и громко начал говорить. — я хочу спеть песню, посвященную новому герою Монштадта. Перепонки чудом не лопнули под давлением криков, все поддерживали барда, скандируя "давай". Послышались первые звуки лиры, и голос начал певуче тянуть ноты. Каждому было ясно, кто этот "новый герой". Внезапно Итэр стал очень популярен, в особенности из-за какой-то книги, где был очень похожий на него персонаж. Народ мигом разглядел в них сходства и признал почетного рыцаря народным героем. Порой дело доходило до фанатизма с созданием культа, хотя на деле это лишь клуб фанатов. Вдохнув напоследок запах мандаринов, блондин встал из-за стола, бросив початый напиток и направился к выходу. Несколько рук попытались остановить его, но были недостаточно цепкими. Приходилось пробираться сквозь толпу, ощущая на себе взгляды и остро чувствуя запах перегара. Время едва перевалило за шесть часов, но в окне была видна лишь абсолютная тьма. Свет был почти не ощутим, попросту утопая в вечерних сумерках. Выходившие люди пропадали в ней сделав с десяток шагов. Глаза смотрели в эту бездну, ведя внутренние дебаты, в итоге всё же решив выйти. — Герой он бесстрашный, он непобедим, Так слушайте, люди, о славе его. Лишь кинешь ты клич... — Голос барда утихал за его спиной. Холод ударил как только он оказался за пределами тёплой таверны, с успехом пробираясь под не очень толстую куртку. Лёгкой поступью, под хруст снега, Итэр пошёл вперёд. Отпечатки подошвы оставались далеко позади, заметаясь под напором слабого ветра. Появляющиеся при каждом выдохе клубы пара мерцали на слабом свете, быстро исчезая. Мороз только крепчал, не думая давать послабление, вместе с собой поднимая метель. Парень официально на сегодня был свободен от службы, но вот в который раз помогал кому-то добраться до дома. У него не было информации о предупреждении населения, но Ордо Фавониус явно уже занимается этим. — Спасибо вам. — Девушка на вид лет шестнадцати искренне поблагодарила парня, взяв пакеты из его рук. — Погода что-то совсем испортилась, не знаю как бы я сама дошла. Блуждая по опустевшим улицам города, он в который раз наткнулся на заблудшего в пурге человека. Если кто-то вроде него самого сможет самостоятельно добраться до дома, то у хрупкой девушки возникнут проблемы. Пришлось брать её вещи, что в большинстве своём представляли собой подарки на новый год. Сам Итэр не очень хорошо ориентировался в названиях улиц и их расположение, но с помощью всех архонтов удалось объяснить куда она держала путь. Вот так, с горем пополам дойдя до её дома, они расходились. — Будьте осторожней. — Он покосился на пакет. — А не слишком ли поздно вы вышли? — Да я с утра хожу, родни много, всем нужно что-то подарить, а дома только старая мать и маленький братишка. Вот и приходится весь день тратить. — Она неловко улыбнулась. — Не зайдете? Было холодно, очень холодно. Из приоткрытой двери валил пар и веяло тепло. Он практически не чувствовал своих пальцев, а перчатки стали мокрыми и твердыми как лёд. Казалось, корка инея покрывает само его тело, превращая в бездушную статую. Ветра лишь набирали силы, а до самого праздника было достаточно времени. — Нет. — Итэр был немногословен. Девушка также неловко улыбнулась и зашла внутрь. Двери надёжно запирались вместе с окнами. Через покрытое узорами стекло, с трудом удавалось разглядеть силуэты на свету. Они как мыши, без остановки сновали туда-сюда, превращаясь в смазанные тени. Эти очертания очень громко говорили поздравления, чуть ли не крича. В спешке впускали гостей домой с мороза, и не боялись выйти на балкон с бенгальскими огнями. Странный они народ, отмечать нечто подобное. Его нутро ничего не чувствовало, никакой атмосферы, только опустошенность от всех счастливых лиц. Ноги не торопясь делали шаги, стараясь не увязнуть в сугробе. Снежные кучи появлялись буквально на глазах, а ведь ещё утром белое одеяло лежало очень тонким слоем. Ему нечасто доводилось видеть зиму, лишь пара путешествий познакомила с этим временем года. Мороз оказался настолько сильной проблемой, что он до сих пор имеет проблемы с осязанием. А сама зима сразу не понравилась, самое пустое и безнадёжное явление. Существует только в рамках вечной мерзлоты, не щадит ничего и никого, исключительно отнимая что-то. Хоть снег и похож на сахар, вкуса совсем не имеет, пустота внутри. Зато веселья в нём напридумывали - будь здоров. Верят, что всё станет лучше потом, само собой всё изменится, но не само собой - это результат упорного труда и стараний. Возносят ёлку до каких-то священных значений, проводя всю ночь с ней, как с иконой. На родине парня такое не сулило ничего хорошего. Новое время, новые люди, а значит будут новые потери. Новый год был лишь чем-то ужасным, тем что стирало с лица земли. Страшилка, которую рассказывали детям, если они плохо вели себя. А теперь он должен с улыбкой ждать подарка от какого старика? Нет уж, когда улицы воюют, каждый берет, что может и старается урвать кусок повкусней перестаешь верить в чудеса. Пока ураган из мыслей устраивал бардак в голове, тело устало и остановилось на лавочке возле моста. Снег нещадно заметал, холод, казалось рвал на части. Потрошил внутренности, выливая из них тепло. Снежинки кружили над Итэром, падая на кожу и медленно тая. Он наблюдал за их хороводом высоко в небе и за падением на землю в миллионы точно таких же частиц. Среди темноты они отражали свет, показывая, пожалуй, своё первое и единственное полезное действие. — И что? — Стало больно глотать. О чем он вообще спрашивает? Вопрос задан в никуда и был скорей капризом, желанием всё-таки ответить на собственный немой укор. Удивительно, как всё это на самом деле было, тёплой комнате он предпочитал холодную улицу. Просто дома ждут соседи и все неравнодушные с целью втянуть парня в своё движение. Да и если проигнорировать их, то легче не станет. Посуда будет по-прежнему греметь, алкоголь развяжет язык, помогая затягивать все песни, что память подбросит. А уснуть в этом гаме и шуме, с его то чутким сном, точно не получится. — Итэр! — Голос тонул в окружающем шуме, достигая слуха лишь частично. Девушка ускорила шаг, не получив ответа. — Ты что тут забыл? — Эмбер обратилась к нему. Честно, удивления почти не было. Никто другой бы не вышел на улицу. Ведь инстинкт самосохранения нельзя обмануть, он постоянно работает. Но скаута, им видимо обделили. Серьёзно, её дом явно не в двух шагах отсюда, а... А где он? Голова завертелась, ища хоть какие-то опознавательные знаки - тщетно. — Да у тебя руки уже синие! Пойдём быстрее. — Янтарные глаза бездумно наблюдали за ней, выражая безразличие и даже потерянность. Итэр не пытался встать, а был попросту силой вытянут со своего места. Скаут крепко сжимала его ладонь, волоча за собой. Она периодически оглядывалась на него, второй рукой закрываясь от снега. По красным щекам и небольшой дрожи, можно было сказать, как давно она ходит здесь. Эмбер продрогла не меньше блондина, уже начиная кашлять. Перестав противится, он ускорил шаг. *** Тепло и уют дома буквально вселились в него. Едва ноги оказались за порогом, как изнутри уже веяло комфортом. Вход был украшен мишурой и вырезанными из бумаги снежинками, а освещение было тусклым, но казалось таким расслабляющим и вечерним. Их покрытая снегом одежда была брошена на вешалки, после чего они прошли в зал. В углу комнаты стояла ёлка, свежая, пушистая и настоящая. На её ветвях была всё та же мишура и соединенные ниткой разноцветные камешки. Они светились с разной силой и приятно поблескивали. Он сам не заметил, как улыбнулся. Приятное тепло разливалось в груди, от этих детских, но искренних стараний. Даже стал как-то проникаться этим. — С наступающим! — Более привычный, весёлый и озорной голос отвлек от раздумий. Её руки протягивали ему небольшую коробочку в красной упаковке, закрытую белым бантом. — Спасибо. — Прозвучало немного неуверенно, растерянность заиграла в эмоциях. Стол был неплохо накрыт, хоть явно рассчитан на малое количество гостей. Все выглядело аппетитно, но нельзя дать виду обмануть себя, не наступать же дважды на одни грабли. К столу, вместо стульев был подвинут диван, видимо для удобства. "Да соберись же" — твердил внутренний собеседник. Сутки ходит никакущий, ни рыба ни мясо, только глазами хлопает. Как узнал о грядущих днях, так и потерялся в эмоциях. Главное ведь - не простой человек, рыцарь как-никак, но уже какие сутки собраться не может. Тело резко напряглось, ощутив прикосновение. Тонкие женские пальцы сжимали его ладонь, а красное лицо с интересом изучало спинку дивана. Момент, когда они сели, прошёл мимо глаз. — Итэр, ты не рад? Почему? — Да нет. Просто не моё. — Ты уже две недели замученный ходишь. — Она уперла руки в бока. — Кстати, что ты делал на улице в метель? — Ты тоже там была. — Итэр пытался вяло парировать, но без энтузиазма. — Я не спала прямо на улице! — Так я тоже... — Итэр, расскажи мне. Я переживаю. — Её голова легла ему на плечо. — Мне было неспокойно, вот я и вышла, а там тебя нашла. Зубы болезненно прикусили плоть щеки, борясь со сном. Усталость окатила как из ведра, приятная слабость, полностью лишающая воли. Он был вымотан как физически, так и морально. А разговоры как клещи вырывали последние силы. — Чего ты ждёшь от нового года? — В ответ Эмбер протянула задумчивое "м". — Всё, что не смогла сделать в этом. — Всё могло быть и в этом, и в прошлом, и в позапрошлом году. Нужно было просто взять и сделать, а не верить в чудо. И вот выходит: вы радуетесь большому предлогу отложить всё на потом, обещая сделать в будущем. — Речь звучало неестественно, поскольку ему было трудно подобрать слова. — Но тогда у людей не будет свободы. — Легкомысленно и по-детски произнесла она, как какую-то очевидную вещь — Как раз она бы и была, то чем все вы так отчаянно хотите жить. Но это простая обманка, вы лишили себя выбора. Молитесь как на идол, впуская безнадёжность в свой дом. — Тон повышался сам собой, от эмоций. После долгого молчания и целых часов на морозе связки не были готовы к крикам, уже отдавая болью. — Хм. — Девочка слегка сместилась, чтобы скрепить руки у него за спиной, таким образом заключив в объятия. — Сейчас не самые лёгкие времена, террор Ужаса Бури, орден бездны и постоянные набеги хиличурлов. — Она говорила с ноткой усталости, перечисляя рутину. — И такое тут всегда, даже если мы со всем справимся - придёт новая проблема. Такова цена нашей свободы, её нужно каждый раз вырывать. Люди устают, теряют веру. — Жёлтые глазки вдруг стали серьёзными, пытливо щурясь. — Вспомни как ты был потерян в начале, будто ребёнок. Также теряется народ, а мы даём ему передышку. Небольшое время уйти от всех проблем и верить во что-то, что не требует жертв, только искренности. Удивительный обычай, который встречается почти в каждом мире, пусть иногда с другим названием. Много раз приходилось слышать значение этого дня, сакральный смысл и зачем он нужен. В начале было недоумение, но прошло оно также быстро, как появилось. Если люди хотят питаться ложной надеждой - бог им судья. За свои короткие жизни им не удаётся понять, что они просто теряют сами себя. И, конечно, они не слышали, как это "с новым счастьем" сотрет твоё существование. Пожалуй, справедливости ради стоит сказать, его племя тоже могло питаться предрассудком о "конце", преследуя личные цели. Ведь... никто не видел как оно происходит. По коже прошли мурашки. Под ухом тонкий голос напевал новогоднюю мелодию. Ещё в детстве всем детям нужно было готовиться к исчезновению. Им тыкали во всё: устои, обычаи, традиции, религии, грехи. Требовали одновременно соблюдать и порицать их, будто вовсе не знают, а что нужно, а что нет. Однако только сейчас появился ненавязчивый вопрос, откуда можно было узнать об этом? Единственный адекватный вариант - знания других миров. Но этот аргумент разбивался о собственные правила путешественников. — О чем думаешь? — Скаут подёргала щёки парня для привлечения внимания. — Прости, просто у тебя такое серьёзное лицо. — Они одновременно засмеялись. Воцарилась неловкое молчание. Итэр заметно оживился, его глаза забегали по комнате. Мысли бурным потоком заполняли разум, требуя что-то решить. Закрыть глаза на собственные заключения и попросту забыть их, в конце концов не сложно прийти к подобному выводу, значит он попросту недостаточно мудр, чтобы знать ответ. Или же принять новую позицию и запутаться окончательно. Много лет звёзды угасали где-то вдали, свет преломлялся в их осколках, озаряя нечто новое. Примерно так проходили все скитания, уже даже не выходит вспомнить под какой звездой он родился и где дорога домой. Весь мир сузился до границ Тейвата, почти не оставив ярких воспоминаний. А ответ на вопрос "зачем?" он не то, что не помнил, даже не знал. Просто в один день преподнесли факт, что он и сестра избраны. — Я рада нашему знакомству. Очень рада. — Язык Эмбер стал немного заплетаться и сам парень почувствовал, как она обмякла. — Это было словно чудо посреди бела дня. И я загадаю... чтобы оно не заканчивалось. — Что оно? — Тихо и растерянно переспросил он. — Вол~шебст~во. — Скаут протянула слово по слогам, улыбнувшись ещё сильней. — И наше общение, конечно. Волшебство? Появления чужеземца с летающей феей для неё магия? У него с собой не было ничего, полностью пустые карманы. Сложись все немного по-другому, на улице бы пришлось спать из-за отсутствия средств. Вся его жизнь как рыцаря - огромная воля случая. — Спасибо. — Он замялся. — Может, я пойду? — Каштановая макушка отрицательно заерзала. — Просто ты не ждала меня, наверное к тебе придёт компания получше. — Нет, кроме тебя никого не будет. Я ждала Лизу, но из-за погоды её вызвали в орден. Так что всю ночь она проведёт за работой. — А другие? — Тоже из-за погоды не могут. — Тогда... почему ты не помогаешь? Я, конечно, сам предпочту выходной провести дома, — Почётный рыцарь почти не врал. — но ты другой тип. — Меня не вызвали, значит им хватает ресурсов. А работа не при исполнении также карается законом. "Вам закон хоть что-то позволяет?" — Знаешь, я тут подумал. — Вокруг другой мир, который действительно стал его миром. — Даже не так, представил на мгновение. — Стены из прошлого сковывают, делают рабом. — Можно просто попробовать, немного коснуться вашей "свободы"? Я могу загадать желание? — Конечно! Всё что хочешь, но только не говори никому! — А ты... — Это не считается. — Она по-детски надула щеки. — Мечта ведь про тебя. Точно, про него. Такое чистое желание ребёнка, без посторонних мыслей. Не из разряда "сегодня - привет, мой друг; завтра - прости, но ты кто такой?". А крепкое чувство, зачастую взаимное. Именно такое испытывают люди пока, верят в дружбу и... — Спасибо, ещё раз. Думаю, я тоже мечтаю о тебе, ну, то есть... Ты спасла меня, снова. В который раз. Ты вновь рядом. — В панике, боясь сказать лишнее или наоборот недоговорить, он путал слова, теряясь в эмоциях. В ответ ему что-то просопели, скорей всего "спасибо". Стройное женское тело обхватило его как подушку, уйдя в сладкий мир грёз. Тёплая улыбка согревала душу сильней любого огня. А сонное, беззаботное лицо, полностью доверяющее ему, давало поддержку как слова Люмин когда-то. Только сейчас Итэр приобнял Эмбер в ответ. Несмело руки легли ей на спину, легонько поглаживая по волосам. Отчего-то сердце замирало от увиденной картины. Он ощущал её дыхание, тепло тела, неформальность обстановки и желание сохранить всё это. — Пусть звезды укажут нам лучший путь, где мы счастливы. — Итэр смотрел на часы, что вот-вот пробьют двенадцать и размышлял. — И пусть у меня будут силы защитить их. Защитить Эмбер. Неотъемлемая часть праздника - подарки. Небольшое чудо, исключительно для детей. Хоть оно построено на обмане, но они ведь счастливы, да? Только познающие мир, но уже знакомые с волшебством, верят в него. Даже Итэр получил свой подарок, помимо коробочки от скаута. Он сидел прямо на его коленях, даже бантик в виде ушек имелся. Мог ли он просто просить о подобном? А получить? Единственное печалило, невозможность дать что-то в ответ. — С праздником. — Стрелка встала ровно на двенадцать, к счастью, звон не разразил весь дом и сон рыцаря-скаута остался нетронутым. — С новым счастьем.