Этот поцелуй в самом деле был, наверное, одним из лучших в жизни Кейла, ведь на этот раз он не был пьян настолько, чтобы чувствовать сплошное возбуждение, граничащее с помешательством…
Впрочем, Кейл чувствовал себя почти так же, как если бы выпил несколько бутылок вина перед тем, как наконец коснуться чужих губ своими без единого сомнения.
Но не только отсутствие большого количества алкоголя в крови отличало Кейла, целующего Альберу по-пьяни, от Кейла, который целовал Альберу по любви.
Во-вторых, мысли о Тейлоре наконец перестали вызывать что-либо, кроме злости.
Кейл, если честно, до сих пор не был уверен, на кого он злился: на Тейлора ли, или на самого себя…
Но какое это имело значение, когда он чувствовал губами чужие мягкие губы, а руки продолжали с силой сжимать ворот белой рубашки?
Ох, и самое главное: Альберу моментально начал ему отвечать, видимо, слишком уставший, чтобы всерьез задуматься о том, что Кейл настоящий. Чтобы поверить в это.
Но совсем скоро Альберу вздрогнул, видимо, всё-таки осознав, что Кейл осязаем, что он не мог быть обычным плодом его воображения.
Хм, не то чтобы Кейл был уверен, что Альберу думает о нем почти что всегда.
Альберу оторвался от него, хотя плывший взгляд и красные приоткрытые губы прямо-таки вопили о его нежелании отрываться от любимых губ.
— Что ты здесь делаешь? — тихо спрашивает Альберу, его взгляд все ещё прикован к чужим губам, которые он не раз и не два пробовал на вкус в пьяном угаре, но сейчас…
Сейчас никто из них пьян не был: Альберу понял это по сладкому вкусу чужого рта, по языку, которого касался его язык, пахнущий травами и цветами.
Кейл был таким сладким, что Альберу еле сдерживал себя от того, чтобы снова прижаться к чужому вкусному рту.
Но сперва он должен узнать причину, по которой Кейл решил посетить его сегодня, набрасываясь остервенело с подобными желаниями.
— Ты не услышал меня? — Кейл на его вопрос только нахмурился, закатывая глаза и поудобнее устраиваясь на чужих крепких коленях.
— Я… — Альберу просто думал, что это все несмешная шутка его воображения, его мозга, который даже во время пятичасовой безвылазной работы за столом думал только о Кейле, его губах и теле, которое могло бы сильно прижиматься к его…
Ох, а сейчас ведь это происходит в реальности, насколько мог судить Альберу.
Ох, Кейл же говорил что-то о том, что ему нравится… он сам?
— Но разве?.. — Альберу, наверное, начал туго соображать с тех пор, как увидел Кейла на своих коленях.
Не то чтобы ему это не нравится.
— Мы с Тейлором расстались, — Кейл улыбнулся, а Альберу…
Ох, он в самом деле потерял свой разум, если эта информация не могла уложиться в его крошечном мозгу такое пиздецки огромное количество времени.
Он ещё минуты три, если не больше, просто тупо пялился на Кейла, который не мог перестать улыбаться, глядя на него в ответ чистым, открытым, влюбленным взглядом.
Но не успевает Кейл сказать наверняка что-то дерзкое и глупое, как оказывается на чужой постели, успевая только тихо пискнуть.
Альберу нависает над ним сверху, и в его взгляде пылает такое адское пламя, что Кейл может только задрожать от нахлынувших чувств.
О, он всегда знал, что Альберу тоже влюблен в него, но чтобы только четыре слова смогли проявить в нем такие чувства?
Ох, это все равно было нечто.
Однако стоило Альберу наброситься на него с поцелуями, как все мысли просто взяли и испарились из его головы.
Потому что то, как Альберу прижимался к нему, вдавливая тело Кейла в свое, то, как он рычал в поцелуй, оставляя неглубокие укусы на шее Кейла…
Ох, это чертовски сильно возбуждало, и Кейл никогда бы не подумал, что может испытывать подобное без капли алкоголя в крови.
— Я так чертовски долго ждал этого момента! — горячий шепот Альберу коснулся уже голых бедер Кейла, и он наверняка засмущался бы, будь в самом деле обычным подростком, но…
Но будучи Ким Рок Су в него проникало сразу два члена, и отнюдь не раз и не два, так почему он, сорокалетний мужчина в теле подростка с бушующими гормонами и, казалось, всегда вставшим членом, должен смущаться, видя прекрасного принца между своих ног?
Вот и Кейл считал, что нахуй стеснение, когда чужие губы так близко к его паху, а длинные тонкие пальцы уже стаскивают с него нижнее белье.
Он почти в самом деле начал скулить, когда Альберу лишь скользнул губами в опасной близости от вставшего члена, прижимаясь ими к плоскому животу.
Ох, а может, он в самом деле простонал, стараясь заставить Альберу шевелиться, а не маяться дурью!..
Но когда эта мысль пронеслась в голове Кейла, Альберу как раз дотронулся своими блядскими пальцами до члена, посылая электрические разряды по всему телу.
Кейл не вовремя вспомнил монстра без ранга, который являлся Электрическим Угрём. Ох, эти мысли не должны были возникать в его чертовой мозгу, точно не тогда, когда Альберу вылизывал его грудь, рукой проводя по члену вверх-вниз.
— Кейл, скажи честно, ты уже был с кем-то? — с волнением задал вопрос Альберу, не отрывая взгляда от красивого члена с красной головкой, из которого уже начала вытекать смазка.
Он так хочет попробовать ее на вкус.
Лишь на мгновение Кейл Хенитьюз замер в недоумении, но в тот же момент взял себя в руки, и на его лице расцвела коварная улыбка.
— О чём вы, Ваше Высочество? Если только в прошлой жизни, — насмешливо произнёс Кейл, однако в душе уверял себя, что он ни в коем случаи не врал, а говорил лишь правду. — Могу вам поклясться, что к этому телу ещё никто не притрагивался.
Кроме, похоже, наследного принца Роана, но тому позволена эта вольность.
Тейлор давным-давно упустил свой шанс когда-либо снова коснуться этого прекрасного тела, и Альберу, уже хотевший снять и с себя одежду, замер от нетерпения.
Неужели это правда принадлежало только ему?
— Ах, ну чего же ты ждёшь? — шепчет в чужую шею Кейл, оставляя на ней обжигающе горячий поцелуй, слушая жалкие стоны Альберу.
«Шея — его слабое место», — как же Кейл обрадовался.
Ведь он и сам млел, когда чужие мягкие губы прижимались к его шее, терзая нежную плоть и оставляя собственческие метки и синяки на всей коже.
О, он в самом деле любил все это.
Поэтому он сам втянул Альберу в поцелуй, руками спускаясь по чужой шее, расстегивая рубашку, отбрасывая ее в сторону под аккомпанемент скулящих стонов.
Когда он приспустил чужие штаны вместе с бельем, член Альберу был таким горячим и твердым, что казалось, будто он кончит через пару движений рукой.
На самом деле Кейл был не против зайти дальше дрочки, но его тело начало уставать, а разум после продолжительной истерики, которая, честно говоря, вообще того не стоила?
Ох, сегодня им придется довольствоваться малым.
Но у них же вся жизнь впереди, верно?
Кейл провел большим пальцем по чужой головке, собирая на руке влагу, и начал быстро двигать ладонью, даже не думая просить Альберу быть тише.
Если весь дворец услышит эти просящие стоны своего будущего Солнца?
О, Кейл не будет сильно против, ведь никто тогда не посмеет тронуть то, что принадлежит ему.
Недолго думая, Альберу начал трогать его в ответ.
Тело было чертовски горячим, ноги Кейла дрожали не меньше, чем его рука, в которой пульсировал горячий крупный член, но Кейл не был бы самим собой, если не сделал бы первую совместную дрочку с Альберу идеальной.
Он должен, обязан был просто довести дело до конца.
Он чувствовал, как член в его руке начал пульсировать, и прошептал в беспамятстве, помня, как нравилось это Чхве Джон Су, но и мысли не допуская сравнивать две свои жизни:
— Ну же, ты хочешь кончить? Побудь хорошим для меня, ладно? Хочу, чтобы твоя сперма украсила мою ладонь в белый, ну давай же. Кончай.
Оказалось, этого тихого шёпота в самом деле хватило Альберу для того, чтобы переступить через край.
Кейл, видя это прекрасное лицо во время оргазма прямо перед своими широко раскрытыми глазами, не мог не кончить следом.
Через пару секунд он все же отключился, потому что его организм был слишком ослаблен истерикой, а крышесносный оргазм и последующее расслабление не помогли Кейлу остаться в сознании.
Последнее, о чем он подумал перед тем, как провалиться в сон без сновидений, было что-то вроде: «я ещё не раз потеряю сознание из-за этого принца».
Но не то чтобы эта мысль ему не понравилась, понятно?
***
Лейла чихнула. Видимо, не стоило ей наблюдать за Кейлом на том балконе под дождем. На балконе, у которого не было крыши.
Но она была, оставалась точнее, темным эльфом, который не мог бы заболеть, так какого черта?
Может, это материнское предчувствие? Неужели что-то случилось с Альберу?
Однако ее мысли прерывает голос Джур, зовущий ее пить вкусный чай. Лейла уходит, позабыв про грустные мысли.