God

Кейл, конечно, знал, что Древо Мира не будет знать лёгкого способа убить ублюдка вроде Белой Звезды, но чтобы оно подсказало ему подобный вариант решения проблемы? Это не лезло ни в какие рамки, черт возьми! «Ты просто должен воткнуть кинжал из моего корня себе в сердце, а потом в Белую Звезду, это же так просто!» — повторил, забавно каверкая интонацию, слова Древа Мира Кейл. Он был, конечно, благодарен за эту информацию, особенно когда перед встречей ему всучили несколько довольно увесистый мешочков с золотом (возможно, в тот момент он был в первый и последний раз благодарен Огню Разрушения за существование)… Особенно когда за эти слова, сопровождаемые чудовищным грохотом, пока Древо Мира создавало для него кинжал из собственной плоти, оно же и лишилось нескольких огромных своих ветвей. Да, это было большое упущение Кейла: слушать какое-то деревце, пока его дворецкий, дядюшка Олиен и идиот Рашид разжигали восстание в семье Молан, пока Клопе старался не палиться, что предал свое королевство и Неукротимый альянс, а Монд захватывала власть вместе со своей тётей. Ох, пока они были заняты всем этим, Кейлу не оставалось ничего другого, как думать над планом действий, анализировать и взвешивать все за и против в надежде отыскать единственно верный выход из ситуации. Даже если этот кинжал в самом деле не заберёт его жизнь, в чем Кейл до сих пор сомневался, то что делать дальше? Он был уверен, что со смертью Белой Звезды ничего не кончится. Возможно, с этого события все только начнется? Хм, кто знает… Сейчас у него гораздо больше возможностей победить, тем более когда он знал, как устранить самого главного противника. По словам Монд, этот ублюдок был сильнее, чем он мог подумать. Однако неважно, насколько он силен, если Кейл сможет воткнуть в него корень Древа Мира, вкусивший его кровь? Возможно, смерть Белой Звезды не сможет назваться безоговорочной победой, но… Но это станет первым, но уже большим шажком к их победе. Если, конечно, Кейл не умрет раньше от переутомления. Ведь каждый, кто сейчас не находился постоянно перед ним, мог пораниться или даже умереть, а Кейл ничего не смог бы с этим сделать. Ох, он надеялся, что его глупые мысли никогда не претворятся в жизнь. Ох, и надо было ему в этот же момент вспомнить, как Монд ранили Русалки своим ядом? Конечно, все закончилось хорошо, особенно когда Теа разобралась с остальными воинами и принесла их кровь, чтобы вылечить Монд. Тогда все обошлось, но что было бы, если… {Малыш, ты должен перестать думать об этой ерунде! } — Супер Камень, который уже много лет не называл его этим прозвищем, пытался как-то отвлечь, но у него ничего не получилось в который раз. Ох, если бы у него была возможность связаться с Альберу, этим несносным принцем, без ведома Кейла, Супер Камень с удовольствием сделал бы это! Но он вынужден вечность теперь провести в голове этого несносного, наглого, ленивого панка! «Вы остановили Белую Звезду, но не смогли выбраться из разрушающегося Храма. Мне очень жаль, Кейл-ним», — слова Чхве Хана из другой реальности казались теперь чем-то страшным, чем-то, из-за чего Кейл мог допустить ошибку. Но ведь он не собирался тянуть ещё несколько лет, верно? Новость, что именно Белая Звезда стоял за уничтожением деревни Харрис, стала откровением и побудила Кейл закрыть глаза. Теперь понятно, почему Чхве Хан так разозлился, когда Белая Звезда, который ещё ничего не успел сделать, спросил о его семье. Ох, раз это все связано, Кейлу лучше как можно скорее убить этого ублюдка, чтобы остановить разгорающиеся конфликты там, где их быть не должно. Кейл просто хотел, чтобы его семья жила счастливо все вместе. Чтобы все эти люди, за которых он нес когда-то или продолжает нести ответственность, жили в гармонии и мире. Неужели он так много просил? «Главное сейчас — разобраться с Белой Звездой, а дальше…» — додумать мысль Кейлу не удалось. Он провалился в спасительный и, вполне вероятно, вынужденный сон. Сперва ему приснилась кровь на его собственном мундире, почему-то отливающим черным, как у Главнокомандующего, то как красная жидкость течет сквозь пальцы изо раскрытого в неверии рта. Видимо, он все же успел задеть какие-то жизненно важные органы, когда всё-таки проткнул сердце кинжалом, полученным от Древа Мира. Но сейчас это неважно, ведь жизнь и в глазах Белой Звезды, которые ещё до недавнего времени пылали злостью, ненавистью даже и пламенной яростью, начинает гаснуть. Однако до победы далеко — но и эта мысль теряется в оглушающем на секунду треске камней, из которого был построен Белый Храм. Однако и этой секунды достаточно, чтобы не пришедший в себя после потери крови и чертовой боли Кейл потерял сознание. На этот раз навсегда. Кейл в неверии раскрыл глаза и попытался ртом хватать воздух, но темнота была повсюду, она сверху, и снизу, и по бокам, и никакого кусочка света не видно, чтобы полусонный взгляд мог сконцентрироваться на нем и начать дышать. Найти ориентир все же получилось, когда Кейл схватил ткань рубашки в области сердца, чувствуя под пальцами только мягкую, тонкую ткань дорогого шелка, а не плотную форму Главнокомандующего Армии Роана. Неужели это было воспоминание другого Кейла? Кейла, который умер? Который умер, потому что переродился в тело Кейла на тринадцать лет позже? Разве бывают такие ситуации? Чтобы все изменилось лишь из-за одной составляющей? Рассказ Чхве Хана путался в голове, а Кейл мог лишь пялиться в черноту, которая все никак не рассеивалась. Где он, черт возьми, был? Ещё десять минут назад (или сколько прошло времени?) он сидел в своем кабинете на Вилле Супер Камня, стараясь придумать идеальный план по спасению этого мира от падали, зовущей себя Белой Звездой. Потом ему приснился этот дурацкий сон, который просто не мог быть предзнаменованием, верно ведь? Сон, где он… Где он умер, где он никогда (почему-то сейчас Кейл мог говорить об этом без каких-либо сомнений, будто тот Кейл и он — один и тот же человек, что в какой-то степени являлось правдой) не любил Альберу, где он не был женихом Тейлора Стэна когда-либо. Ох, в той реальности все так разительно отличалось от того, что он имел сейчас! Кейл хотел было уже вновь закрыть глаза, чтобы попробовать проснуться в реальности, а не в этом подобии сна, где вокруг была лишь темень и чернота, но… — Ох, не думал, что у меня все же получится поговорить с тобой в этом времени, — прозвучал голос ото всюду, и Кейл смог заметить, как чернота чуть левее него немного всколыхнулась, будто бы говоривший был там. — Кто ты такой? — вопрос Кейла нагло проигнорировали, задав свой собственный: — Хочешь узнать, как много жизней ты отнял, просто переродившись не в тот год? — голос, хриплый и томный, вызывал неприятные мурашки по телу, но Кейл не нашел в себе сил перестать слушать или же сказать хоть слово против. Ему было совсем немного интересно, что случилось в мире, где Ким Рок Су, то есть он, переселился в тело Кейла, когда тому исполнилось восемнадцать.

Как ты можешь спать спокойно, зная, сколько за спиной грехов?

— Я поражён тем, что ты смог заснуть в такой непростой ситуации, — голос рассмеялся, и тень, больше похожая на черный дым, всколыхнулась ещё раз. — Но я с радостью напомню тебе, почему сон для тебя — награда. Монд так и умерла в том городе, наткнувшись на нож такого же попрошайки, как и она. Теа умерла на том самом пляже, так и не вспомнив, кем она была на самом деле. Твоя мать умерла, потому что никто не дал ей повод бороться. Мать первого принца тоже умерла, но это было тебе прекрасно известно, не правда ли? — Если бы ты не появился в этом теле, будучи ребенком, то все было бы по-другому, понимаешь? — Кейл слушал, и осознание постепенно проникало в его мозг. — После твоей смерти старый Золотой Дракон умер, потому что единственное спасение, которое могло бы даровать ему ещё долгую жизнь, было у тебя. Олиен? О, он погиб, когда оригинальному Кейлу Хенитьюзу было лишь восемь. Тень наконец начала обретать форму, принимая очертания человека с мускулами, мышцами, проглядывающими через черную робу, облегающую всю верхнюю часть тела. — Твой дворецкий потерял руку, а Дракон Мила — сына. И в этом полностью твоя вина, не так ли? — мужчина с белоснежными волосами, намного светлее, чем даже у имперского принца, скрестил накаченные руки на груди, и золотые украшения в блестящих волосах коротко звякнули в темноте. Белые линии обрамляли красивое лицо, придавая этому странному мужчине мистический образ таинственной жертвенности. — Кто ты, черт возьми, такой? — осознание, что после его смерти, что в мире, где он сделал недостаточно много, чтобы спасти членов своей семьи, несмотря на то, что они никогда не были знакомы, Кейл лишился стольких… Это поражало. И теперь вряд ли Кейл позволит себе спать так просто. — Разве ты не узнал мой голос? — стоило этим словам прозвучать, как Кейл в самом деле вспомнил, как этот же хриплый голос, от которого веяло замогильным холодом, шептал что-то в темноте. Ох, Кейл же уже видел этот дым раньше, верно? — Ты… — Бог Смерти. Ты опять зришь в самый корень, Кейл. Или мне стоит называть тебя Ким Рок Су? Или тебя устроит «малыш»? — черные глаза Бога Смерти сузились от смеха, приобретя форму полумесяца. Улыбка не могла не украсить эти губы. Кейл мог лишь закусить губу, чтобы не заставить этого чертового Бога пожалеть об этих словах. — «Кейл» меня вполне устроит, — он мог добавить что-то ещё, но Бог Смерти рассмеялся. — Ох, в любой вселенной ты все тот же. Но хорошо, Кейл. Ты можешь называть меня Эйтан, — Бог смерти приложил раскрытую руку с черными чуть длинноватыми ногтями к груди и чуть склонил голову, видимо, выражая так свою искренность. «Неужели все Боги такие?» — Кейл в самом деле не понимал, как этот мужчина мог склонить голову перед… Простым смертным? — Я знаю тебя, твою душу, слишком много лет, и каждый раз ты удивлял меня, как в первый. Тем более я был тем, кто переместил твою душу в другое тело. Нет ничего удивительного в том, что я уважаю тебя. Кейл, — то, как Бог Смерти произнес имя Кейла, самому Кейлу не понравилось. «Какого черта?» — У меня есть предложение для тебя. Очень выгодное, и тебе не придется ещё больше ломать голову над тем, как бы спасти этот близкий к моему Вечному Покою мир. Бог Смерти говорил будничным тоном, все ещё с придыханием, и у Кейла возникла мысль, что ему не понравится то, что он услышит. — Как насчёт того, чтобы провести тот же ритуал, о котором говорила темная эльфийка, мать твоего Альберу? — Эйтан улыбался, как улыбаются маньяки перед тем, как заманить свою жертву в темный переулок. Кейлу быть жертвой не понравилось. — Твое желание исполнится, и все будут в плюсе, — Эйтан замолчал, давая возможность Кейлу осмыслить это предложение. — Ты думаешь, я идиот? — Кейл возмущённо втянул носом воздух и выдохнул, стараясь успокоиться. — Ты думаешь, я не знаю, что этот ритуал может забрать куда больше, нежели жизнь? — Мне всегда нравилось, что ты плюешь на формальности и начинаешь говорить мне «ты» сразу же после того, как узнаешь о моей божественности, — усмехнулся Бог Смерти, будто не слыша оскорблений в свой адрес. — О Боги, ты сошел с ума. — Бог тут только один, но не в этом дело, — Бог Смерти так и не перестал улыбаться. — Я предлагаю тебе сделку, ясно? — Я не собираюсь выслушивать подобную чушь от тебя, — покачал головой Кейл, снова закрывая глаза в попытке заснуть и перестать видеть это лицо. — Но ты вынужден, — однако Бог Смерти не исчез, как ни надеялся Кейл. — Ты прав, что в обмен на исполнение желания этот ритуал требует частичку исполняющего этот ритуал. — И неужели ты знаешь какое-то «но»? — спросил Кейл с сарказмом, так и не открыв глаз. — О, уверяю, я не могу не знать. Уверяю тебя, как только согласишься, я расскажу подробности проведения ритуала. Ведь тем, кто подтверждает соглашение, являюсь я. Кейл раскрыл глаза в неверии, но позже пришло осознание, что это вполне логично. Кому как не Богу, чья специализация — смерть, пожинать плоды ритуала, который забирает что-то? — Почему ты хочешь помочь мне? — Кейл не собирался спрашивать, но вопрос сам вырвался из его рта, как бы он ни старался сдержаться. — Ты мне нравишься в любой вселенной, будучи Ким Рок Су ли, или являясь Кейлом Хенитьюзом, — начал отвечать Эйтан, будто только и ждал этого вопроса. — Именно поэтому я позволю тебе завершить ритуал и не возьму плату с тебя. — Я не… Отказ Кейла прервал все тот же сильный голос Бога Смерти: — Твое желание о спасении этого мира сбудется, так какой смысл тянуть? Отказываться? Когда ты так близок к тому, чтобы счастливо зажить со своей семьёй без какой-либо опасности в ближайшем будущем? Бог Смерти выглядел так, будто предлагал Кейлу всего лишь отогнать от себя насекомое, предлагая взамен все тайны мироздания. Кейл не верил в такие благословения. Даже Богам ведь бывает что-то нужно, верно? Что-то, что им жизненно необходимо, несмотря на бессмертие, и чем обладают лишь люди. Что могут только люди им дать. — Все не может быть так просто, — поджал губы Кейл. — Что от меня требуется взамен? Что нужно такому великому Богу, как ты? Бог Смерти не обратил внимания на чужой сарказм, хотя Кейл на его месте не смог бы стерпеть нахальства от обычного смертного. — Ты всегда был прекрасен в гневе, — опять не по делу высказался Эйтан, прижимаясь к черноте, будто к стене. Его черные глаза вспыхнули, но тут же погасли, как и белые волосы, напоминающие свет звёзд. Кейл все ещё может отказаться и послать этого Бога в задницу, так почему бы не послушать чужое желание? Посмотрев на Кейла ещё пару секунд, Бог Смерти всё-таки произнес, будто самую страшную тайну (на этот раз он не улыбался): — Пообещай, что в какой-нибудь другой жизни согласишься стать богом и взойти со мной на Небеса, — неужели этот панк говорил серьезно? Кейл не верил, чтобы он серьезно имел это в виду! — Ты шутишь? — на всякий случай уточнил Кейл, прекрасно понимая, что с чем-чем, а с этим Эйтан не шутил. — Как смею я говорить несерьёзно, когда дело касается спасения ещё одного мира, в котором живут мои дети? — Бог Смерти выдавил из себя слабую блеклую улыбку, и белые татуировки начали казаться серыми на фоне загорелой кожи. — И я не играю ключевую роль в принятии этого решения? — неверяще спросил Кейл, понимая, чувствуя на каком-то подсознательном уровне, что Эйтан врёт. — Я не тороплю тебя с ответом. Через три дня я вновь приду в твой сон, чтобы услышать твое решение. Надеюсь, ты сделаешь правильный выбор: стать Богом, что является отнюдь не самым худшим испытанием, в обмен на спасение мира, что успел стать для тебя родным. Разумеется, ты можешь просто проигнорировать мое предложение, попытаться самому вступить в заранее проигранный бой, потеряв, возможно, гораздо больше, чем ты думал. Кто знает, может, Белая Звезда просто уничтожит этот мир взмахом бледных ладоней, сойдя с ума достаточно, чтобы пойти на это безумство, лишь чтобы стереть твое прекрасное тело с лица земли. Эйтан улыбнулся, на этот раз шире, и его золотые украшения качнулись в ответ на его радость. — О да, ты можешь просто уйти сейчас, так и не сделав ни единой попытки послушать меня, жалея о моем предупреждении, когда станет слишком поздно. — Когда же ты заберёшь меня? — Кейл не слушал, думая, что этот бред звучит опасно. Он не мог согласится на это, но… Зерна сомнения уже начали проростать в его сознании. — Не волнуйся так сильно, мальчик. Точно не этой и не в следующей жизни. Возможно, я даже не вспомню о тебе, пока не наступит твоя тридцатая жизнь, — черные края темноты начали размываться, и Кейл понял, что начинает просыпаться. Наконец этот странный сон закончился! — Я с нетерпением буду ждать твоего ответа, — перед тем, как окончательно потерять сознание, Кейл успел заметить, как жадно блеснули чужие темные глаза. Кейл раскрыл глаза, все ещё не ощущая своего тела. Он уже мог ясно мыслить и, что было гораздо важнее, видеть хоть что-то, кроме кромешной темноты и мощного тела Бога рядом. Он делал вдохи и выдохи, чтобы побыстрее прийти в себя и начать шевелиться. Кейлу нужно ещё посетить Лока и его братьев и сестер, чтобы решить, что делать с ними дальше. Не воевать же отправить, верно?..