Касание Великой

- Лилиана, - позвала Ева дочь, перед тем как та пошла спать. - Да, мама? - Сядь, - проговорила Ева и указала на кресло рядом. - Я вижу, ты подружилась с братьями Лестрейндж, - продолжила она, когда Лилиана села. - Ну, как сказать, подружилась. Рабастан просто пригласил меня на танец, а потом Рудольфус позвал посмотреть на сюрприз Беллатрисы. - И что же за сюрприз? - Волшебная палочка, - ответила Лилиана. - Представляешь, она у нее выглядит как коготь хищного животного. - Вот как. Интересно, - промолвила Ева. - Мама, ты что, не рада, что я, возможно, нашла друзей? - спросила девочка. - Ты сама говорила, чтобы я подружилась с кем-нибудь. - Просто постарайся понять, Лестрейнджи не лучшие кандидаты на роль твоих друзей, - проговорила Ева. - Мама, давай я сама буду решать, с кем мне дружить, - сказала Лилиана. - Мне Рабастан и Рудольфус показались хорошими людьми. - Хорошо. Прости меня, - проговорила Ева. - Возможно, во мне говорит школьная обида. - А что произошло? - Джонатан Лестрейндж, а именно так зовут отца твоих друзей, обидел меня, когда мы были на шестом курсе. Ничего страшного не случилось. Мне пришлось спать в пустом классе, - ответила Ева. – Виктор потом заставил его извиниться, – улыбнулась она. - Ты поэтому не хочешь, чтобы я дружила с братьями? - Да, - ответила Ева. - Но я понимаю, что дети не в ответе за поступки своих родителей. - Ты же понимаешь, что я все равно буду с ними дружить? - Да. Прости меня, - прошептала Ева. - Да ничего, мама. Я понимаю твое волнение, - проговорила Лилиана и обняла мать. - Хорошо. А теперь иди спать, - промолвила Ева, отпуская дочь. - Спокойной ночи, мама, - проговорила Лилиана и вышла из гостиной. - Спокойной ночи, - прошептала Ева и взмахом палочки открыла тайник за портретом Виктора. - Я не хотела прикасаться к этой вещи, - продолжала шептать Ева, беря в руку Воскрешающий камень. - Ева. Зачем я тебе сейчас понадобился? - спросил появившийся мужчина с черными волосами и ядовито-зелеными глазами. Одет он был в темную мантию. - Прости, Виктор, – прошептала Ева. - Я не знаю, что делать, - упав на колени, женщина опустила голову. - Что случилось? - спросил Виктор, положив прозрачную руку на голову жены. - Великая. Она приходила к нам четыре дня назад. Она дала нашей малышке свои знания. - Мы знали, что так будет. Играть с Госпожой никогда не было хорошей идей. Особенно, если это касается знаний некромантии, - проговорил Виктор. - Но почему наша девочка должна расплачиваться за наши грехи? - Госпожа никогда не играет честно,- усмехнулся Виктор. - Что-то еще случилось? Я ведь вижу, что тебя что-то гложет. - Да, - прошептала Ева. - Сегодня на званом ужине в честь одиннадцатого дня рождения Беллатрисы Блэк Лилиана познакомилась с сыновьями Джонатана Лестрейнджа. - Это же хорошо. Да, Джонатан Лестрейндж не был хорошим однокурсником, но его дети не виноваты в этом, – улыбнулся Виктор. - Мой тебе совет, позволь дочери дружить с сыновьями Лестрейнджа. - Хорошо, - прошептала Ева, поднимаясь с колен, по её щекам текли слезы. - Спасибо, Виктор, - промолвила она и положила камень на место, а после вернула картину. Потушив огонь в камине, Ева ушла в свою спальню и легла спать. *** - Рабастан, - прошептал Рудольфус. - Да? - спросил тот, смотря на брата и лежа в кровати в своей комнате. - Как тебе Лилиана Весс? - спросила Рудольфус, садясь на кровать к брату. - Она милая, – ответил Рабастан. - И красивая. Для одиннадцати лет. - И тебе она понравилась? - Возможно. Я не знаю, - ответил Рабастан с недоумением. - К чему ты ведешь? - Просто, если она тебе понравилась, то скажи родителям, - проговорил Рудольфус. - А то отец уже хочет заключить контракт между тобой и Элизабет Шафик. - Что? - вскрикнул Рабастан. - Да по сравнению с ней Алекто Кэрроу красавица! - Вот я и веду к тому, чтобы ты поговорил с отцом. Если что, я поддержу тебя, - улыбнулся Рудольфус и потушил лампу. - Спокойной ночи, - проговорил он и вышел из комнаты. На следующий день Рабастан пошел к отцу. - Папа? - проговорил он, входя в кабинет отца. - Да, Рабастан? - спросил Джонатан Лестрейндж, поднимая глаза на младшего сына. - Ты что-то хотел? - Мне вчера Руди сказал, что вы, отец, хотите заключить контракт между мной и мисс Шафик. Это правда? - Да. Тебя что-то не устраивает? - спросил Джонатан. - Да, отец. Меня не устраивает ваш выбор моей избранницы. - Я тебя понимаю. Кого бы ты хотел видеть в роли своей избранницы? - спросил мистер Лестрейндж. - Наверное, мисс Весс. - Что? Дочь Евы Весс? – переспросил Джонатан. - Да. Я с ней танцевал на званом ужине, - ответил Рабастан и посмотрел в пол. - Ты знаешь, что род Весс находится под покровительством Великой? - Да, Лилиана сама нам рассказала, когда показала свою палочку, - ответил Рабастан. - Хорошо. Ступай. Я пока подумаю, - проговорил Джонатан. - Хорошо, отец, - прошептал Рабастан и вышел из кабинета. «Что ж. Я вижу, мой сын влюблен в мисс Весс, - Джонатан достал сигару из портсигара и зажёг её с помощью палочки. - Может быть, написать Леди Весс? - закуривая, продолжал думать мужчина. - Возможно, если Ева согласится на этот брак, я преподнесу Лорду двух перспективных колдуний, Беллатрису Блэк и Лилиану Весс», - улыбнулся Джонатан своим мыслям. - Хорошо так тому и быть, - прошептал он и принялся писать письмо миссис Весс. *** Сентябрь 1962 года. Лилиана ехала в Хогвартс одна, пока в дверь купе не постучались Беллатриса и Рудольфус. Девочка сдружилась с Беллой и Руди, как его называли знакомые, благодаря переписке и нескольким встречам. Как оказалось, Беллатрису и Лилиану объединяла любовь к темным искусствам. - Вот ты где, Лили, - проговорил Рудольфус, затаскивая чемодан Беллатрисы на верхнюю полку. - А мы тебя искали. - Я люблю тишину. А слушать галдеж наших будущих однокурсников как-то нет желания. Особенно, если заводилой является Артур Уизли, - сказала Лилиана. - Да. Я слышал об этом Уизли, – проговорил Рудольфус. - Отец рассказывал, что он, хоть ему всего двенадцать лет, уже без памяти влюбился в маглов и во всё, что с ними связано. - Маглов? Как их можно любить? Они же уроды, - поморщилась Лилиана. - Да, я согласна с этим утверждением, - кивнула Белла. - Отец говорит, что Дамблдор следит за ним и за Молли Пруэтт. Наверное, хочет ими манипулировать - Вот же будет потеха, если они поженятся, – хохотнул Рудольфус - Почему потеха? - спросила Белла - Да потому, что магии это не понравится. Магии и так уже не нравится то, что Уизли любит все магловское. - Мама рассказывала об этом. Магия отмечает недостойных людей меткой предателей крови, - вспомнила Лилиана. - Да. К ним же можно отнести братьев Пруэттов, - кивнул Рудольфус. - Третьекурсников Фабиана и Гидеона? – спросила Белла. - Да. Они братья Молли Пруэтт, – сказал Рудольфус. - Ладно, хватит говорить о грязи. Лили, тебе Рабастан кое-что просил передать. - И что же? - спросила девочка, откладывая книгу. - Мини-письмо, - улыбнулся Рудольфус и протянул сложенный вчетверо листок. - Руди, а почему ты мне ничего не говорил? - спросила Белла. - Потому что меня попросили передать письмо Лилиане в руки, - улыбнулся Рудольфус. А в письме было написано следующее. «Дорогая Лили. Надеюсь, у тебя все хорошо и Рудольфус тебя не трогает. Ты сможешь написать мне, когда прибудешь в Хогвартс? Мой отец хотел кое-что передать тебе, но не смог. Поэтому я отправлю это в следующий раз, когда будут отправлять сову. Со всем уважением, твой Рабастан» - И что там написано? - спросила Белла. - Да так, ничего особенного. Попросил написать ему, когда будем в Хогвартсе, – улыбнулась Лилиана и положила письмо в книгу. - Понятно, - со знанием дела кивнула Белла. - Подожди. Это то, о чем я думаю? - спросила она, внезапно увидев книгу, лежащую на коленях у Лилианы. - Я думаю, что да. - Это же «Темнейшая магия и все, что её касается». Учебник 6-го курса, - проговорил потрясенный Рудольфус. - Да. Мама мне её подарила, – кивнула Лилиана. - Она говорит, что эта книга поможет мне стать лучшей ученицей во все школе, со времен самого Тома Реддла. - Вау. Это раритет. Мои родители сожгли все книги, когда светлые фанатики пришли к власти, - прошептал Рудольфус. - Мои оставили один экземпляр. По-моему, за четвертый курс, - проговорила Белла. - Я вам завидую, - прошептал Рудольфус и отвернулся к окну. Вдруг в дверь постучали, и она сразу же открылась. - Желаете чего-нибудь, деточки? - спросила продавщица сладостей. - Да. Я возьму две шоколадные лягушки и коробочку Берти Боттс, - проговорил Рудольфус и достал деньги. - Я тоже возьму двух лягушек, и все. - А я не хочу ничего брать, - проговорила Белла. Дверь закрылась, и ребята принялись за еду. - У меня в лягушке на вкладыше Салазар Слизерин, - улыбнулся Рудольфус. - А у меня всеми любимый Дамблдор, - понурив голову, проговорила Лилиана. - Можем обменяться. У меня дома три Салазара лежат, а самого светлого мага нет, - проговорил Рудольфус и протянул карточку Лилиане. - Спасибо, - улыбнулась девочка и, взяв карточку, отдала свою. - О, Моргана, - улыбнулась Лилиана. - Везет. А мне выпал Мерлин, - проговорил Рудольфус, после чего открыл коробочку конфеток Берти Боттс. - Фу. Ушная сера, - проговорил он, когда отправил в рот одну конфетку. Так и прошла вся поездка до школы. Девочки смеялись над тем, как кривился Рудольфус, пробуя конфетки. *** - Добро пожаловать в Хогвартс, - проговорил Дамблдор, вставая со своего высокого кресла. - Перед тем как начнется распределение, я бы хотел пожелать первокурсникам удачи. Когда Дамблдор сел, началось распределение. - Блэк, Беллатриса, - проговорила профессор МакГонагалл. Белла села на табурет перед преподавательским столом, и ей водрузили на голову шляпу. - СЛИЗЕРИН!! - закричала шляпа на весь зал. Белла, сняв шляпу, радостно заулыбалась и прошла к столу своего факультета. - Весс, Лилиана. Лилиана села на табурет, и ей, как и Беллатрисе, водрузили на голову шляпу. - СЛИЗЕРИН!!!!! - заорала шляпа. Распределение проходило дальше, и дело дошло до буквы Л. - Лестрейндж, Рудольфус, - проговорила МакГонагалл. - СЛИЗЕРИН!!! - прокричала шляпа. Довольный Рудольфус сел за стол своего факультета, рядом с Беллой и Лилианой. - Я же говорил, что попадем на этот факультет, - улыбнулся он. Когда распределение закончилось, Дамблдор вновь поднялся. - Итак, поприветствуем новых учеников, – улыбнулся он. - А сейчас ешьте. Вдруг на тарелках появилась еда. По всем залу были слышны шепчущиеся голоса, только за столом Слизерина была тишина, и лишь некоторые ученики разговаривали шепотом. Когда все наелись, а тарелки заблестели первозданной чистотой, Дамблдор встал. - Перед тем как отправить вас по гостиным факультетов, я бы хотел напомнить, что Запретный лес является опасным местом для всех без исключения. Также наш завхоз Аргус Филч попросил меня напомнить, что использование магии в коридорах школы запрещено. Все. А теперь марш спать. Зал загудел. Первокурсники последовали за старостами к своим гостиным. - Чистая кровь, - проговорил староста Слизерина, когда они дошли до стены, и открылся проход в гостиную факультета. Прослушав речь старосты, наши друзья пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по спальням. Беллатриса с Лилианой прошли в спальню девочек, которую они делили с еще двумя девочками. Переодевшись, Белла и Лили легли спать. *** - Итак, меня зовут Минерва МакГонагалл. Я буду обучать вас Трансфигурации, - проговорила преподаватель. - Трансфигурация позволяет превратить любую вещь во что-то другое. Сегодня я бы хотела, чтобы вы попробовали превратить спичку в иголку, - сказав это, МакГонагал взмахнула палочкой, и перед каждым студентом появилась спичка. - Ничего страшного, если у вас не получится с первого раза. К концу урока превратить спичку в иголку удалось только Беллатрисе и Лилиане, что вызвало недовольство Рудольфуса. - Как у вас это получилось? - спросил он, когда они шли на Защиту от Темных Искусств. - Умение и концентрация, - ответила Лилиана. - Заклинания работают в соответствии с твоими желаниями. Допустим, если ты хочешь превратить спичку в иголку, то ты должен думать только об этом. То же самое и с другими заклинаниями. - Понятно, - протянул Рудольфус. - Но вы молодцы. Получили десять баллов на двоих. - Мне кажется, что МакГонагалл не любит наш факультет, – проговорила Белла. - Возможно. Мы же слизеринцы, - улыбнулась Лилиана. - Хотя, это странно. Мы же ни в чем не виноваты. - Согласна, - проговорила Белла, когда староста остановился перед дверью в кабинет. - Здравствуйте. Меня зовут Макдональд Юнгус, - проговорил преподаватель, когда последний первокурсник Слизерина сел за парту. - Я буду вести у вас самый нужный предмет, а именно Защиту от темных искусств, – сказав это, мистер Юнгус начал рассказывать о разных заклинаниях. Лилиане было скучно, поэтому она легким взмахом палочки изменила цвет текста на доске. Беллатриса заметила это и улыбнулась. - Вижу, тебе скучно было, - проговорила она, когда кончился урок. - Ага. Я об этом прочитала еще до школы, - сказала Лилиана. - Мама шутила, что мне можно пропустить первый год. - Не поверю, что ты, первогодка, настолько умна, - произнес насмешливый голос у неё за спиной. - Что-то не так, Гойл? - обернулась Лилиана и достала палочку. - Что ты сделаешь мне своей палочкой? - усмехнулся двухметровый Гойл. - А вот что, - сказала Лилиана и взмахом палочки наложила на Гойла Веселящие чары. - Ничего себе, - проговорил Рудольфус, смотря на смеющегося Гойла. - Это же третий курс!.. - И что? Мне было скучно, - проговорила Лилиана и, развернувшись, вошла в большой зал. - Ты станешь сильной колдуньей, - заметила Белла, внимательно смотря на подругу. - На это и расчет, - улыбнулась Лилиана. - Рудольфус, а это случайно не твоя сова? - она кивнула головой в сторону пикирующей к ним неясыти. - Да, – кивнул Рудольфус и взял посылочку от родителей, которую принесла сова. - И что там? - спросила Белла, смотря на мальчика. - Подарок для Лилианы. И печенье от родителей, - проговорил Рудольфус и протянул Лилиане книгу. - Книга? - спросила Лилиана. - Хм. Нет. Тут в записке сказано, что это двойной дневник, - проговорил Рудольфус. - Он позволяет общаться на расстоянии без использования сов. Давай покажу, - сказав это, он написал в дневнике слово «Привет», которое спустя секунду исчезло, а вместо него появилось «Привет, Лилиана». - Видишь? - Ух ты. Это выглядит интересно, - прошептала девочка. - Да. Отец сам это придумал. У Беллы точно такой же дневник, - сказал Рудольфус и принялся за еду. - А можно их как-то улучшить? - спросила Лилиана, когда они возвращались после ужина в гостиную. - Что ты имеешь в виду? - спросил Рудольфус, садясь перед камином и доставая учебник. - Ну, допустим, я бы хотела объединить наши с вами дневники. Сделать общий дневник. - Я не понимаю. - Допустим, я написала "Привет" в своем дневнике, и это увидели все, у кого похожий дневник, - проговорила Лилиана. - Хм. Я вроде понял, – промолвил Рудольфус. – Я думаю, это возможно. Надо поговорить с папой. - Хорошо. Я пойду спать,- проговорила Лилиана, когда гостиная начала заполняться учениками. - А домашнее задание? - спросила Беллатриса. - Сделано, – улыбнулась Лилиана. - Да и делать только ЗоТИ. - Ладно. Спокойной ночи, - протянула Белла. - Спокойной ночи, - сказала Лилиана и скрылась за дверью в спальню девочек. *** Наступил декабрь, и дни тянулись к Рождеству. Слизерин лидировал в состязании по очкам между факультетами. В квиддиче они пока были на втором месте. Друзья ехали в купе и разговаривали. - Белла, Лили. Мои родители, я думаю, будут собирать званый ужин в честь Рождества, - проговорил Рудольфус. - Вот как. Интересно, – сказала Лилиана. - Только мама, наверное, не захочет пойти. - Почему? - спросила Белла. - Школьная обида. На мистера Лестрейнджа, - ответила Лилиана и выразительно посмотрела на Рудольфуса. - Понятно. Но я думаю, что вы все же придете, - самодовольно улыбнулся Рудольфус. В такой непринужденной обстановке прошла вся поездка до Лондона. - Лилиана, - позвала Ева, когда девочка сошла с поезда. - Как прошел семестр? - спросила она у подошедшей дочери. - Все прошло отлично. Слизерин ведет в состязании между факультетами, - улыбнулась Лилиана. - Это хорошая новость, - проговорила Ева. - Простите, миссис Весс, - обратился Рудольфус. - Да? Что такое, Рудольфус? - спросила Ева, повернувшись в его сторону. - Я думаю, что мои родители будут собирать званый ужин. И я бы хотел, чтобы вы прибыли вместе с Лилианой, - проговорил Рудольфус. - Я подумаю, — улыбнулась Ева и, положив руку на плечо дочери, исчезла, коснувшись кольца. *** Наступило Рождество. Ева с Лилианой прибыли на званый ужин во дворце семейства Лестрейнджей. - Лили, ты пришла! - проговорил радостный Рабастан. - А разве я могла не прийти? - улыбнулась Лилиана. - Рудольфус столько всего нарассказывал, — улыбался Рабастан. - Миссис Весс, могу я поговорить с Лилианой? - спросил он, посмотрев на Еву. - Конечно. Я пойду, поговорю с миссис Блэк, - улыбнулась Ева и отошла в сторону. - Лили, как прошел семестр? - спросил Рабастан, когда они сели перед камином. - Очень даже неплохо. Только скучно. По крайней мере, мне, - улыбнулась Лилиана. - Скучно? Ты шутишь? - переспросил Рабастан. - Да. Мы проходим все то, что я уже узнала от мамы, - улыбнулась девочка. - А еще Историю магии ведет призрак, который говорит только о восстаниях гоблинов. - Понятно. Как тебе подарок? - спросил Рабастан. - Удобный. Спасибо, - улыбнулась Лилиана. - Как думаешь, куда попадешь в следующем году? - На Слизерин. Поближе к тебе, - улыбнулся Рабастан. - Мисс Весс, Рабастан, - проговорил голос за спиной друзей. - Да, папа? - спросил Рабастан и повернулся в сторону отца. - Пройдемте в мой кабинет. Леди Весс уже там, - проговорил мистер Лестрейндж и повел пару из зала. Зайдя в просторный кабинет в темных тонах, они увидели Еву, миссис Лестрейндж и Рудольфуса, который ухмыльнулся брату. - Итак. Я собрал вас здесь не просто так, - проговорил мистер Лестрейндж, садясь за стол главы Рода. - Я долго думал и всё решил. - И что ты решил, Джонатан? - спросила Ева с легкой ухмылкой. - Я решил заключить контракт между Лилианой Весс и Рабастаном Лестрейнджем, - проговорил мистер Лестрейндж и достал из ящичка стола пергамент. - И я серьезен, – сказал он и посмотрел на пару. - Что нам нужно сделать? - спросила Лилиана. - Всего лишь скрепить контракт кровью. Он начнет действовать с четырнадцати лет, - проговорил Джонатан и протянул девочке кинжал и пергамент. - Ау, - прошептала Лилиана, уколов палец и капнув кровью напротив своего имени. Рана сразу же затянулась. - Держи, - протянула она кинжал Рабастану. Рабастан сделал то же самое и отдал пергамент отцу. - Молодцы, - улыбнулся тот. - Джонатан, можно пока это не афишировать? - спросила Ева. - Конечно. Но это пока. Когда им исполнится пятнадцать и четырнадцать лет соответственно, все станет известно, - ответил Лестрейндж. - И, Ева, я бы хотел извиниться за старую обиду. - Я тебя прощаю, - улыбнулась Ева. - Но это в последний раз. - Я понимаю, - поднял руки Лестрейндж. - А теперь пойдемте в зал. Остаток ужина прошел в тихой обстановке. Кто-то разговаривал о политике, кто-то играл в азартные игры.