Гнев и способы его подавления

Гермиона врывается в лабораторию, точно цунами. Дверь захлопывается с громким стуком, помещение содрогается, что фиалы с зельями бьются друг о друга — раздаётся тонкий звон. Наспех накинутая мантия развевается за спиной чёрными змеями, и Гермиона одёргивает её нервным движением, когда доходит до своего рабочего стола. Хочется скинуть всё с его поверхности, разбить пустые склянки для зелий, чтобы осколки разлетелись по полу, злобно рассмеяться, а потом на кого-нибудь наорать или расплакаться. Гермиона ещё не решила, чего желает больше, поэтому хмурится и сжимает губы в бескровную полоску. О, сейчас она готова убивать! — Десять баллов Гриффиндору за такое живое проявление ненависти к миру, — с иронией тянет Северус со своей стороны лаборатории, не переставая быстро шинковать что-то на доске, — признаюсь, я в твои годы ещё не овладел навыком появляться столь экстравагантно. — Учусь у лучших, — деланно улыбается Гермиона и с раздражением сдувает с лица навязчивую прядку волос, — уже можно пугать детей? Она смотрит на своего бывшего профессора, ныне незаменимого коллегу, и чувствует, как его неизменная аура ледяного спокойствия тянет к ней свои щупальцы. Бурлящие внутри эмоции ещё не спешат отступить, но словно сжимаются перед этой чужеродной силой, настороженно сгущаясь в груди. Хочется выплеснуть этот яд. — Считаю, что стоит пока повременить и закрепить успех, — Снейп аккуратно сдвигает ножом готовый ингредиент, который Гермиона тут же опознаёт, в томящийся котёл, довольно кивает и лишь потом поднимает голову, — сложно, знаешь ли, постоянно держать лицо. — Как жаль, а мне так хотелось испоганить настроение людям по уважительной причине, — шипит Гермиона, но перед глазами у неё вспыхивает образ одного конкретного человека. — Сходи к Брустверу, — между тем лениво предлагает Северус, — он отказывает в финансировании одному стоящему проекту уже очень давно, встряска мозгов ему бы не помешала. Гермиона не может сдержать смешка, хотя внешне он проявляется кривой усмешкой. Об этом она напомнит Кингсли и без дополнительной мотивации, просто чуть позже, когда сможет убедить его своими железными аргументами, а не упрёками и угрозами. — Да ты прямо-таки хочешь крови, — Северус огибает свой стол, стягивая перчатки, в которых резал ядовитые по цвету и составу корни растения, а потом подходит ближе к Гермионе, критически осматривая её уже вблизи, — только, прошу, не мою. Её и так с лихвой высосала одна небезызвестная змея. Упоминание Нагайны действует на Гермиону как-то отрезвляюще. Она перестаёт сжимать кулаки, которые даже не заметила, как сжала, а потом заглядывает мужчине в пронзительно чёрные глаза, которые абсолютно ничего не выражают. Хочется утопиться в этом мрачном спокойствии. — Как же я ненавижу змей, — через несколько секунд констатирует Гермиона, а Северус понимающе хмыкает. Гермиона снимает мантию, едва сдерживаясь, чтобы не отправить её в полёт до вешалки, но та оказывается подхвачена заклинанием и без разрушений добирается до места назначения. — Сядь, — полуприказным тоном говорит Северус, пряча кончик палочки обратно в рукав, и Гермиона не может ослушаться, усаживаясь на край стула. Снейп недовольно цыкает, обходит девушку и за плечи притягивает её до самой спинки, игнорируя злой вздох, — будто деревянная. Расслабься уже и начинай по порядку. Гермиона закатывает глаза, но беспрекословно старается выполнить сказанное. Северус редко снисходит до какой-либо поддержки, тем более физической. Видимо, выглядит она действительно устрашающе. Умелые руки опытного зельевара отнюдь не ласковы, жмут на напряжённые мышцы с силой, заставляя тело покрыться противными мурашками. Пальцы давят на какие-то до этого спрятанные точки, но возникающая тупая боль помогает отвлечься. Через десяток секунд уверенность мужских действий подкупает тело и мысли, и Гермиона медленно начинает отпускать себя. Гнев и раздражение больше не сковывают её, в страхе прячась перед суровым напором ауры Снейпа. Стоит признать, тот прекрасно умеет успокаивать. Конечно, если сам этого захочет. — У меня после обеда была встреча, — решает начать сначала Гермиона, — с потенциальным клиентом. — Я помню, — отзывается Северус, показывая, что слушает, — про массовый скуп нашего последнего зелья. — Именно. — Но, я понимаю, это не та змея, которую ты сейчас ненавидишь? — Конечно, нет, — фыркает Гермиона, — встреча прошла успешно, мы даже заключили предварительный договор на полгода, оплата по факту продажи, семьдесят процентов прибыли наши. — Спасибо, что не забыла рассказать, — нарочно или нет Северус давит особенно сильно, что Гермиона подскакивает на месте, ёжась, но не может уйти от чужих рук, — но результатом я доволен. Дальше что? — А дальше твой крестник проявил удивительные способности дедукции и интеллекта, — язвит Гермиона, шипящая волна лижет между рёбер, пытаясь вернуть былой гнев. Хочется обозвать своего парня всеми известными ей ругательствами. — Всегда догадывался, что ошибочно считал его умнее Поттера, — экологично комментирует её мысли Северус. Гермиона чуть наклоняет голову вперёд, словно пытаясь спрятать и так скрытую за волосами улыбку. Слова Снейпа о Гарри её больше не задевают — она знает, что все они лишь прикрытие, старая привычка и просто несносный характер. — Так вот, этот идио… Драко, — Северус различимо хмыкает за спиной на её оговорку, — тоже был там, в этом ресторане. И, представляешь, решил, что я ему изменяю! — Действительно идиот. — Да! — эмоционально восклицает Гермиона, порываясь обернуться, но чужие ладони железно держат её за шею, ещё больше заставляя склонить голову, — едва я осталась одна, перечитывала бумаги, как Драко неожиданно составил мне компанию. Я не ожидала его увидеть! Как-то резко перестала улыбаться, на вопрос «кто это?» что-то невнятно ответила. Но, Мерлин свидетель, я не рассказывала ни о чём Драко, потому что хотела удивить его, когда зелье по моему рецепту выйдет в продажу! А он сразу весь ощетинился, знаешь, прям как в школе — такой противный стал. Наговорил мне столько… а мы ещё при людях! Малфой, змея, умеет шипеть гадости да с приветливым лицом. А я сижу, как последняя дура, его слушаю, а в ответ — ничего не могу. Кажется, его это ещё больше разозлило, в смысле, что я не оправдываюсь, так что он пожелал мне счастья и ушёл. Даже не обернулся! Ну, не бежать же мне за ним? Много чести! Да и вообще, мог бы для начала подумать, во-первых, кто назначает встречи у всех на виду? А, во-вторых, я и измена? Мне делать, что ли, больше нечего? Или он мне не доверяет? Или… — Не тараторь. — Гермиона пристыжено замолкает и буквально видит, как кривится в пренебрежении рот Северуса. Он наконец-то отпускает её плечи, позволяя выпрямиться. И в эту же секунду по мышцам начинает растекаться приятное тепло, парализуя в наслаждении тело. Гермиона даже забывает на мгновение, почему злилась. Северус снова оказывается перед ней лицом, и девушка с надеждой пытается разглядеть что-то в отсутствии эмоций. Она выдохлась, пока рассказывала всё другу, просто морально иссякла. Вместо злости к ней подбиралась обида, обещая в скором времени противно пережать горло, мешая дыханию. — Если ждёшь от меня сочувствия, то спешу огорчить — не дождёшься, — в привычной ленивой манере говорит Северус, и Гермиона дёргает губами, не в силах улыбнуться, — ну, вот какие сюрпризы? А если бы проект не выгорел? Твоя гордость бы не позволила рассказать о провале сразу, а Драко бы долго гадал, от чего ты не в себе. Но, ладно, твой каприз с натяжкой, но я могу понять. Больше так не делай. — Хочешь сказать, это я виновата? — Гермиона вскидывает брови, но пока не спешит нападать. Из словестной перепалки с Северусом всё равно практически не возможно выйти победителем. — Нет, не хочу, — мужчина хмыкает, — виноват Драко, или, как ты его назвала, «этот идиот», потому что слишком много беспокоится о своём самолюбии. А оно оказалось ущемлено. Но, спешу уверить, он тебе доверяет, — Северус морщится, будто это слово ему не нравится, — скорее, ему до сих пор сложно поверить в себя. — Сомневаюсь, — бурчит Гермиона скорее из упрямства, нежели потому, что действительно так считает. Она начинает понимать, к чему ведёт Снейп, но признаваться не хочет. С одной стороны, произошедшая ситуация говорит о том, что поступок Драко всё же поддаётся логике, но, с другой стороны, появляется всё больше новых вопросов. — Если хочешь услышать, то да, ему правда было сложно принять, что ты его выбрала, — раздражённо бросает Северус, — он слишком тебя любит и ещё больше боится потерять. Непостоянная самооценка, завышенные ожидания в детстве... Так что объяснись ему первая, не руби с плеча. И не спорь! Поверь мне, я прекрасно знаю, что такое любить «золотую девочку». Тебе тяжело, но ему не легче. Гермиона молчит, хмуря тонкие брови, стараясь подвергнуть все слова холодному анализу. Она никогда не думала, что Драко до сих пор, спустя годы после выпуска из школы, может тревожить их различие в статусе. Раньше это была чистота крови, а теперь? Теперь это неуверенность в том, что он не до конца… хорош? Гермиона размыкает губы, вскидывая осознанный взгляд на Северуса, но тот резко взмахивает рукой. — И не заставляй меня повторять хоть слово! Снейп отворачивается от неё, всем видом показывая, что разговор окончен, и Гермиона ничего от него больше не добьётся. Мужчина возвращается к своему рабочему месту, демонстративно проверяя время, но Гермиона знает, что до добавления следующего составляющего в зелье ещё долго. Тема разговора оказалась слишком личной для Северуса. А он далеко не тот человек, который будет и дальше показывать свои эмоции после минуты послабления. Гермиона уже догадывается, что в ближайшие дни её ждёт старый-добрый профессор Снейп, но это можно пережить, ведь она знает, что в глубине этого мрачного, хмурого мужчины живёт её близкий друг Северус. — Вообще-то, — Гермиона поднимается на ноги и специально ждёт лишнюю секунду, — я хотела сказать спасибо. В ответ она, конечно же, ничего не слышит, но этого и не нужно. Северус умеет отвечать молчанием.