Актерское мастерство (отсутствует)

Вечер крайне быстро сменял день. Не самая приятная деталь зимы, согласитесь. Мало того, что не выходит вдоволь насладится солнечным светом, коего неделями не допросишься, так еще и по темноте пилить домой со страшной силой приходится. Мне и так с лихвой хватило дороги в школу через лес, на непроглядную тьму я не подписывался. Нет же, я ведь «везунчик», «у меня ж мало проблем в жизни». Одни сплошные минусы, что тут скажешь. Брешу, не такие уж сплошные минусы: теплый чай, заботливо заваренный маминой рукой и перелитый в термос, в купе с не такими уж отвратными впечатлениями о школе держали настроения на планке не ниже средней. Такс, что ж сегодня было-то: в класс к нам приходил милиционер, лейтенант вроде бы, буравил меня всё своим тяжёлом, будто бы вечно усталым взглядом, я обыграл Ромку на «Полароид» (к явному неудовольствию последнего), да и в целом все… А, нет, вспомнил: мне ж предложили поиграть роль маньяка, дабы поднять статус вышеупомянутого паренька в глазах «главной скрипки школы». Я почувствовал укол совести, поскольку Полине-то врать придется, но, с другой стороны, друзья помогают друг другу. Так ведь? Я прибавил шагу. Романтика в темном лесу, кончено, зашкаливает, но я лучше ее избегу. Эх, жаль Алиса не со мной. Странно, что в ее присутствии шествовать по тайге мне было почти не страшно. Можно списать это на мужскую гордость (не хватало мне еще трястись от страха в присутствии девочки, пусть она и двухметровая лиса), но лисица уже успела себя зарекомендовать как неплохого друга, так что на ее помощь рассчитывать смысл есть. Плюс, недавно я откопал у себя фонарик, без батареек правда, но это дело поправимое. Отец уже согласился посодействовать, так что в скором времени прогулки по лесу без рыжей и крайне притягательной мадам станут не такими стремными. Это хорошо. - И снова здравствуйте! – совершенно неожиданно из-за ближайшего дерева высунулась лисья морда с неизменно широкой улыбкой. Словно ошпаренный, я отскочил в сторону и едва не огрел Алису портфелем, который до сего момента покоился в моей руке. Клянусь, она точно меня до белой горячки доведет. Если раньше все ее, так скажем, появления были в какой-то мере предсказуемы, то в этот раз Алисину мордашку я ожидал увидеть меньше всего. После того, как до меня дошло, что это не какое-то чудище рогатое, которому я бы с удовольствием их [рога] поотшибал, а вполне себе знакомая, в каком-то смысле даже родная, двулапая лисица, я успокоился, кое-как переводя дух. - Хи, мне никогда не надоест так делать, - с усмешкой проговорила лиса, но, увидев меня в вполне себе боевой готовности, осеклась. – В этот раз перегнула, да? Я все еще тяжело дышал. По-моему, я был в шаге от гребаного инфаркта. Такими темпами к тридцати годам я уже буду весь седой. Когда я, наконец, обрел дар речи, я кое-как выдавил «да» из себя. - Ну прости, Тошенька, я ж по-дружески, - хищный оскал, что никогда не сползал с Алисиного лица, теперь поменялся на милую и самую малость виноватую улыбку. Ох, за ТАКУЮ улыбку я ей все готов простить, честное слово. Лисья лапа игриво потрепала меня по макушке, как бы довершая эффект. - Да ладно уж, - с полуулыбкой ответил я, смущенно отворачиваясь. Лисе, казалось, этого хватило с головой, по сему она убрала руку, а на лице вновь расплылся хищный оскал. - Я полагаю, ты домой? – задала Алиса свой извечный вопрос, но неожиданно принюхалась и какой-то гусиной походкой шмыгнула к моему портфелю. – Что это у тебя там так вкусно пахнет? Добрый десяток секунд я стоял в непонимающей позе, но потом понял, что так привлекло внимание моей когтистой подружки: чай-то у меня еще непочатый. Я опустил сумку на снег и ловким движением выудил термос и небольшой пластмассовый стаканчик. - Чай, - гордо проговорил я. Алиса по-лисьи вытянула шею, понюхав вытащенную мной емкость, довольно промычала. Понравился запах, видать. - Угостишь? – игриво и с азартным проблеском в глазах спрашивает лиса, выпрямляясь и заводя руки за спину. Высокая она, под два метра (если не больше), поэтому, чтоб не смотреть на меня «сверху-вниз», постоянно сгибалась. Готов поспорить, что к концу дня позвоночник у нее неслабо так болит. Я распечатал емкость, после чего аккуратно перелил ароматное содержимое в стакан и протянул лисе. - Пожалуйте, мадам, - с усмешкой проговорил я. - Между прочим, мадмуазель, - наигранно-обиженным тоном ответила Алиса, принимая из моих рук гостинец и сделав пробный глоток. Довольное лисье мычание, я уверен, слышали все в этом лесу. Некоторое время лиса цедила напиток, растягивала удовольствие, можно сказать. - Ох, давно меня чаями не угощали, - довольно протянула лиса, глубоко вдыхая морозный воздух. Я улыбнулся. Настроение как-то само по себе поднялось. Ну а что, я очень сомневаюсь, что вы бы стояли с серьезным лицом, глядя на мурлыкающую (да, определенно мурлыкающую) лису. Продлилось моя характерная перемена недолго: в голове снова проскочила та самая гаденькая мыслишка, точнее напоминание, что мне придется сегодня репетировать и какая мне отведена роль, будто бы какой-то маленький чертик сидит у меня в мозгу и намерено подбрасывает воспоминания похуже. Выражение моего лица стало вновь серьезным, я озадаченно нахмурился. В самом деле, что ж мне делать? С одной стороны, пусть Ромка и ведет себя как последний мудак, время от времени, но, похоже, дружба для него не просто пустой звук. Но с другой, мне ведь придется лгать девочке, которой я, возможно, нравлюсь. Да даже если и не нравлюсь, врать все равно плохо. - А чего это мы погрустнели, а, Тош? – от зоркого лисьего глаза не ускользнула перемена в моем лице. Ну, сейчас начнется. Я не стразу среагировал, одарив Алису невнятным «а?», но после ответил. - Та не, нормально все. Просто… - в голове тут же возникла дилемма «говорить – не говорить», однако, раз уж мы типа друзья, так что ей можно сказать. – Понимаешь, меня… попросил помочь… друг, который… - … втрескался в какую-то девчушку и попросил тебя сыграть злодея? – бесцеремонно перебила Алиса, хитро щурясь. Я приоткрыл от удивления рот. Откуда она, черт возьми, это знает?! Следит? Лиса, к слову, заметила мое замешательство, и, будто бы прочитав мои мысли, поспешила меня успокоить. Не то что бы у нее получилось. - Расслабься, Тоша, больно надо за тобой наблюдать. Я так, пальцем в небо ткнула, - с хитрым прищуром проговорила Алиса. «Она определенно что-то недоговаривает» - мгновенно пронеслось в голове. - Ну так ты согласился? – любопытно изогнув мордочку набок, вопрошает лисица. - Ну… типа того, - невнятно ответил я. Лиса сощурилась, не отрывая своего пытливого взгляда от меня. Видимо, односложным ответном я не отделаюсь. - Понимаешь, в чем штука, - вновь подал голос я. – Я не хочу предавать Ромку, но и врать Полине тоже не хочу. Она мой, считай, единственный настоящий друг. На последних словах Алисина улыбка существенно уменьшилась, а взгляд немного потускнел. Во блин, за живое, похоже, мои слова ее задели. - Из людей, я имею ввиду, - спешно добавил я, вернув лисьей мордочке былой задор и широкий оскал. - Выкрутился-таки, - подметила лисица. Затем она добавила: «Знаешь что? Соглашайся!» Я вопросительно изогнул бровь. - Я тебе помогу заодно. Если потом еще чайком угостишь, конечно, - последняя часть была произнесена с явным воодушевлением. – Да и, в конце концов, Полине не обязательно знать, что это именно ты играешь роль маньяка, верно? Слушай, а так ведь это выход! И Ромка не обидится, и перед Полиной неудобно не будет. - По рукам, - с улыбкой вскликнул я, но тут же осекся. – Погоди, а как ты мне поможешь? Алисина улыбка стала еще шире (уж про кого сочиняли поговорку «рот до ушей – хоть завязочки пришей» - так это про нее). Сама же лиса с энтузиазмом потёрла ладони. Мда, раззадорилась она неслабо. - Ну, знаешь, мы, лисицы, в ваших человеческих сказках испокон веков злодейством блещем, так что не парься, Тошенька, мне есть чему тебя натаскать, - в голосе Алисы проскользнула знакомая дьявольская нотка. Она частенько у нее проскакивает, особенно когда она чем-то сильно увлечена. Взвесив все возможные «за» и «против», я кивнул, после чего отложил свой портфель подальше, дабы оный не мешался. А еще я даже не удосужился попросить стаканчик обратно. - Итак, для начала, покажи мне, что ты собираешься демонстрировать перед Полинкой? - с характерным прищуром спрашивает лиса. Я кивнул, после чего заметно напрягся. На ум мало что лезло, кроме типичных пацанских словечек в духе «куда батонишь, фраер, на?» и так далее. Решив, что терять мне, по правде, мало что, я кое-как слепил парочку таких фраз в целостные два-три предложения, приправил небольшой лицевой экспрессией и продемонстрировал моей двулапой подружке. Алиса с видом педагога старательно вслушивалась в каждое слово, вглядывалась в каждое движение, оценивала, одним словом. Руки были заведены за спину, осанка была идеально прямой. После того, как я закончил, выдав слабое «ну как?», лиса все также прищурено смотрела на меня. - Неплохо, - протяжно выдала она наконец. - Серьезно? -Конечно, нет! Это было отвратительно! – в голосе снова пробежала дьявольская нотка, сам же тон был привычно веселый и насмешливый. – Ты что, гопарь из подворотни? Почему у лица такая скудная экспрессия? Ты же психа изображаешь, у них эмоции всегда скачут вправо-влево. И потом, как у тебя руки расставлены. Такой позой только в подворотне темным вечером напугать можно. Не верю, не верю! – активно жестикулируя, говорила Алиса, как самый настоящий режиссер кинофильма. Ну или театра, на крайняк. - Но ничего, - добавила тут же лиса с игривой усмешкой. – Сделаем из тебя хорошего злодея! Я невольно улыбнулся. Да, с ней точно не пропадёшь.

***

- Нет, нет, нет! Ну какой маньяк ходит как гусь?! Знаете, я уже начинаю жалеть, что подписался на Алисину помощь. То ей мои реплики ей не нравятся, и это я еще могу понять, то походка не та. Она даже до моего голоса умудрилась докопаться. Однако я исправно выполнял все ее рекомендации. Бурчал под нос, разумеется, но это не в счет. - Походка должна быть прямой, уверенной. Ты же не мобильник, пардон, отжимать идешь, а на вполне себе серьезно убийство! – с видом Станиславского, восклицала лиса, попутно поправляю мою стойку (для пущего удобства я замер в эдаком полушаге). Затем она произнесла, наверное, уже десятый раз за день всю ту же неизменную «ну-ка, попробуй» и замерла в той самой педагогической позе, с который обыкновенно учителя смотрят на решающего пример у доски ученика. Я послушно продемонстрировал походку. По мне так, угрозы это мало вызывает. Однако Алиса довольно ухмыльнулась. - Сойдет. Дальше мы репетировали речь. Ох, божечки… Алиса, пока я старательно учил походку, накидала примерный список предложений (откуда у нее блокнот и карандаш?), которые должны звучать угрожающе. На деле же, звучали они спокойно и без какой-либо угрозы. - Итак, первое предложения, - перчатка ткнула в аккуратно выведенную «единицу» на бумаге. - Читай. - «Отдай ее мне, и мы разойдемся мирно», - произнес я серьезно и с нажимом, как тогда, за школой. - Да нет же, говори спокойно. Психи, сам знаешь, - ребята не из вспыльчивых, – поправила лиса в своей привычно манере. Я произнес реплику повторно, но уже спокойно и почти даже расслаблено. - Во, дело! – Алиса демонстративно хлопнула ладонями. – Так, а теперь все то же самое, но более низким голосом и, если твоих человеческих связочек на это хватит, хриплым тоном. Я устало выдохнул, но все же послушно повторил слова, но теперь уже сильнее напрягая голосовые связки. К моему удивлению, мой голос зазвучал в разы ниже, чем я предполагал его сделать, и еще с какой-то адской ноткой, которое время от времени проскакивала в голосе моей рыжей подруги. Я удивленно захлопал глазами. - Слышишь? – отвечая на незаданный вопрос, говорит Алиса. – Это твой зайчик пробивается… - Мой… кто? Алисина улыбка растянулась шире, хотя, казалось бы, куда еще шире. - Скоро все поймешь… - протяжный контральто* был мне ответом. Неожиданно, улыбка вернулась в пределы допустимого (хотя, я б конечно так не сказал), а сама лиса, будто бы очнувшись от какого-то сна, весело заговорила: «Но не будем отвлекаться, нам еще много чего нужно сделать!» Я тяжело вздохнул, но все же кивнул. Мы еще немного порепетировали реплики, совместили ее с уже освоенным, то беж с походкой. Получилось, к слову, довольно сносно. Большой Театр мне, конечно, даже близко не светит, но вот обдурить «главную скрипку школы» - очень даже светит. Общей сценарий моего появления, поведения и прочего мне еще предстояло обсудить с Ромкой. Однако Алиса подкинула пару-тройку идей, которые, должны будут сыграть нам на руку. - Также, не забудь, Тоша, маску надеть. А то какой конфуз получиться, правда? – игриво произнесла лиса. - Ага-ага, обязательно, - почти на автомате ответил я. Мы помолчали. - Что ж, а теперь обещанный мне чай.

***

- Почему ты мне помогаешь? Алиса повернула свою ухмылистую морду в мою сторону. Стаканчик с чаем мирно покоился в ее лапах, разнося на, пусть и маленькое, расстояние приятный запах. - Ах, Тошенька, ровно потому же, почему кто-либо делает что-либо: скука! Мертвецкая, всепоглощающая скука! – активно жестикулируя, протараторила лиса. Я удивлен, как она умудрилась не расплескать содержимое чашки. - Серьезно? Тебе скучно? – я недоверчиво повел бровью. Да ну, жить в лесу, огромном, неизведанном и полным загадок лесу и скучать?! Что за бред, правда? - Разумеется, скучно, Фома неверующий! – съязвила лиса. – Попробуй, поживи меж деревьев без хотя бы намека на человеческое общение да поспи на земельке под холодом – и я посмотрю, как ты заговоришь. Я хмыкнул, соглашаясь с Алисиными словами. На такие нюансы я не то что бы обращал внимание. Даже не так – я вообще не обращал на них внимание. - Ну, а еще… Ты ведь мне друг, как-никак. Единственный, - произнесла лисица с погрустневшей и ставшей на пару размеров меньше улыбкой. (Что это с ней?!). – Друзья помогают друг другу. Я ведь тебе друг, правда, Тош? Глаза самопроизвольно округлились, а брови стремительно поползли вверх. Я впервые вижу Алису… такой, без маски, фигурально выражаясь. Без своих излюбленных подколов, шуток, она становилась маленьким ребенком, которому очень нужно внимание. Очень милым и очень пушистым маленьким ребенком. Я подошёл к Алисе поближе и аккуратно положил руку ей на плечо. Пришлось, правда, встать на носки подобно балерине. Вот ведь высокая попалась. - Самый лучший, - с как можно более милой улыбкой произнес я. Лисица хмыкнула, опуская лицо и отпивая из кружки чай. Улыбка по-прежнему не превращалась в хищный оскал. Знаете, ей так даже больше идет. - Ну, от соплей избавились. Можно дальше веселиться, - лиса сделала вид, что отсмаркивается, после чего игриво изогнула своею мордочку и с хорошо знакомым прищуром глянула на меня. Да, Алиса, в своем репертуаре. - Ах! Тебе же идти пора, Антош! Все-все, не смею больше задерживать, - с удивлением и притворным ужасом на лице воскликнула лиса, и, помедлив секунду, наклонилась и аккуратно чмокнула в щеку. Я мгновенно зарделся и смущенно опустил голову, вызвав смешок со стороны Алисы. Поймала меня, плутовка эдакая! Когда я вновь поднял голову, лисы уже рядом не было. Я аккуратно потрогал правую щеку, будто не веря в то, что сейчас произошло. Оная была чуть влажная, немного правда подмерзшая, но не суть. Мне не привиделось.

Мне это определенно не привиделось...

*Авторское примечание: так называется низкий женский голос.