Ночной визитёр

Заперевшись в подвале, беловолосый маг хотел отстраниться от всего этого мира и безумия, просто посветив вечерок стаканчику другому. Не сказав никому о своих планах, он тихо ушел. Настолько тихо, что даже присутствие его растворилось в воздухе… "Хаааааа… черт, м-да…. Кинул всех и сбежал с корабля, как последняя крыса… но в прочем, разве я не могу уделить себе вечерок другой", — с горькой ухмылкой, Годжо упал на диван, поставив бутылку и пакет с едой на стол рядом. сдвинув брови и надув губы, мужчина, будто старался показать стенам вокруг, как глубоко раздумывал что-то про себя, словно делая тяжелый моральный выбор. Но и секунды не прошло, как задумчивая мина быстро сменилась на лицо, которое ярко показывало «предвкушение и веселие». Как ребенок, хлопнув в ладоши и зажмурив глаза, он уже представлял вкус спиртного и закусок на языке, но …. Но Внезапно возникло «некое но» Громкий и настойчивый стук в дверь нарушил атмосферу. Как грустно от «вторжения» не было, вместе с неизвестным звуком проснулся и интерес. С неохотой, мужчина поднялся с места, медленно плетя ногами в сторону двери. А стук все не прекращался. Про себя Сатору подумал, что лучше бы этот «кто-то» вместо того, чтобы барабанить в дверь, пошел побить боксерскую грушу, от этого хоть польза была бы. Годжо бы и наплевал на этот шум, но сжалившись над дверью, которая и так уже чуть ли слетала с петель, медленно начал протягивать руку к замку. Но, с быстро отдернул ее, будто боялся обжечься металлом коричневой двери. Мужчину осенило! "Я просто тихо отсижу еще минут 5, пока ему не надоест все это дело, потом он сам уйдет, оставив меня в покое, хе-хе, ну не гений ли я"— улыбнулся своим мыслям маг. С надменным лицом оперившись спиной об стену, он наблюдал за тем, как дергалась ручка, сдерживая все атаки и не пуская «гостя» внутрь. Внезапно, стуки за дверью стихли, беловолосый было уже повернулся в сторону стола, как вдруг наступившую тишину разрезал знакомый голос: «Годжо-сенсей, я же знаю, что вы там, откройте! …пожалуйста» — голос за дверью по началу раздался громко и яростно, призывая к немедленному выполнению просьбы, но, последовавшее робкое «пожалуйста» смутило долговязого мужчину. Это «пожалуйста» прозвучало так скромно на фоне остальной фразы, что казалось все было сказано двумя разными людьми: один выкрикнул, другой дополнил. «Годжо-сенсей, пожалуйста, не игнорируете меня…. Откройте…» — следующая фраза прозвучала очень тихо, казалось, если бы Сатору не подошел к двери ближе, то не услышал бы и слова. С какой-то горечью в глазах, мужчина посмотрел на ручку и повернул ее, с тихим щелчком дверь открылась. В ту же секунду перед глазами появилась фигура невысокого, розоволосого парнишки, завернутого в теплое зимнее одеяло. он стоял на пороге, стеснительно переминаясь с ноги на ногу. Вид его напонимал маленького, замершего котенка, который прибившись к порогу старого дома, жалобно мяукал, пытаясь найти укрытие. Хоть время было позднее, на лице внезапного «гостя» не было и следа сна. Итадори. Розоволосый мальчик стоял напротив, смущенно опустив голову, не смея переступить через порог. Сатору видел, что Юдзи хочет что-то спросить, но сомнения постоянно его отдергивали, заставляя все время опускать голову. «Итадори-кун, что стряслось? прости, что сразу не открыл…» — с беспокойством спросил Годжо и попутно корил себя за то, что «тянул» и сразу не открыл дверь своему «гостю». "Я… мне… он…» — перебивая сам себя начал тараторить студент. "Что? Что ты? И кто он?» — беспокойство только росло и аккуратно взяв своего подопечного за плечи, мужчина провел его в глубь комнатушки. "Мне в последнее время сниться один и тот же кошмар… и он связан с Сукуной….» — тихо прошептал Итадори, спрятав глаза под колючей розовой челкой. "Сукуна.» — с ненавистью, сквозь сжатые зубы процедил Сатору. "Что…что эта тварь делает в твоих снах? что он говорит? Чего хочет?» — посадив на диван парня, начал расспрашивать Годжо, сочетая в себе ненависть к проклятию, и необъятную тревогу за сжавшегося мальчика, которого била крупная дрожь. Несчастный Юдзи, позабыв все правила приличия, с ногами забрался на диван, сильней завернувшись в одеяло. Делал он это, наверное, чтобы создать вид, что дрожь вызвана холодом, но, что Годжо, что он, понимали, что холод тут совсем не причем. Отодвинув стол и присев на корточки перед диваном, Сатору пытался заглянуть в карие глаза мальчишки. Но какими хорошими попытки не были, разглядеть хоть что-то было невозможно. Смирившись с тем, что все тщетно, мужчина тихо сказал: "Итадори, пожалуйста, посмотри на меня» — фраза эта была такой спокойной и неожиданной, что розовая голова немного вздрогнула. Еще с минуту голова тяжело лежала на покрытых одеялом коленях, а потом медленно начала подниматься. Первое что увидел беловолосый мужчина, так это красные и мокрые щеки и прилипшую ко лбу челку. Аккуратно, почти невесомым движением, Сатору убирает волосы, чтобы наконец заглянуть в глаза. От прикосновения голова опять вздрогнула, но обладатель ее не отвернулся, Юдзи дал убрать волосы, хотя и не хотел, чтобы сейчас кто-то видел его в таком виде. Господи "Юдзи….» — на выдохе произнес пораженный маг. Чего-чего, но этого он не ожидал. Красивые карие глаза сильно покраснели. на ресницах блестели слезы, похожие больше на маленькие звезды или пыль феи из сказок. "Юдзи» — только и успел услышать Итадори свое имя, как вдруг почувствовал чужие теплые руки на мокрых щеках. "Юдзи» — вновь слетело собственное имя с чужих уст. Стараясь не заглядывать в эти глаза, мужчина начал стирать слезы с красных и мягких щек. Большие ладони, двигались так аккуратно, словно их обладатель боялся лишний раз потревожить этого ребенка. Казалось, одно лишнее движение или нажатие и эта хрупкая оболочка лопнет, рассыпится и разлетится на тысячу сияющих звездочек, что ослепят бренные глаза Сатору, которые за столько лет были обрызганы грязной кровью. Юдзи сидел тихо, прикрыв глаза и смотря в одну точку, он был словно под гипнозом от тепла чужих рук. Весь тот негатив, все тревожные мысли, что вертелись на языке, все они вмиг растворились в океане этих ощущений. Хоть и душа тайком сохранила в себе беспокойство, сейчас об этом думать не хотелось. Сейчас просто хотелось отдаться в плен этих теплых рук. Юдзи бы все отдал, чтобы потерять разум от этих прикосновений, ведь это всяко лучше, чем обезумить от вечных кошмаров и фантомных болей во снах. Человек, что сидит сейчас перед ним… Он так ему благодарен. Он так благодарен его прикосновениям, его теплу, просто тому, что тот сейчас рядом. Но раздумья Итадори не продлились долго. Беловолосый мужчина, нежно убрав руки, резко встал, а затем приземлился рядом со своим студеном. Сделав глубокий вдох, он быстро выдохнул обратно спертый воздух и повернулся в сторону «розового ежика» волос. Слегка улыбнувшись то ли Юдзи, то ли своим мыслям, он придвинулся к кокону из одеяла поближе. Итадори, вновь с опушенной головой, краем глаза наблюдал за своим сенсеем. О том, что годжо сделает в следующее мгновение, парень даже не догадывался. Сатору, снова легко улыбнувшись, быстрым и резким движением потянул одеяло на себя, утягивая за ним и розоволосого. Маг, с нежностью и теплотой укладывает свою ладонь уже на голову студента и притянув тоже еще ближе, обнимает его настолько крепко, что даже воздуху между ними не протиснуться. " Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя одиноким, ведь это не так… у тебя есть мы: Нобара, Мегуми, старшекурсники… я. Но даже если нас так много, сможем ли помочь тебе? Сможем ли уберечь? Как считаешь, а?» — обратился в конце к Итадори беловолосый маг, словно насильно натянув на свое лицо широкую улыбку. Посмотрев на спокойное лицо своего ученика, Годжо закрыл глаза, продолжая и дальше крепко держать кажущегося таким хрупким и уязвимым сейчас Итадори. Сатору думал, что ослабь он хватку, хоть на долю секунды, то Итадори мог исчезнуть, не попрощавшись с ним. Итадори, взяв пример с учителя и закрыв глаза, вновь чувствует, как уже знакомое тепло начинает согревать не только его тело, но и казалось душу. Секунда за секундой, минута за минутой, время неумолимо шло своим чередом, а эти двое так и не решали разрушить свою маленькую идиллию, что так внезапно возникла посреди такой же маленькой комнатушки, в этом огромном мире. От такого спокойствия, казалось, что и тишина становилась материальной и как снег начинала мягко ложится на кожу. Медленно Сатору открыл глаза. Как же долго он не чувствовал себя таким. Таким свободным и спокойным. Посмотрев на мальчишку, что свернулся клубком, он погладил его по голове, легонько перебирая торчащие прядки. маг спокойно глядел на бутылку выпивки, что так и осталась лежать на месте. В темном стекле расплывчато отражалось сонное лицо Итадори и рука Сатору, что так и продолжала гладить его голову. Юдзи не смел шелохнуться рядом со своим учителем, да и не особо хотел. То, что он сейчас чувствует, то что сейчас происходит, осознание того, чья рука сейчас гладит его голову, все это успокаивало его, о большем Итадори мечтать и не мог. Разум парнишки медленно начал таять в сладостной дреме и, прикрыв глаза, мальчик старательно вслушивался в тишину и спокойное дыхание беловолосого мага. Но тихое дыхание вскоре сменилось на такое же тихое, но… пение. Оно было похоже на шелест весенней листвы. Слегка проморгавшись и спугнув дремоту, Юдзи был готов вслушиваться в слова старинной песни…

«Эта сцена живописна, как вы и говорите, Но на ней ты потерян. Не слушай слов, что я говорю, Настрой себя, чтобы не притворяться. Разве ты не слышал, что и я плакал? Во всяком случае, ты бы никогда не смог. Скачи, как белая лошадь, Ты свободен и далек. Позволь изучить мне твое лицо. Время для поклона, сейчас идет последний отсчет. Прости мне раннюю немоту и молчание, Разве ты не видишь, что и я изранен бесчисленными ранами? О весна, о тающее солнце, вот и ты скоро придешь! Благослови его на всем пути Оставь в целости и сохранности. О мой белый конь, ты медленней бежишь! На этот раз я не смогу вернуть тебя Домой.»

"Домой… интересно, куда ушла лошадь? Вернулась ли она домой? Или нашла новое пристанище?" Столько мыслей роилось в голове Итадори, но ему не было до них дела, может когда-нибудь он и подумает над этими вопросами и даже расспросит обо всем Годжо-сенсея, но не сейчас…. Сейчас, окутавшее его тепло, как сирена с прекрасным голосом, заманила его в свою ловушку и Юдзи не способен ей противится. Сейчас он закроет глаза, тихо уснет, а Годжо, так и останется сидеть с ним до утра, не смея пошевелиться. Юдзи потом извинится за это «ночное представление» перед сенсеем. Но потом, все будет потом. Уже почти уснув, в голове возник образ белой лошади. Юдзи не знает, вернулась или нашла она свой дом. Он знает одно — его «дом» здесь, рядом с этим человеком, который гладит его по голове, рядом с друзьями и близкими. И Итадори проживет остаток жизни так, чтобы его «дом» наполнился воспоминаниями. Проживет так, чтобы не было сожалений Так чтобы….