ЧЕМПИОНЫ НА ЛЬДУ

***

Не было ни единого намека на ветер, кроны деревьев замерли как на картине, а единственным свидетельством того, что происходящее вокруг было реальным - языки пламени, которые освещали небольшую поляну возле бассейна. Где-то на фоне играла музыка из колонок автомобиля, слышались голоса взрослых, которые всё ещё что-то обсуждали, сидя за столом. Алёна с ногами забралась на уличное кресло, откидывая назад мокрые волосы, она только несколько минут назад вылезла из воды и, наконец-то, переоделась в более теплую одежду. Августовские ночи другие, не такие, как в любой другой месяц. Они особенно теплые, с приторным привкусом меда и с ощущением неминуемо уходящего лета. От костра, который горел прямо возле воды, шло легкое тепло. Камила, Алёна и Кристина болтали обо всем на свете, пока Аня и Саша играли с собаками. - Короче, это было очень неприятно, я не знаю, как выдерживают большие татуировки, - Звонко заключает Косторная, пока Кристина рассматривает её рисунки на коже, - Я хочу ещё несколько маленьких и на этом всё. - Ты уже придумала, какие будешь следующими бить? - Блондинка откидывается на спинку кресла и упирается щекой на свою ладонь. - Ну, есть парочка идей, но я пока ещё точно не определилась. Хочу слово на английском на запястье, но не знаю, я ещё не уверена. - А что за слово? - Валиева сидит в позе лотоса, разместив на своих ногах тарелку с шашлыком и овощами. Ками благополучно проспала ужин, потому что после боя водными пистолетами и догонялок её вырубило прямо на гамаке. - Sunshine, - Косторная легко улыбается, а в сердце теплом отдается эта идея татуировки. - Типа "солнышко"? - Алёна кивает на вопрос сестры Трусовой, - Мило, это в честь кого-то? - Да, что-то вроде того. Им всем очень не хватало такого отдыха, когда можно не думать о предстоящих стартах, Олимпийском сезоне, тренировках и фигурном катании в целом. Каждая нуждалась в этих часах спокойствия, разговорах ночью возле бассейна, теплом летнем воздухе, мокрых волосах с запахом хлорки. За городом звезды были особенно яркие, такие, что хотелось просто молча смотреть на них, рассматривать каждую. Первой такую идею подала Алёнка и, в след за ней, на газон улеглись все девчонки, изредка хихикая, когда на них запрыгивали собаки Трусовой. - Посмотри, большая медведица, - Саша обращается к Алёне, повернув голову. Их взгляды встречаются и они замирают на несколько секунд, просто улыбаясь друг другу. - Где? Я не вижу, - Трусова несколько раз пытается указать пальцем на созвездие, но Алёна упрямо качает головой и приходится приблизиться и, взяв ладонь девушки, она вытягивает её к небу, - Теперь увидела. Косторная широко улыбается, рассматривая созвездие. Она видела его ещё до того, как Саша сказала ей. - Врушка, - Трусова говорит совсем тихо, посмеиваясь. Косторная обожала астрономию, у неё на даче даже был телескоп, от которого она не отлипала в детстве. - Видишь вон там яркие звёзды образуют прямоугольник? - Алёна указывает пальцем, приближаясь совсем близко к Саше, настолько, что у неё аж дыхание перехватывает, - Видишь? - Да, - Трусова боковым зрением видит, что лицо Алёны опасно близко и она просто смотрит в небо, не решаясь повернуться. - От них в разные стороны расходятся ещё звёзды, это Созвездие Стрельца, - Косторная, довольная своей маленькой шалостью, плюхается назад на газон, - А тут ещё где-то планеты можно увидеть, но я не помню какие. - Это НЛО? - Валиева удивленно восклицает, указывая на мигающий и передвигающийся источник света на небе, похожий на звезду. - Это самолет, Ками, - Щербакова мило хихикает, - Вот, смотри, ещё один! Чем дольше они смотрели на небо, тем больше интересных вещей находили. Валиева узнала как выглядит Созвездие Большой Медведицы, как выглядят самолеты ночью и узнала что такое спутники. Щербакова с умилением наблюдала за Ками и рассказывала ей всё, что когда-то вычитала в энциклопедии по астрономии. Кристина изредка переговаривалась с Алёной и Аней, которые лежали по двум сторонам от неё, но в основном она молча смотрела на звездное небо, иногда прикрывая глаза. Алёна выискивала возможности дотронуться, придвинуться ближе или даже нагло уставиться на Сашу. Трусова же была сконцентрирована на том, чтобы спокойно дышать и не засмотреться в ответ, иначе это был бы полный провал. Родители были совсем недалеко и было бы сложно им объяснить почему все смотрели на звёзды, а она пожирала глазами Косторную.

***

- Саш, - Алёна шумно выдыхает, проводя ногтями по спине девушки. Её тело прижато к шкафу в комнате, из которой буквально пару минут назад вышла Кристина, - Саш, не надо, она сейчас вернётся, - Перед глазами пелена и она выгибается, вытягивает шею и переступает с ноги на ногу, пока Трусова бессовестно распускает руки и кусает кожу на её ключицах. За дверью слышатся шаги и Косторная резко отталкивает от себя Сашу и отворачивается, чтобы хоть как-то привести в норму дыхание, сбившееся после случайного порыва страсти. Внизу живота неприятно ноет и накрывает волна раздражения и злости, такой, что хотелось разгромить всё вокруг. Но больше всего хотелось скорее снять это чертово напряжение. Кристина, уже переодевшись в пижаму, разговаривала с Сашей про какую-то семейную поездку, которую планируют их родители. Алёна пропускает все слова мимо ушей, пялится в экран телефона, лишь бы не заметили, что с ней что-то не то. Только вот грудь вздымается так, словно она пробежала стометровку, а перед глазами всё ещё пелена, которая не даёт сфокусировать взгляд. - Алён, ты куда? - Сестра Трусовой отвлекается, когда Косторная резко срывается с места. - Забыла позвонить маме, - Она бросает первое, что пришло в голову, прежде чем захлопнуть за собой дверь. Мысли отрезвляет ледяная вода, когда Косторная несколько раз умывается, рассматривая своё отражение в зеркале. Раскрасневшиеся щёки, ярко-зелёные глаза и опухшие от поцелуя губы. Насколько это будет рискованно, если она насильно затащит Трусову в эту самую ванную комнату, закроет дверь на замок и будет закрывать сама себе рот, лишь бы не издать ни звука. Наверное, чересчур рискованно. Косторная сидит на краю ванны ещё около десяти минут, просто приводя в порядок себя и свои мысли. Достаточное количество времени, чтобы Саша начала переживать, ведь "звонить маме" Алёна пошла, не взяв с собой телефон, который валялся на кровати. Родители, будучи на веселе, даже не обратили внимание на переезд Косторной из одной комнаты в другую, а Кристина не задавала лишних вопросов, скинув это на то, что в спальне Саши больше места, чем в той, где были Ками и Аня. Алёна возвращается в тот момент, когда Кристина уже засыпала на диване, а Трусова сидела на кровати с телефоном в руках. Она даже не сразу заметила Косторную, которая с загадочной улыбкой стояла возле двери. Изначально, Алёнка знала, что Саша ляжет спать с сестрой на кровати, а она на диване, чтобы никаких вопросов со стороны родителей, да и самой Кристины, не возникало. Но, возможность спокойно выспаться, а не слушать храп Ками уже радовала и жаловаться желания не возникало. Косторная кивает в сторону спящей девушки, вопросительно смотря на Трусову, которая, наконец-то, оторвалась от телефона. - Потом расскажу, - Саша тихо усмехается, похлопав ладошкой по кровати рядом с собой, - Давай спать. Щелчок выключателем и комната погружается в темноту, которую нарушал только свет фонаря за окном. В полумраке Алёна стягивает с себя футболку и шорты, выискивая в сумке свою пижаму. Трусова не отводит взгляда, наблюдая за каждым её движением. За тем, как она несколько раз выворачивает пижамную майку в разные стороны, в попытке найти нужную. Цепляется одной ногой за другую, едва удерживая равновесие, пока надевает шорты. И небрежно сваливает свою одежду на кресло, после чего быстро забирается под одеяло, занимая заветную сторону у окна. Косторная не любила спать с краю, всегда стремилась забиться в угол, зарыться в подушки и, чтобы кто-нибудь обнимал крепко-крепко. За окном всё ещё виднелась россыпь звёзд на небе, яркая полная луна и небольшие облака. Идеальная картинка, которой можно полюбоваться, прежде чем заснуть. Алёну отвлекает ладонь, которая опустилась на её живот и поднялась чуть выше, задирая футболку. Она не шелохнулась, только перевела взгляд на Сашу, глаза которой блестели ярче обычного. Трусова притянула её к себе, утыкаясь носом в висок. - Сладких снов, - Оставляет невесомый поцелуй на уголках губ, практически не дыша.

***

Валиева ещё десять минут назад перестала улавливать смысл рассказа Щербаковой, погружаясь в свои мысли и страхи. Аня рассказывала историю с её первого Чемпионата Европы, о том, как они с Сашей несли полную чушь на пресс-конференции, о том, как Алёнка постоянно засыпала в автобусе и сломала стол в номере, где жила. - Да заткнись ты уже, - Щербакова не успевает даже удивиться такому неожиданному высказыванию девушки, как Камила буквально врезается в её губы, заваливая на кровать своим телом. Ладони Валиевой трясутся от страха перед неизвестным, но вполне естественно ложатся на талию Ани, слегка сжимая кожу, покрывшуюся мурашками. Она сильно зажмуривает глаза, стараясь не сбавлять напор и доминируя в этом поцелуе. Щербакова пытается перевернуть их, но лишь удивленно распахивает глаза, когда Ками отстраняется, обеими ладошками упираясь в её плечи, тем самым прижимая спиной к кровати. И как только Аня хочет спросить, всё ли впорядке, Валиева снова целует. Она боится, волнуется и переживает, но мысленно проговаривает все успокаивающие и подбадривающие фразы, которые слышала от Алёны. Она прокручивала этот момент тысячи раз в голове, но вот прямо сейчас, когда Щербакова лежит на кровати, обнимает её за шею и углубляет поцелуй, всё вылетает из головы, кровь приливает и щеки сильно горят. Трясущимися пальцами Камила хватается за край футболки и тянет вверх, глазами проходясь по обнаженной коже Щербаковой. Под светом луны этот момент кажется настолько идеальным, что становится похожим на кадр из какого-то донельзя банального фильма. Но не успевает она вдоволь насладиться этим видом, как с неё самой слетает футболка и Аня тянет её на себя. Горячие губы целуют шею, настолько медленно, что Камила прогибается в спине и вздрагивает всем телом. Она чувствует, что теряет контроль и, кажется, даже не пытается его вернуть. Щербакова плавно, как кошка, выбирается из крепкой хватки и позиции, когда она лопатками была вжата в матрас. Сил на сопротивление не было, поэтому Валиева добровольно сдается, когда её прижимают поясницей к подоконнику. Она сидит на коленях, послушно вытягивает шею и сильно сжимает простынь ладонями, пока Аня засыпает поцелуями её кожу, выискивая самые чувствительные точки. Она вспоминает слова Алёны о том, как сложно сдерживать себя и не издавать ни звука, когда всё тело уже дрожит от прикосновений. Камила притягивает Аню ближе, снова врезаясь в неё поцелуем. Стон выходит сдержанный и едва слышный, прямо в губы. И вся одежда слетает к чертям.