Самые обычные глаза

У тебя самые обычные глаза И твой ебучий красный шарф меня только душит А твоя очень глубокая душа, Оказалась не глубже лужи…

      Кадзуха сидел под деревом, уткнувшись лицом в колени. Он сам настоял на том, чтобы они с Бэй Доу отплыли из Инадзумы как можно быстрее. В конце концов, возможно, ему давно пора было остановиться на жизни в Ли Юэ и найти хорошую работу, которая будет нравится и увлекать.       Но воспоминания не позволяли даже сдвинуться с места. Проходясь больной стрелой по мозгу, они блокировали любые другие мысли, которые пытались успокоить, заглушить родной голос в голове. А может уже не родной…       Кадзуха с улыбкой тянул Скарамуччу по дороге, несмотря на странные взгляды со всех сторон. Его знали многие местные жители, а вот о предвестнике почти никто ничего не знал. А может это и к лучшему. Важно сейчас было то, что он наконец рядом с Каэдэхарой и они могут весело провести время вместе еще и в компании друзей самурая.       Единственный, кто видимо был не рад такому времяпровождению, это Скарамучча, который шёл с раздражённым лицом, почти не шевеля ногами.       — Кадзуха, ну зачем нам туда? Мы могли отлично провести время только вдвоём!       — Скарамуш, они мои друзья и давно хотели с тобой познакомиться.       — Я просил не называть меня так.       — Прости, — Кадзуха виновато улыбнулся, сворачивая с основной улицы. Через пару минут они были уже у чайного дома «Коморэ», около которого собралась смеющаяся над чем-то компания.       Бэй Доу о чём-то весело беседовала с Томой, в то время как Ёимия что-то ярко рассказывала Аяке, активно жестикулируя. В тёмном углу тихо стоял Аято и следил за всем происходящим.       Кадзуха молча подошёл к священной четвёрке, а Скарамучча мрачно прошёл за ним.       — Кадзуха! Наконец-то вы пришли, — Ёимия улыбнулась, схватив друга за обе руки и слегка обнимая за плечо.       — Привет, Кадзуха, — Аяка скромно кивнула ему, распахивая веер, в то время как Тома помахал, а Бэй Доу, как самый близкий друг, поприветствовала в их привычной манере: легонько толкнула кулаком в плечо и потрепала по голове.       — Это Скарамучча, — Каэдэхара мило улыбнулся, указывая рукой на своего парня, который всё больше пытался спрятаться за его спину. На умоляющий взгляд своего парня, он закатил глаза и помахал компании, которая с любопытством разглядывала его.       — Не разу не видела тебя в Инадзуме, — заключила за всех Ёимия.       — Вот и хорошо, — пробурчал предвестник, уткнувшись взглядом в гравированную дорожку. Кадзуха извиняющимся взглядом посмотрел на друзей, а получив недоуменный взгляд Томы, вообще опустил голову вниз.       — Предлагаю перейти на терассу. Мы ждём еще одного человека, но думаю он уже скоро появиться, — неловко улыбнулась Аяка, стараясь сгладить напряжённую атмосферу.       — Конечно, давайте, — Бэй Доу кивнула, начиная как королева шагать к перилам. За ней последовали и остальные.       — Скарамучча, пожалуйста, — прошептал Кадзуха, пока они шли позади всех. Фиолетоволосый равнодушно закатил глаза, на что Каэдэхара грустно вздохнул.       — Смотрите, фейерверк! — Ёимия радостно перегнулась через перила, на пару секунд останавливаясь в воздухе.       — Твоё производство?       — Моё производство, — девушка гордо вернулась на ноги, с воодушевлением наблюдая за красными и синими искрами.       — Надеюсь я не опоздал? — послышался знакомый всем голос откуда-то сзади и, обернувшись, компания увидела Итэра.       — Ты?! — Скарамучча буквально скривился от его вида, закрывая рот рукой на пару секунд. — Что ты здесь делаешь?!       — Тот же вопрос к тебе, — блондин сложил руки на груди, наблюдая за эмоциями предвестника.       — Скарамучча, не надо, — Кадзуха умоляюще сжал чужое запястье, утаскивая его по направлению к выходу с территории чайного дома. Он прекрасно знал историю, когда Итэр победил половину фабрики, где работал его парень. И, хоть Скарамучча уже не работал на Фатуи, это сильно побило его нервы.       — Отпусти меня! — фиолетоволосовый буквально заорал на Каэдэхару, выдергивая свою руку из чужой. — Зачем ты привёл меня сюда?! Ты знал, что он придёт?! Ты это всё сделал специально! — он активно махал руками, и в какой-то момент задел шарф, который Кадзуха всегда носил. — И шарф твой дурацкий уже бесит! — а после, ушёл по одной из улиц Инадзумы, вскоре сворачивая в тень деревьев.       Самурай стоял расстроенный, опустив голову к асфальту. Ему было всё равно, что на него было направлено шесть сожалеющих взглядов.       — Не расстраивайся, Кадзуха. Он плохой человек и не заслуживает тебя, — через минуту молчания тихо подал голос Итэр.       — Отстань! Это всё из-за тебя! — уже в слезах, Каэдэхара убежал в направлении порта, чтобы быстрее покинуть остров.       В тот день он потерял сразу друга и парня. Но, главное, что не потерял Бэй Доу, которая могла составить ему отличную компанию в плавании до Ли Юэ.       Он не пытался найти Скарамуччу, поговорить. Возможно, такой поворот событий был даже лучше для них обоих. На самом деле, конечно, Кадзуха так не думал, но других вариантов не оставалось. Почувствовав что-то холодное, текущее по щеке, он моментально вытер слезу и уткнулся носом в шарф.       Шарф. Возможно, если бы его не задело замечание предвестника на счёт шарфа, они бы сейчас были на этом же месте, но вместе. Предмет одежды принадлежал другу Каэдэхары, который погиб в следствии охоты на глаза Бога. Это оставалось памятью о хороших временах, когда беловолосый еще не задумывался о каждом своём действии и мог спокойно жить в Инадзуме, не чувствуя рвения уплыть.       Он думал, что это чувство вернётся с появлением Скарамуччи. И оно вернулось, но, как оказалось ненадолго, что тоже сильно расстраивало.       Из раздумий его выдернуло еле слышное шуршание листвы и опустившаяся на плечо рука.       — Мы можем поговорить перед тем, как ты уплывешь? — голос Скарамуччи казался необыкновенно тёплым и в нём мелькала надежда.       — О чём? — Кадзуха грустно выдохнул, оборачиваясь и вглядываясь в равнодушное на первый взгляд лицо. — Мы уже прошли тот этап, когда слова могли что-то изменить.       — Ты должен понимать, что на тот момент я очень разозлился и был не в силах контролировать себя.       — Ты постоянно злой, это твоя натура, — после этих слов лицо предвестника приобрело оттенок разочарования и грусти, а Каэдэхара продолжил. — Меня не волновало, что ты оттолкнул меня, устроил шоу для друзей и оклеветал, — голос дрогнул, а рука нервно сжала ткань на шее. — Ты оскорбил мои воспоминания о друге, ради которого я продолжал жить все эти годы.       — Кадзуха, я не знал — это во первых. Во-вторых, я правда не думаю, что твой шарф ужасен, — Скарамучча отвёл взгляд, будто каждое слово давалось ему с болью. Хотя, возможно это и было так, ведь такая манера общения не входила в его обыкновение.       — Да что ты? Не стесняйся, продолжай, наверное и волосы у меня раздражающего цвета, и глаза некрасивые, — на глаза навернулись слезы, а сам Кадзуха всматривался в лицо фиолетоволосого, будто пытаясь найти там ответ.       — У тебя самые красивые глаза в этом гребанном мире, — предвестник упал на траву рядом с ним, аккуратно обнимая и наблюдая как голова Каэдэхары опускается на его плечо. — А волосы прекрасного цвета, мне нравятся.       — Правда? — Кадзуха поднял на него затуманенный взгляд, грустно улыбнувшись.       — Честное слово. Ты думаешь, я бы сейчас был здесь, если бы это было не так? — он мягко улыбнулся, что больше было похоже на оскал.       Самурай кивнул, вытирая слезы, но головы с чужого плеча не поднимая.       — Ты уплывешь? — спросил через какое-то время Скарамучча.       — Да. Мне нужно немного отдохнуть от Инадзумы, но благодаря твоему приходу, я, скорее всего, вернусь.       — Очень на это надеюсь, — предвестник теперь уже искренне кивнул, за подбородок притягивая беловолосого к себе для успокаивающего поцелуя.       — Тогда, до встречи? — уже более радостно улыбнулся Кадзуха, когда они отстранились.       — До скорой встречи, — кивнул Скарамучча, выпуская парня из своих объятий.

У тебя самые красивые глаза И твой ебучий красный шарф совсем не ебучий Твоя не очень-то глубокая душа Неверное была самой лучшей…