История повторяется?

Стоя на месте и вопросительно моргая серыми глазами, девушка смотрит на пришедшего к ней в прачечную воспитателя, что так же удивлённо разглядывал охранницу, явно не ожидая узреть её в таком виде. Осознав, что Мун без доли смущения смотрит прямо на неё, Мия залилась румянцем и забившись в чуть ли не самый дальний угол помещения, пыталась хоть как-то прикрыться руками. — О как... – губы лунного растянулись в хитрой ухмылке, не сложно было понять, что тот опять что-то задумал. – Так ты всё таки девушка?.. — Что? – в непонимании изогнула бровь Мия, на что аниматроник кратко посмеялся и чуть пригнувшись, зашёл в прачечную, после прикрыв за собой дверь и повернул ручку, от чего послышался тихий щелчок закрывания. Медленно подойдя к сероглазой практически вплотную, воспитатель навис над ней, сверкая алым светом собственных глаз. — Твоё поведение не соответствует хорошей девочке, милая, поэтому у меня проскакивала мысль... – очевидно дразнясь, высказывался он, наблюдая, как меняются эмоции на лице собеседницы по степени понимания его слов. — О том, что я парень?! – возмущённо выкрикнула Мия, завершая его реплику. Мун не ответил, лишь прищурил глаза, не переставая нагло улыбаться. Не имея желания выслушивать его подколы, девушка хотела отойти от него, желательно, чем дальше — тем лучше, но резко поставленные на столик позади неё железные руки заставили вздрогнуть и остановиться, буквально окружая и не давая уйти. Мия, всё ещё держа руки на уровне своей груди в попытках прикрыться от столь проницательного взгляда, с недовольством уставилась на Луну. – И где ты вообще пропадал? Не поверю, что в Детсаде сидел. Опять следил за мной? —Ох, звёздочка... Ты волнуешься за меня? – склонил голову воспитатель. – Плановый техосмотр, всего-то. Знаешь, это так утомляет... Те же процедуры, те же тесты на работоспособность... – метая взгляд влево и вправо, перечислял Мундроп и закончив, снова посмотрел на девушку и одной рукой подняв её лицо за подбородок, спросил: — А ты что здесь делаешь? Да ещё и в таком неприличном виде... Бездельничаешь в рабочий час? — Ещё чего! – вспылила та, пытаясь вырваться, но её челюсть достаточно крепко сжали и лишние движения грозили не серьёзной, но не самой приятной травмой. – Тупой бот напугал меня до смерти, я из-за него кофе на себя пролила! Моя рубашка... – она взглядом указала на всё ещё работающую стиральную машину, заставляя Муна чуть обернуться и тоже посмотреть на неё. Повернувшись обратно к Мие, он как-то наигранно скорчил жалостливую гримасу, еле заметно изогнув брови. — Бедная девочка... У тебя, должно быть, остался ожог. Дай посмотрю. — Э-э-э, нет, не стоит, никакого ожога нет. Мун, ты что?! – невольно повысила голос светловолосая, когда цепкие руки воспитателя ухватились за её запястья, разводя их в стороны и открывая для себя столь желанный вид, от которого тот вновь широко улыбнулся, любуясь пристыженной девушкой, что отчаянно пыталась освободить свои руки. От таких действий бубенчики на шелковых лентах у запястий аниматроника тихонечко позванивали, но должного внимания никто из них на это не обращал. Мундроп просто продолжал смотреть, буквально прожигая тело охранницы столь наглым и поглощающим взглядом и, кажется, совершенно не моргая. Мия не была обладательницей невероятно красивого и привлекательного тела, для своего возраста и роста она была немного худощавой, да и пышной груди, как большинство девушек её возраста, не имела, что отчасти, было причиной некоторых её комплексов и боязни особой близости с кем-то. Она будто не хотела снова быть разочарованием, даже в таком плане. Однако, глядя на подозрительно довольное лицо Луны, можно было сказать, что видом он был более, чем доволен. По старинке перехватив руки Мии своей одной, воспитатель, бережно проведя пальцами свободной руки по выступающим ключицам и шее, прогоняя толпу мурашек по телу скромной девушки, он, приподняв её голову, как бы заставляя посмотреть на него, нетерпеливо прильнул к ней, целуя. Мия пыталась сопротивляться, вырываться, отстраняться от него, но аниматроник был гораздо сильнее физически и попросту сам управлял ситуацией. Долго сопротивляться у девушки не получилось: уже тёплые железные руки, отпустив её тонкие запястья, будто зная, что она не сбежит, неспешно бегали по телу, от чего то постоянно мелко вздрагивало, пытаясь привыкнуть в новым ощущениям. Сейчас Мия хотела просто помереть со стыда, она мало того, что прекратила сопротивления, так и сама того не осознавая, стала отвечать на поцелуй, неумело и крайне робко, но воспитатель всё равно был немного удивлён и, возможно, даже рад, мысленно ликуя. Вдоволь наигравшись с губами девушки, обцеловав и несильно, дабы не покалечить, покусав, Мун придвинулся ближе, настолько, насколько можно было. Когда расстояния между ними практически не осталось, сероглазая, ощущая, как рука воспитателя копошилась в её волосах, перебирая и наматывая на пальцы короткие пряди, почувствовала, как что-то упирается в районе её бёдер. Пытаясь не думать о всяких глупостях, Мия убеждала себя, что из-за стойки Луны это была его нога или бедро, но хриплый хохот над головой напрягал, будто намекая на обратное. "Нет, это глупо и нелогично. Не может же у него быть..." – раздумывала девушка, слыша неустанное сиплое хихиканье и ощущая, как блуждают чужие руки по телу, наглея всё больше и больше с каждой секундой. — Я знаю, о чём ты думаешь, звёздочка... – полушепотом произнёс Мундроп и она в этаком шоке взглянула прямо в его алые глаза, мерцающие во тьме. – Как тебе моя модификация? — М-модификация?.. – до последнего отказываясь верить в свои догадки и его намёки, пролепетала девушка. Ну да, он был на техосмотре, его просто проверили и всё. Для чего кому-то из механиков нужно было приделывать ему этот "инструмент"? Да и с какой, собственно, целью? Он же робот-воспитатель, работающий с детьми, зачем ему... "Дэйв!" – подобно вспышке, промелькнула догадка в её голове, расставляя всё по полочкам. – "Ублюдок Дэйв! Неужто он не шутил? Я прибью этого извращенца!" От столь злобных мыслях и планах о мести противному механику Мию отвлекло не громкое рычание прямо над ухом, прогоняя новую волну мурашек, давая понять, насколько решительно настроен воспитатель, что не могло не пугать. Медленно прильнул к ключицам смирно стоящей девушки, Мун не сдержался и укусил её, выбив тихий вскрик. Держать себя в руках становилось крайне сложно, может, поэтому он и перестарался и теперь на бледноватой коже красовался не большой укус, из которого тоненькой струйкой текла кровь и Луна, заметив это, бережно её вытер. Мия не понимала, что на него нашло, ведь раньше он себе такого не позволял. Ну, может и позволял, но не в такой манере. Хотя, кто знает, как долго он ждал подобного момента. — Звёздочка, ты такая застенчивая... – подметил Мун, замечая, как охранница пыталась отвернуться от него, не сильно толкаясь руками. – Такая невинная... Это умиляет. Краснея от его слов всё больше и больше, Мия не переставала извиваться в хватке воспитателя, что так настырно желал пройтись руками по чуть выступающему позвонку и рёбрам, плоскому животу, ключицам и шее, даже смея задевать светлых оттенков бюстгальтер, через него выводя узоры и линии по маленькой груди. Он видел её такой слабой и хрупкой, хотя прекрасно знал, что при желании эта девчонка может без капли страха зарядить кулаком или ногой во что нибудь или в кого нибудь. Не факт, что получится сильно, но её это не смутит, если понадобится — добавит. Удивляясь, как при таких нравах и характере на её теле не осталось каких либо шрамов или рубцов, ведь тут и говорить не нужно о её участии в драках или чём-то подобном, Мундроп опустил руку на пояс её брюк, ища пряжку ремня. В попытках его расстегнуть воспитатель получил несильную пощёчину, резко убрав руку, прислоняя к лицу. С учётом того, что у него имеются и тактильные датчики, он почувствовал слабую, глухую боль, но та быстро прошла, роззадорив пуще прежнего. Подхватив девушку за бёдра и чуть подкинув, он усадил её на столик позади, роняя на пол бутылочки с какими-то средствами. Мия испуганно зыркнула на аниматроника и попыталась встать, но следующие движения немного опрокинули её назад, раздвигая ноги, между которыми встал сверкающий красными огоньками глаз Луна, наблюдая за реакцией светловолосой на такое. Та не успокаивалась и стараясь ударить наглеца ногой, почти попала, но он, ловко устранив её атаку, чуть навалился сверху, в некотором роде ограничивая движения. — Расслабься, звёздочка... – сжав длинные пальцы на её ляжке, проскрежетал воспитатель. — Уйди! Не смей меня трогать! — Но тебе ведь нравится... – проведя второй рукой по рёбрам и остановившись на груди, не крепко сжимая, протянул он, любуясь попытками девушки скрыть смущение и факт его правоты. – Конечно нравится... Неужели такую славную девчонку никто никогда не трогал? Скажи честно, ты часто думаешь о чём-то подобном... — Н-не правда... – упираясь руками о края стола, дабы не упасть, шептала она, тяжело дыша и пытаясь не застонать, но получалось не очень: под ласками Муна девушка невольно издавала смешные, похожие на писк звуки, а потом и вовсе начала кратко постанывать, испытывая невероятный стыд на всё происходящее. — Можешь не сдерживаться, милая. – посмеялся Мундроп, не желая оставлять её в покое. – Твоё тело дрожит от любого касания, даже самого слабого... Ты правда такая чувствительная? — Захлопнись. – практически прошипела Мия, слыша, как часто теперь стучит её сердце. От волнения, страха и ещё чего-то — точно не скажешь, но он, казалось, тоже это слышал, чувствовал, не прекращая исследовать тело под собой. — Ну что за манеры... – неодобрительно покачал головой воспитатель. – Я ведь не заставляю тебя молчать. Мне нравится слышать твой голос, особенно — твои стоны. Давай... – одна его рука легла девушке на шею, а другая, чуть надавливая, пальцами провела идеально ровную линию по её интимному месту, сбивая дыхание в край. –...теперь тебе снова придётся заслужить моё прощение. Своим голосом. Вечно бы слушал... Казалось, столь сладостная пытка никогда не закончится, Луна всю ночь будет нависать над ней, выбивая тихие и не очень стоны своими действиями, хрипло смеясь и шепча всякие пошлости, лишь повышая градус для них обоих. И кто знает, как бы всё это закончилось, но Мун, приметив блеск слёз в серых глазах напротив, остановил свои манипуляции, вопросительно смотря в лицо девушки. Мия старалась быть тихой, но последние минуты окончательно её довели, кроме обожаемых Луной стонов, она начала издавать еле слышные всхлипывания, плавно переходящие в плач. — Милая, ну что за слёзы... – большим пальцем утирал мокрые дорожки на щеках девушки воспитатель, но та всё не успокаивалась, прикрывая руками лицо, дабы он не видел её такой. – Скажи честно. Ты боишься меня или моих прикосновений? — В... Второе... – выдавила из себя Мия и, по сути, не соврала. Мундропа она и вправду не боялась, он скорее, раздражал, совсем немного, страшнее было от касаний, принадлежащим кому-то постороннему. Может, Мия и была довольно таки тактильным человеком, но этакая боязнь чужих прикосновений, с абсолютно любыми намерениями из прошлого всё таки была, хотя она пыталась избавиться от неё, забыть раз и навсегда. Перебив воспоминания сероглазой о болезненных былых днях, что никак не отпускали, Луна снова приблизился к ней. — Мун?.. — Не бойся, просто расслабься. Я не возьму тебя здесь и сейчас, если ты этого не хочешь... – спокойно прошептал он, мягко выцеловывая шею девушки, не забыв об укусе на ключице, почти не ощутимо касаясь его губами, как бы извиняясь. Тёплые металлические руки перестали откровенно её лапать, вместо этого просто выводя кончиками пальцев вычурные узоры на теле, без капли былых приставаний, это, скорее, действительно расслабляло. Забавно, что Мия больше не стыдилась своего вида так сильно, всё таки, он и так насмотреться успел. Плач прекратился, его заменили глубокие вздохи от этаких нежностей. Воспитатель всё делал максимально осторожно, будто и вправду сдерживал себя и свои силы, буквально боясь сломать хрупкое тельце, как-то непоправимо навредить ей. Всё таки он грамотно расценивал свои силы, понимая, что при желании был способен без труда выломать крепкую дверь, к примеру. Или даже убить, с его физическими способностями это было бы совсем не сложно. Но делать подобного Мундроп не станет. По крайней мере, с ней. Просто расцелует чуть дрожащее тело, куда было позволительно, что он, собственно, и делал. — Вот так хорошо? – мягко улыбаясь, воспитатель приложил ладонь к лицу Мии и та слабо кивнула. Сейчас и вправду было лучше, он стал нежнее и не был таким напористым, даже её состоянием интересовался. Сероглазая удивлялась тому, как умело Мун может управлять эмоциями других: довести до истерики или же напротив — успокоить, вытаскивая из холодных и пугающих пут тревожности. Его личные умения или опыт работы воспитателем — что-то, да сыграло роль. Получив кивок в знак положительного ответа, Луна кратко погладил светлые волосы, прядками спадающие на глаза девушки и наконец, отодвинулся о неё, помогая выровняться и спуститься со стола на пол. Всё ещё испытывая некую неловкость, Мия поспешно отошла от ночного воспитателя и уселась на лавочку напротив стиральной машины, что до сих пор усердно вращала барабан, время от времени подозрительно постукивая, всё таки, она была далеко не новой. И когда возле неё присел Луна, ненавязчиво обвив рукой и чуть прижав к себе, девушка даже не отреагировала. Каждый раз, когда он лез к ней норовя прикоснуться, обнять или подразнить руками, Мия почему-то узнавала в нём себя. Был ли аниматроник таким же любителем тактильного контакта в любом его проявлении или ему попросту не хватало внимания и он выражал это подобным образом? Второе звучало отчасти абсурдно, но вспоминая его слова о том, что дети любят Солнышко, но в то же время ненавидят его, Мия переставала думать об этом, как о глупости. — А ведь мы должны были сегодня в бласт пойти. – внезапно напомнил Мун, своим скрипучим голосом взбадривая сонную охранницу, что практически лежит на нём, пытаясь не уснуть в таком положении. — Мы? — Да. Как-то не хочется тебя одну отпускать. Заблудишься ещё... – посмеялся он, на что сероглазая недовольно хмыкнула, понимая, что он снова за своё, не дразнить её Луна не мог. Будто так и хотел получить по носу. Несколько последующих минут они просидели молча, Мия, не имея больше сил держаться, стала потихоньку засыпать, полностью упираясь об Муна. Тот не стал её тревожить, решив, что пусть немного подремает, когда рубашка постирается — тогда и разбудит, а сейчас он просто разглядывал уже расслабленное девичье лицо, думая о своём и улыбаясь. Однако такой покой продлился не долго: внезапный грохот из коридора заставил девушку тут же подскочить, прогоняя остатки сна, да и Мундроп отреагировал, резко повернув голову к двери. Мия испуганно уставилась на дверной проём, потом на воспитателя и снова на дверь. — Что это было? – негромко спросила она, боясь, что кроме Луны её ещё кто-то услышит. Тот лишь пожал плечами, показывая, что и сам не знает и Мия встала, решив проверить. Осторожно, практически на цыпочках подойдя к двери, она медленно открыла её, но не полностью, создав только небольшую щель, через которую можно было взглянуть на источник грохота. К её удивлению, им оказался другой аниматроник. Размахивая длинным железным хвостом и раздражённо рыча, он громил, всё попадалось под руки: переворачивал полки, опрокидывал большие ящики, что до этого аккуратно стояли около стен, царапал и бил сами стены и чуть не разломал проезжающего мимо бота-охранника, но тот ускорился и сумел избежать столь печальной участи, аллигатор только гаркнул на него и продолжил всё ломать. От такого зрелища Мия совсем растерялась и повернувшись к удивлённому Луне, залепетала: – Ох, проблемы, проблемы... Монти вышел из своей комнаты! Он там всё громит! Мне нужно отвести его обратно, но я не могу выйти отсюда в таком виде! – она замахала руками, имея ввиду отсутствие верхней одежды на себе. – Что делать... Что делать... — Одолжить тебе мою? – хитро улыбнулся Мун, двумя пальцами немного оттянув ткань своей блузы, указывая на неё. — Что? Нет уж! Ещё чего не хватало. – запротестовала девушка, но воспитатель её не слушал. Он неспеша расстегнул пуговицы и снял с себя элемент одежды, на его руках остались только ленточки с бубенчиками, а на шее — скромный воротник, скрывающий границу перехода от не настоящей кожи на лице и шее до последующего металлического тела, подвижный двухцветный торс под стать рубашке был полностью открыт и сероглазая немного смутилась. — Возьми. – подойдя, Луна протянул ей блузу, но Мия не стала её брать, отворачиваясь, как ребёнок, которому пытаются втюхать что-то не желанное. – Давай, одевайся. Я подожду тебя здесь. — Не буду. — Будешь. – игнорируя мотания головой, а после и сопротивления, Мундроп силой нацепил на девушку свою рубашку, ехидно хихикая. – Если не успокоишь рептилию — он тут всё разнесёт. Ну же, храбрая смотрительница порядка, настал твой звёздный час. Злобно фыркнув, Мия понимала, что он дело говорит, утихомирить Монти сейчас было её главной задачей, ведь иначе он может чего поинтереснее натворить в убыток плексу и у неё могут быть проблемы с начальством. Девушка, опустив голову, осмотрела себя. Рубашка Луны была на неё, мягко говоря, великовата и доставала где-то до середины ляжек, полностью прикрывая бедра и ягодицы, руки сероглазой потерялись в длинных рукавах, из-за чего их пришлось закатать. Пока охранница поспешно застёгивала пуговицы, желая побыстрее разобраться с бешеным аниматроником и вернуть рубашку Муну, тот, приложив руку к подбородку, внимательно разглядывал девушку, как бы оценивая. — Как же тебе идёт, звёздочка... – широко ухмыльнувшись, подметил воспитатель. — Не смешно. – сейчас она не совсем понимала, говорил Луна это по правде или опять шутил и дразнил, но осознавая, насколько нелепо может выглядеть со стороны, предпочитала второй вариант. Шумно вздохнув, дабы унять волнение, Мия развернулась и открыв дверь настежь, ровной походкой направилась в аниматронику. Тот, кажется, совсем не замечал присутствия охранницы в паре метров от себя и ей пришлось громко крикнуть, лишь бы её голос был слышен среди грохота и рычания аллигатора. – Монти, прекрати! Он резко остановился и повернул голову, смотря на девушку. Очки аниматроника немного сползли и девушка могла видеть, как глаза с красными линзами бегали по ней, словно пытаясь идентифицировать её личность. "Хоть бы он не принял меня за Муна из-за рубашки." – испуганно подумала Мия, опасаясь, что так и будет. Она понятия не имела, как к воспитателю относятся аниматроники из четвёрки и боялась, что Монти взбесится и нападёт на неё. Он выглядел довольно таки грозно и сероглазая была бы рада убежать от него, но понимая, что контролирование аниматроников по ночам входит в её обязанности, продолжала стоять на месте, выжидая непонятно чего. — Охранница Мия. – выдал аллигатор и у неё как от сердца отлегло. Узнал — уже хорошо. – Я... Э... — Что ты тут делаешь? Разве ты не должен быть в своей комнате в такое время? – светя фонариком на аниматроника, грозно произнесла девушка и Монти начал бегать глазами по сторонам, избегая прямого зрительного контакта с работницей. – Ладно, не важно. Пойдём, я отведу тебя назад. Как ты вообще вышел? — Я выломал дверь. – сразу признался Монти и сероглазая, в изумлении подняв брови, взглянула на него. А ведь она давно этого боялась. И как его отводить назад, если комната без двери? Мия тяжело вздохнула. Не смена, а сборник сюрпризов какой-то. Теперь придётся звонить кому нибудь из персонала, скорее всего, механикам, пусть те починят дверь, а гитариста придётся куда-то деть на это время. Он послушно шёл за ней и когда они добрались до огромных размеров закулисья сцены, заваленного старыми музыкальными инструментами, коробками и прочим всевозможным хламом, девушка, стараясь быть как можно серьёзнее, обратилась к Монти, указывая рукой на помещение. – Подожди меня здесь. Можешь поиграть на тех инструментах, только не вздумай ничего ломать! Это понятно? — Да, Мия. – кивнул аниматроник и прошёл в закулисье, мотая головой по сторонам, как бы думая, чем, кроме разрушений, можно ещё себя занять. Удостоверившись, что Монти всё понял, девушка рванула с места, спеша побыстрее добраться до офиса, дабы позвонить кому-то из механиков.