Смачный Соус Парк

Так как Эрику не сказали где похоронили Кайла, он сам решил провести некое расследование. Ему удалось узнать, что труп Кайла зарыт рядом с могилой его бабушки, а ещё он узнал, что примерно в двух-трёх плит от могилы старухи, находится старая могилка Кенни. Поэтому Картман будет ориентироваться по ней. На кладбище страшно, но ещё страшнее быть одному. Стэн практически перестал контактировать с внешним миром, и поэтому куда-то исчез. Кенни снова умер, поэтому воскреснет ещё не скоро. Но, а идти на кладбище с Баттерсом — себе дороже, не хочется снова вляпаться в неожиданные приключения на ровном месте, где одного обязательно накажут. Картману всего лишь нужно выкопать труп еврея. Картман взял лопату и решил пойти один. По пути он встретил Пипа... Ну как "по пути", ну как "встретил"...Картман приперся к нему домой и практически за бантик потащил с собой. — К-Картман, прошу, отпусти меня! Куда мы направляемся? — после половины безмолвного пути, Пип всё же набрался смелости, чтобы спросить. — Заткнись, француз! Мы идём выкапывать труп моего друга. — отрезал Картман. — На! Тащи лопату. Картман насильно впихнул ему лопату и направился вперёд. Пипу пришлось её взять, и он тоже пошёл за ним с грустным взглядом. — Послушай, Картман, не думаю, что Кайлу было бы приятно, если бы его труп начали выкапывать... — Ты то откуда знаешь? Мне плевать как или что ему приятно, я просто хочу посмотреть на его наглую еврейскую рожу, из-за которой меня считают убийцей даже родная мать! — Хорошо, хорошо... А почему ты пошёл именно, ну... Со мной? — как-то замялся Пип. — Да потому что у тебя родители сдохли! Не понятно что ли? Да и тем более, ты сто проц шаришь за всю эту похоронную движуху. — Нет, Картман, ты ошибаешься. То есть да, мои родители умерли, но я совсем не разбираюсь... — Всем плевать, Пип. Следующий путь мальчики шли молча. Филиппу было неприятно находиться с Эриком, как бы сильно он не желал уйти, ему приходилось тащить на себе громоздкую лопату. Мальчики пришли на это полуразрушенное,заброшенное кладбище Саус Парка. Вдруг повеял холодный ветер и голые деревья качнули своими сухими ветками. — Послушай, Картман, пока не поздно, не совершай ошибку! Пожалуйста, откажись от этой идеи и пошли домой. — умоляюще говорил Филипп. — Кайл умер, ты с этим уже ничего не сделаешь! Картман молча выхватил лопату с его рук. — Пошли, Пип. — твёрдо сказал он. После двух часов мальчики смогли отыскать могилу Кенни, старухи и, самое важное, Кайла. — Копай! — приказал Эрик и вонзил лопату в сырую могильную землю, глядя на Филиппа. Сам отошёл за могильную оградку. Филиппу пришлось прогнуться под ним. Он неловко взял черенок и слабыми неумелыми действиями принялся выкапывать могилу. Он осуждал каждое своё действие и чувствовал ужасающее давление со стороны одноклассника. — Я не могу... — решил Пип. — Можешь! Давай, ебаный француз, у нас мало времени! — Я не француз! Прошу перестать меня так называть! — Пип не стерпел и отбросил лопату в сторону. — Я так же как и ты, ненавижу французов! Картман, пожалуйста заметь — это надругательство над умершим, я не стану выкапывать труп того, кого ты сам убил! Эрик охуел. Пип продолжал: — Если ты продолжишь заниматься подобным, я обращусь в полицию! — Твою мать! Да пошёл ты! — Картман недовольно принялся размахивать руками, схватил Пипа за шиворот и практически откинул от могилы еврея. Филипп начал противостоять и подобрал лопату с земли, и держа Картмана на расстоянии, медленно отходил от него и могилы. — Верни лопату, ебаный чёрт! — Не унимался Картман и пытался её забрать или выхватить — Ни за что! Я не позволю тебе это сделать! — Филипп размахивал лопатой, чтобы она не досталась Эрику. — Тогда проваливай отсюда! — Картман взял горсть могильной земли и бросил её в Филиппа. Пип прикрыл глаза и чуть не оступился. — Я останусь здесь. Я не дам выкопать тебе труп Кайла Брофловски только потому, что уважаю его! —Да пошёл ты, еврейская подстилка! Картман решительно упал на колени и принялся интенсивными движениями выкапывать могилу еврея. Сырая грязь собиралась под ногтями, пачкала красную куртку и его лицо, пальцы немели от холода и влажности. — Перестань... — Филипп подошёл к Эрику и пытался оттащить его от этого бесполезного дела. Из-за огромного веса Эрика, Пип не удержался и больно плюхнулся на пятую точку. Картман даже не почувствовал его. — Картман, зачем тебе надо его выкапывать? Перестань! Эрик не сбивая темпа, отбрасывал землю во всё стороны. — Картман, зачем ты его выкапываешь? — Пип попытался встать, корчась от боли. — Пожалуйста, успокойся! Картман вырыл достаточно глубокую яму. — Картман! Пожалуйста, скажи! — Да потому что я не простился с ним! Он умер из-за того что отсосал мои яйца! Я не хотел! Я правда не хотел чтобы всё так получилось! — истерические нотки голоса пробивались из его глотки, — Я думал, что просто напугаю его стволом и отпущу! Но он принялся сосать мои яйца только потому, что подумал, что я правда выстрелю в него! — ком начал подкрадываться к его горлу и к глазам начали подступать солёные слезы. — Из-за... Из-за этого ебаного еврея меня ненавидит весь Саус Парк! Все считают меня убийцей! Пацаны практически не разговаривают со мной, а мать обращается со мной как с ебаным пиздюком, насравшем в штаны! Мееееееееее... — он упал мордой в землю. Пип был в ахуе, но прямо сейчас он наблюдал раскаяние всеми ненавистного жирного ублюдка. — Я... Я достану его из под земли! Я заставлю его страдать, к-как страдаю я сейчас! Я его оживлю и снова заставлю его снова сосать мои яйца! И.. и всё будет хорошо! Меееее...— Картман пытался приподняться. — Я снова хочу смотреть ему в глаза и говорить какой он мерзкий еврей! Я хочу снова тыкать в него пальцем и... И говорить что у евреев нет чувства ритма! А ещё! А ещё называть его мать жирной сукооооооой! Меееееееее... Мне так плохо! — Слезы Картмана тяжёлым грузом падали на могильную землю. Пип не знал что говорить, многое казалось ему аморальным из слов Картмана, но он пытался как-то понять этого толстого мальчика. Он немного привстал и совсем не заметно подошёл к нему на четвереньках. Он начал с опаской хлопать его по плечу, чтобы успокоить. — Мееееееее! Меееееееее! Я не желал ему смерти! Я просто хотел по... По...поиздеваться! Меееее! — Картман резко уткнулся своим заплаканным лицом в грудь Пипа, который явно не ожидал этого. — Почему он умер? Почему он умер?? Я ему не сказал что... Что... Меее... Филипп обнял Эрика. Его истошные крики разрывали ему душу, потому что он прекрасно понимал каково это — потерять дорогого человека. Следующие минуты Филипп пытался говорить какие-то слова поддержки, которые ему не доставались тогда, когда он также сидел над могилой своих родителей и не верил в происходящее. Он даже сам заплакал от этой ситуации. — Блять, руки убери. — Картман вдруг поднял свою голову и отрицательно посмотрел на Пипа. Мальчики встали. Образовалась неловкая тишина. Пип быстро вытер свои накатившееся слёзки и отвернулся от Эрика. Картман подошёл и поднял лопату. — Забудь что здесь было и проваливай. — твёрдо сказал Картман и принялся выкапывать могилу Кайла. — Разболтаешь кому-то — убью. Вдруг Филиппу показалось, что всё было бесполезно, и теперь возможности противостоять Картману нет. Он не решался уходить, а только всё больше уходил в тоску с каждой новой ямой в могиле. Всё таки он не достаточно смел, чтобы как Кайл, смело покрывать Картмана трёхэтажным матом и ставить того на место... Пип ходил около могилки и собирал искусственные цветы, которые принадлежали Кайлу. Он убирал с них грязь и клал в сторонку. Картман почти выкопал. Остриём лопаты он постучал по гробу. Через 20 минут Эрик и Филипп корячились и вытаскивали тяжеленный гроб. — Блять! Точно здесь же гвозди! — Вдруг сказал Эрик. — Да, но приглядись, здесь их нет... — заметил уставший Филипп. Мальчики свободно открыли крышку гроба... Трупа там не оказалось. На дне лежала какая-то старая кукла, из которой торчали нитки и булавки. Картман взял её в руки.