Долгожданный отдых

Мы летим на пташке Николая, за окнами Индия, а в мозгах раздор, рядом сидит сержант Пол Джексон. Который по идее уже как несколько лет, числится как "убитый во время действий", сидит парень, смеётся, а ведь по нему не скажешь, что он буквально несколько часов назад, до смерти избил человека, под командованием которого раньше он был. Вертолёт садится, я переглядываюсь с Прайсом и мы выходим, перед тем как мы взлетели, Гоуст связался со мной и сквозь смех спрашивал меня обо всём подряд. Мы проходим сквозь многочисленные дома лоялистов, многие из них не выглядят как место поселения "террористов" как нас назвали СМИ и весь мир, всё довольно таки, хорошо, можно даже сказать богато, похоже что наши союзники очень хорошо спонсируют и нас, и лоялистов. Мы заходим в большой дом, там, под несколькими тюлями сидит довольный Гоуст и жрёт мандарины. —Капитан МакТавиш, не хотите мандаринку? -едва сдерживая смех говорил Гоуст, протягивая в мою сторону, очищенный мандарин. Прайс посмотрел на меня и начал ржать, настолько сильно он ржал, что у него даже слёзы пошли и упала его панама. —Ой бля, не могу, вы меня убиваете парни. -сказал Прайс, почти что задыхаясь со смеху Один я, стоял и искренне нихуя не понимал. Джексон облил мне руки водой, после чего налил мне фиолетовой жидкости под бронежилет. —Это ещё что-за херня! -крикнул я, чувствуя, как жидкость стекает по моему пузу. —Что-то вроде аптечки, разработанной нашими союзниками, организацией Ивентов. -сказал Джексон серьёзным лицом. Организация Ивентов, во время одной из наших миссий, послала к нам своих "людей", людьми среди них было только двое и ещё один скелет..., они спасли наши жопы, после чего мы ведём с ними переговоры и они оказывают нам подмогу. Лично ни одного из членов этой организации мы не встречали, в основном их людей, за исключением скелета с проломлённым черепом, по имени Хоррор. Мышцы болевшие от постоянного напряжения, головная боль от свиста пуль, разорванные ткани моего тела, которые я не замечал из-за постоянной нехватки времени, всё это начало мигом заживать, после того как фиолетовая жидкость впиталась в кожу, даже поломанный бронежилет и треснутые в некоторых местах ребра. Абсолютно всё зажило, не оставив не единой царапины, а вся грязь пропала, словно её и не было. —Ну и что это за пиздец вокруг? -спросил я. —Это Капитан, подарки организации, они прислали ящик ампул с этой фиолетовой жижей, кучу бабла и многого другого... кстати... МакТавиш, ты пробовал баурсаки? -говорил Гоуст принимая расслабленную позу, после чего он потянулся в ящик позади него. Он вытащил набухшую к середине квадратную булочку, пропитанную маслом. —Личный подарок от лидера организации, его родина Казахстан и эта выпечка оттуда же, попробуй, не пожалеешь. -сказал Гоуст и бросил "баурсак" мне. Я поймал этот промасленный комок теста и положил его в рот, мягко... по краям чуть твёрже, приятный вкус, несмотря на большое количества подсолнечного масла, который придавал солоноватый вкус. Я немного поморщился, пытаясь распробовать эту выпечку, попутно вспоминая, как мы залезая с Роучем в гору, слышали кричащих местных, которые жили в посёлке городского типа, они бросали в нас белые камешки, один из которых залетел Роучу в рот, оказалось что эти "белые камни" были сделаны из настоявшегося молока лошади, ага, лошади. Но то как Роуч описывал этот камень, по его словам это было очень вкусно. После поедания баурсака я чувствовал себя примерно так же, как свои чувства описывал Роуч. —Гоуст, а лидер этой организации случаем не присылал изделия из затвердевшего молока, они ещё как камни выглядят, белые такие. -сказал я Гоусту, ожидая его ответа. Он потянулся к ещё одному ящику и вытащил таки эти белые камни. —Ты про курт что ли? Вот, на здоровье. -сказал он и бросил этот... курт. Я поймал его ртом, по горлу разошёлся приятный кисловатый вкус. Я уже не стоял у порога, я блаженно лежал на одном из ковров. Прайс где-то вдалеке так же угощался подарками, я словно маленький ребёнок, сосал курт засыпая на тёплом ковре. —Надо будет как-нибудь ещё раз съёздить, в этот ваш, Казахстан. -сказал я, смыкая глаза. Усталости не было, но спать хотелось невыносимо. —Поддерживаю. -сказали в унисон Прайс, Гоуст и Джексон.