За что?

Бакуго делает свой выбор. Да, он герой, который обязан защищать граждан и общество от разного рода опасностей. Да, он обязан ловить преступников. Да, он много чего должен делать для других... Однако расшатывать нынешнее положение, достигнутое с таким трудом он не может. Подвергать опасности в первую очередь дочь, а уже после всех остальных героев своим признанием и уходом - тоже. Он отпустил Мидорию тогда. Точнее, просто выслушал и ничего не сказал. Прекрасно знал, когда шел со своими догадками к нему домой, что у того включены глушилки - никаких записей разговора не будет ни у кого. Вообще стоило радоваться, что Изуку Мидория, обретя такие возможности и поверив в себя, не встал на сторону злодеев в общем и целом. Да, он оторвался на тех, кто ему навредил, но в остальном делает жизнь только лучше. А с такими мозгами упекать его в тюрьму, озлобляя еще больше - себе дороже. Потому что рано или поздно выйдет... и тогда уже хана всему порядку, а не только обидчикам. Однако мысли, что все могло быть по-другому, терзавшие альфу первый год общения с дочерью, вспыхнули с новой силой. Честно сказать, он сам не знал, почему поступил тогда так жестоко. Может, хотелось попробовать омегу первым из его небольшой компании, показаться крутым - стать еще круче. Может просто хотелось попробовать... Сейчас, с высоты своего возраста (пусть и он не настолько велик) он понимает, что ему претило любое проявление милосердия, доброты или жалости даже если их не было. Ему казалось, что когда кто-то добр к нему, это автоматически равно жалости к нему. А если есть она, значит, он слаб. А слабым быть не хотелось. Когда Айя закончила ЮЭЙ, действительно стала первой на курсе - лучше и сильнее всех. Конечно же, она пошла в агентство к отцу, прихватив с собой и возлюбленного Рю, и старосту Иида, и сына Айзавы-сана. Сначала борзо говорила, что не задержится надолго, обоснует свое агентство... однако пока все еще работает тут. У них был большой конфликт с реальным боем. Такой, что Мицуки-сан втихую вызвала Киришиму и Шинсо, чтобы помогли им с отцом разнять этих белобрысых долбоебов. При разнимании досталось всем, но утихомирить помог подоспевший Изуку. Да-да, он все еще отслеживал местоположение и состояние дочери по датчикам, и увидев, что силы на исходе, а нагрузка продолжается, поспешил на помощь. Каково же его удивление было, что она не в стычке со злодеями, а с отцом. Рыкнул тогда Мидория на обоих младших Бакуго, осадил. Приутихли. Стал выяснять причину, с чего начался мордобой, и... пришел в замешательство: Айя, на тот момент только начинавшая строить отношения с Рю, в пылу что-то высказала об омегах, об их эмоциях, на что отец ей сказал, что так неправильно. Она же сказала, что он не имеет права ей высказывать что-либо, потому что с ее папой он отношения построить не смог, тот психанул - и завязалось. Услышав это, Изуку просто подошел к обоим и у всех на глазах влепил пощечину, дочери тоже. Звонкую, такую, что у нее дернулась голова. - Если ты позволишь себе хоть еще раз подобные высказывания в сторону своего омеги, можешь не приходить ко мне домой. Ни-ког-да не позволяй себе обсуждения второй половины с кем-либо. Никогда! И никогда не говори чего-то подобного. В наши с ним , - кивок в сторону Кацуки, - отношения не лезь тем более. - Почему ты мне никогда не рассказываешь... - Потому что правда тебе не понравится. Да она никому не понравится. Кто-то в нее даже не поверит. - Если ты про то, что он взял тебя силой - я знаю, - смотрит исподлобья, а старшие Бакуго напрягаются сильно, - Я поэтому тогда перестала с ним общаться на какое-то время, а потом решила, что буду вообще всю свою злость на него выплескивать и даже подлые удары отрабатывать, чтоб больно сделать. - Даже так? - Изуку вздергивает бровь, оглядывает всех остальных, но принципиально не смотрит на Мицуки и Масару - он так и не пересилил себя. - Представь себе. Только вот я понимаю, что этого все равно недостаточно. Да и он, узнав обо мне, повел себя... ну... нормально. В этот момент Изуку пристально смотрит Кацуки в глаза. - Я ничего тебе не буду говорить про него. Захочет - сам расскажет когда-нибудь. Но да, он повел себя вполне достойно, когда узнал о твоем существовании. А мои слова о том, как относиться к омегам, не забывай. Кири, пошли, к сыну, там Денки вешается, наверное. Все старшие знали, что это говорится специально для Айи, чтоб побесить - она так и не смогла принять их отношения до конца, даже несмотря на то, что видела, сколько счастья и радости они принесли ее папе. Вот только девочка не знала, что сейчас Изуку - просто ближайший друг семьи, почти родственник, да, второй папа, считай. Но только в этом ключе - это было их обоюдное решение после рождения маленького альфы. Знали сами, Первый, Серо, Шинсо и Монома, общественность не посвящая. Хотя и этот круг был немаленьким. Они трое просто растили ребенка вместе: они - родители, он - поддержка и страховка, ходячая энциклопедия, как и что сделать с маленьким человеком правильно. Временами утихомирить Эндрю мог только Мидория. У Изуку не было недостатка во внимании: даже если он просто существовал/находился где-то, не проявляя никаких сигналов к действиям, все смотрели на него. Со временем он открыл свое агентство по технологическим улучшениям экипировки и оборудования. Да, пришлось приложить больше усилий, времени и денег, но так он был вольным, не привязанным ни к кому. Переманил некоторых однокурсников, кто поспособнее и поадекватнее, утащил парочку пиарщиков из других агентств, и был счастлив этому, создав лаборатории по всем интересующим его направлениям - химии, фармакологии и механическим улучшениям. Да, можно было обратиться к управлению некоторыми гаджетами с помощью ИИ, к электрическому оборудованию, но он хотел избежать рисков, связанных с выходом программного обеспечения из строя (вирусы и баги никто не отменял), а также с отключением электроэнергии (говорят, в последнее врем стало больше тех, кто способен глушить чужие сигналы). Поэтому механика - простая (ага, конечно) и понятная. Шинсо пришел к нему сам, сказав, что хочет быть рядом, если нужна помощь... и почему-то добавил "и если кто-то попытается усомниться в твоем геройстве". В тот момент Изуку долго на него смотрел, но так и не смог понять, знает Хипнотайзер или нет. 90%, что знает... А после началась работа - где-то монотонная, где-то скачкообразная и очень интересная. Изуку знал, что и на него теперь может положиться. Правда, со сближением не торопился, все еще отыгрывая роль второго мужа Киришимы Эйджиро - это устраивало всех, пусть даже Эндрю уже и четыре. Они с Кацуки больше никогда не поднимали тему Мучителя. Они никогда не возвращались к обсуждению прошлого. Изуку знает, что все имущество Первого по завещанию наследует Айя. Кстати, она таки оставила свою родную фамилию. Он продолжает вести разработки и думать, что знает все - ну, или почти все - об окружающих его людях. Он не знает, что в завещании Первого Айя наследует только квартиры-машины. денежные счета, база данных всех происшествий, улик, компромата, а также разработки самого Кацуки передаются ему - Мидории Изуку. Он не знает, что Айя, когда сопоставила всю информацию, что была у нее, и что знала всю жизнь, искала доказательства в архивах больниц и учебных заведений родного города. Он не знает, что после она сама хотела уйти в Лигу (пусть она сейчас и не так называется). Изуку думает, что она легко все приняла, а на самом деле дочь какое-то время осознанно нарывалась на потасовки со злодеями или старшекурсниками, чтоб опиздюлиться - так она сама себя наказывала. Потом выяснилось, что и с Кацуки специально дралась иначе... Ему уже почти не снится то, что было тогда. Он не вспоминает тех, кто причинил ему много боли. Он спокоен и тверд в своих убеждениях: если ты делаешь что-то, будь добр, принимай последствия своих действий, а не вопрошай, за что же тебе это все досталось.