Не знаю!

Октябрь наступил быстро. Антон заново привыкает к школе и не сказать, что он изгой. Нет, даже наоборот, он общается с Полиной и часто зависает с одной компашкой. Можно сказать: жизнь налаживается! Тоша очень хочет в это верить. — Маааамаааа, — жалобно заскулил Антон, умоляюще строя глазки. — Ну, пожалуйстааа — в бой пошли хныканья. Послышался смех Оли. — Антон, что опять! Ты не ешь каши, а надо! — возмущённая Карина уставились на своего сына. Ох, Господи, спаси и сохрани. — Там комочкииии, — Петрова честно не помнит сколько раз повторялась эта сцена. Её сын смотрит на неё своими голубыми глазами, так что заставляет Карину незаметно вздрогнуть. Глаза такие же как и у Олега. — «комочки-комочки» — передразнивает она его — это пегмент такой! Ты посмотри на себя, соседи подумают, что я вас совсем не кормлю. Давай — давай, хотя-бы половину, сегодня у нас большие планы. — Антон незаметно закатив глаза, принялся мешать кашу ложкой и только дождавшись когда уйдёт мама схватил тарелку и подбежал к кастрюле полной этой отвратительной смеси. Поморщившись и соскребя ложкой чуть меньше половины каши поставил на стол. — Мама, я съел половину! — Умница! — обманывать собственную мать было не из лучших качеств Антона, но это ложь во благо, а «ложь во благо», как говорила бабушка, царства ей небесная: Ложь во благо не всегда плохо. Громко выдохнув и обрати внимание на сестру, Антон заметил её умоляющий взгляд. Мальчик посмотрел в её тарелку, осталось не больше четверти. Сжалившись над родной душой, Тоша быстро выхватил её тарелку и выкинул кашу в кастрюлю. —«Спасибо» — прошептала она одними губами, и Тохе не составило труда прочесть, кивнув в ответ он ритеровался с кухни, конечно при этом убирая со стола и ополоснув их тарелки. Как никак, но Тоша хороший мальчик и маме помогать он любит. Сегодня воскресенье, поэтому он направляется к себе в комнату чтобы попробовать порисовать. Заслуженный выходной как-никак. Сейчас перед Антоном лежит его блокнот, а на девственно чистом лице ни одной линии. Опять. Петров подул губы и грустно отвёл взгляд серо-голубых глаз. Тяжело выдохнув Тоша уставился в окно. Лес, сегодня он спокоен, для холодного октября на улице и ветерка не пролетало. Природа отдыхает, ведь прошлые дни безотрывно лил дождь. То моросит, то как ливанёт, а ты в это время идёшь домой без зонта. Тоша не любит дождь, но зато любит дни после него. Так и хочется прогуляться по всему посёлку вдоль и поперёк, как раньше,когда у него не было забот, он был всего лишь маленьким мальчиком с широкой улыбкой на губах. Но, наверное он слишком многого просит прося вернуть былую жизнь. Счастливую и с любимой полной семьёй. Задумавшись Антон и не понял как тонкие пальцы снова схватили карандаш, а тонкий грифель начал выводить ровные линии. Звук бумаги и карандаша приятно оседал на уши и Антон с немного помутневшим взглядом рассматривал фигуру. Знакомую такую. Вот руки, сильные такие. А вот знакомая ветровка, адидасовская. Глаза Антона рассширились от осознания, мысли превратились в кашу, в жидкую такую политую горячим расплавленными маслом, которое обжигало горло. Глаза защипало, даже с рисунка на него смотрели так безразлично, холодно, отчуждённо. Петров вырвал этот листок, захотелось порвать его на мелкие кусочки. Сука. Но что-то его удерживало. Он посмотрел в нарисованные глаза, они были не рвзукрашенны. Обычно Антон всегда раскрашивать их, даже если рисунки чёрнобелые и зделаны простым карандашём. Глаза зеркало души человека, они могут рассказать то, чего их обладатель рассказывать не хочет. Глаза. Тоша снова уставился. У Ромы они не большие и часто суженны в призрении, однако... Тоша совсем не помнит их цвет. Голубые? Карие? Чёрные? Зелёные? Совсем не помнит, а может просто не замечал. Странно, Антон всегда смотрит человеку в глаза,однако что-то с Пятифаном не так. Наверное из-за животного страха Тоша глаза на него поднять боится. Заправив белёсую прядь волос за ухо, Тоша потянулся к портфелю. Он его подхотовил на всякий случай, потому что если придёт сегодня вечером, то боится, что забудет о нём, собирать вещи утром и в попыхах, идея не очень привлекательная. В портфеле пара учебников по немецкому. С угрозами от Семён совсем забыл отдать учебник его хозяину. Открыв вступление в глаза бросились множество подписей. Даже тёзка попалась. Глаза бросились на самую последнюю,там большим кривоватым почерком было написано: Роман Пятифанов Рядом, конечно же, был нарисован член. Бля, конечно же, что можно было ожидать? В голове всплыл выдуманный образ Пятифана: как он не слушая учителя немецкого, скучающе вырисововал что-то на вступлении учебника, и всем хорошо известно что он там вырисововал. Тихо прыснув в кулак, Петров принялся убирать со стола, так и не осмелевшись выкинуть портрет Ромки, аккуратно складывая листок четыре раза и кладя в кармашек портфеля. * * * —Сына! — громко крикнула Светлана, а Ромка услышав закатил глаза и оторвался от своих дел. — Чё? — лениво спросил Пятифан. — Сколько тебе там осталось? — она указала на забор, доски которого Рома забивал. — Ещё пару, — он указал пальцами на забор, краска которого уже осыпалась. — а чё? — Забыл уже? — она закатила глаза практически на манер Ромы. — Грибыы, — протянула она — Скоро пойдём собирать, так что звони Бяшке спроси пойдёт он или нет. Пятифан кивнул и пошёл заканчивать с забором. Через время он наконец закончил, поэтому убрав инструменты прошёл в дом. Набрав нужный номер, он ждал как скоро возьмёт Бяша трубку, гудки идут долго, Ромка аж насчитывать считал. Уже отчаявшись, что Бяша трубку так и не возьмёт, трубку взяли. — Чё надо? — послышался совсем не бяшин голос. Рома невольно нахмурился, по голосу он узнал его мать. Сука та ещё. Голос у неё такой противный и режет по ушам. — Дай Бяше трубку. — не стесняясь своего тона бросил Пятифан. — Ааа, Ромка — она его узнала, прокашлялась — Бяша никуда не пойдёт. ЯСНО!!?? — она заорала прямо в трубку. Отчего Рома поморщился и немного отодвинул телефон от уха, а когда собирался что-то ответить, то трубку уже сбросили. Сучка. Подождав некоторое время он позвонил снова. Теперь трубку взяли скорее, а в телефоне зашептал Бяша. — Здарова, Ромка, сего надо? — это был Бяша. — Да так, мать сказала тебе позвонить, спросить за грибами пойдёшь с нами или нет. Ну, как я понял нихуя она не отпустит. — Ромка не спрашивал, он утверждал. Знает он его "дорогую матушку". То блять выгонит на несколько дней с дома, то не выпустить не под каким предлогом. — Ага, на. Отец уехал, говорит навсегда. Мать опять водку ебасщит нахрен. — обречённо проговорил Бяшка и тяжело вздохнул. — Ладно, давай чувак. Сбрасываю. — и Рома сбросил трубку. * * * Сейчас Петровы собирали грибы. В лесу был хороший урожай, как ягод так и грибов, поэтому по указаниям Карины, она сама и Антон срезали грибы, а Оля собирала ягоды, что росли неподалёку. Опята, шампиньоны, лисички, вешанки. Звучит аппетитно, особенно когда подаришь эти грибы, но Антон понимал, что просто так ничего не бывает и их ждёт та ещё работа. Например очистить все грибы от жабер, что наполнились песком, работа муторная и приятной никогда не была. Однако собрание грибов работа была увлекательная, хоть и после неё могли болеть мышцы рук. Завлёкся. Петров не знает когда это произошло, он просто пошёл по тропинке, а потом нашёл поляну грибов. И нет бы позвать Карину с Олей, однако что-то не сраслось. Глупый Антон. Блять. Огромное волнение и страх накрыли его с головой вместе с осознанием того, что он потерялся. В лесу. Совсем один. Он не знал себя. Он пробовал пройтись в ту сторону из которой пришёл, но сделал только хуже. Осознание. Потерялся. Что же делать? Нужно стоять на месте, да только он не может. Антон крепко держит в руках увесистую карзинку с лисичками и вспоминается Алиса. Страх. А..а если Алиса придёт? Что если она снова захочет забрать его к себе, отдать Антона в руки кровожадного Хозяина Леса. Высокие сосны теперь не защищают, а теперь навеевыют страх. Может ли там прятаться Хозяин Леса? Галлюцинации. Кто-то крикнул. Так громко. Мама? Да точно это мама! Он побежал к звуку, но....там никого не было. Вообще. Только стволы деревьев становились больше, а листья деревьев теряли свою зелень становились чёрными дырами завлекая к себе. Это..это была не мама? А Оля? Она ведь тоже его звала. Да она звала его, где-то позади. А точно ли это Оля..? Паника. Страх накрыл тело юноши с головой. Ощущения затуплялись от приступов паники. Корзинка выпала из рук, а сами грибы рассыпались по траве. Но его это совсем не волновало. Нет. Его волновало то, что он один. Как в тот раз. Когда его избили и оставили в лесу. Тогда ему помог папа. Но где он. Его нет, он бросил Антона. Ему показалась или кто-то пробежал в глуши леса? Со скоростью зверя. Глаза ошарашенно раскрылись, но он вспомнил зверей и то как они заставляли его принести им угощения. Он отказался. Они пришли за ним. Антон вжался в ствол дерева, хотя куда сильнее? Боль разнеслась по всему телу. Кто-то дышал у него над ухом. Дыхание мерзкое, заставляет все внутренности сжиматься, а голову разрываться от рыданий. Оглушительный крик юноши разнёсся по округе, пугая ворон. Антон упал на земь. Дождь пошёл резко заставляя землю пропитываться влагой и переполняться водой, а одежду прилипать к телу мальчика. Может так его не найдут звери. Антон не любил дождь. Но сейчас, наверное, он впервые спасёт ему жизнь. Наверное... * * * Оба Пятифановых и Полина сейчас наслаждались осенними видами, при этом собирая дары леса. Такие моменты, которые Рома проводил в кругу семьи, он очень ценил. Идиллия. То, что совсем не хотелось рушить. Никогда. Но сделать это пришлось. Чей-то крик разрезал приятную тишину леса. — ААНТОН!!! — ТОША! ТЫ ГДЕ!? Эти ошарашенные крики заставили всех троих подрываться с места чудом не забывая свои вещи на опушке. Рома понял сразу. Кто-то пропал. Здесь раньше такое часто происходило, но в последнее время лес присмерел. Люди перестали пропадать, но почему именно сейчас. Рома не мог бросить кого-то на произвол судьбы. Всё трое прибежали к источнику звука. Позади Пятифана слышались шумные и рваные вздохи Полины и матери. Но Рому сейчас не это волновало. Сейчас на него смотрели две пары глаз. Заплаканных, застывших в шоке. И только когда Карина начала падать в обморок, а Оля снова и тошно закричала, Рома отмер и подхватил мать Петровых. «Антон пропал.» Шарманкой звучало в голове парня, а он поверить не мог. * * * Пятифан рванул в лес, как только узнал направление, куда ушёл Антон, при этом не забывая захватить свой рюкзак. Под плач Полины и Оли, он всё таки уговорил мать его отпустить. Он как никто другой знает этот лес. Знает его обычаи. * * * Сердце было готово выскочить из груди от бега. Рома рвано дышал и осматривал округу. Пусто, снова. Он битый час бегает по лесу, но нихрена найти не может. А что если.... что если он его не найдёт? Вспомнился светлый лик Антона. Такой тонкий, такой хрупкий. Тоша. Даже имя его звучит так ласково. Пятифан встряхнул мокрую голову. Нельзя об этом думать. Дождь закончился не так давно, но когда начался Рома и в правду запаниковал, особенно когда он представил озябшее и продрогшее до нитки бездыханное тело Петрова. Бездыханное. Сука! Парень побежал вперёд. В глаза бросился предмет который не должен быть здесь, а именно корзина. Он чуть не пробежал мимо. Он подбежал чуть ближе. Снова огляделся. Какого было облегчение когда он заметил белёсую макушку у огромного кедра. Не обращая никакого внимания на корзину, парень подбежал к телу Антона. Это и в правду был он. Только вот весь грязный в измятый одеяниях и без сознания. Не думая ни секунды он вытащил из рюкзака тёплый плед и подхватил на руки лёгкое тело. Теперь Петров лежал на руках у Пятифана. Озябший, проникший до нитки и вздрагивал каждый раз. На него было больно смотреть. Тонкое лицо посинело, а белые когда-то волосы, теперь же были в грязи и превратились в грязно-серые; очки его упали на землю, поэтому их пришлось поднять. Рома нацепил на себя рукав и дотронувшись губами до лба Антона понял, что у парня жар. Поплотнее закутав Петрова в одеяло и поудобнее устраивал его у себя на руках, Рома направился к выходу из деревню, и как можно быстрее. Там его должны ждать их родители. Однако Рома понял что устал за весь прошедший путь. Поэтому тащить на себе чужое тело было тяжело, но он старался. Он был обязан ему помочь, так велело сердце, к которому Рома впервые задолгое время прислушался. Дыхание Петрова постепенно выравнивалось и он теперь не лежал без сознания, а лицо не было состроено в мучительной гримасе. Нет, теперь Тоша сопел и крепко прижимался к телу Ромы. Интересно когда Антон превратился в "Тошу"? Но Рома старался не забивать себе этим мысли. * * * Когда они добрались до пункта назначения их встретили практически всем поселением деревни. Похоже они уже собрались искать этих двоих сами. Даже Бяша тут был. Пятифан хмыкнул и так ласково, как никогда толком ни на кого не смотрел, кроме близких, посмотрел на Тошу. Странно, но когда у него забирали Антона, он не хотел его отпускать.