Ты моё безумие

      — Может, я всё-таки зайду? Так не хочется расставаться, посидим поболтаем.        Глазами поджигать можно — смотрит в трепетном ожидании, поглаживая тыльную сторону моей руки. Кого он обманывает? Столько лет долгого ожидания не прошли бесследно. Наверняка чувства снежным комом накопились и выход желают найти в поцелуях долгих, объятьях крепких, прикосновениях чувственных. Не до разговоров будет. Однозначно.       — Я тоже не хочу, но не надо бежать вперед паровоза. Ты же знаешь мою маму: она не дремлет. Прикрываю свою тревожность мамой, не узнавая свой голос. Запинаюсь, путаю слова местами, выдавая своё волнение с головой. Его предложение до жути маняще, до дрожи желанно. Лишь внутренние предубеждения отсвечивают красным светом.       — Да, конечно, твоя правда — против тёщи не попрёшь. Замечаю, как смутился, опустив свой взгляд, продолжая крепко сжимать мою ладонь.       — Спокойной ночи, любимая. — такое обращение от него в свой адрес слушать непривычно, но чертовски приятно.       — Спокойной ночи, любимый, — запинаюсь, скользя взглядом по привлекательным чертам его лица. Удерживаем зрительный контакт, изводя друг друга пытливыми взглядами. Оттягиваем время перед неизбежным. Не выдерживаю затянувшейся паузы, запуская руку в русые пряди волос. Вторую руку кладу на грудь в районе сердца, наслаждаясь его сердцебиением под моей рукой. Обхватывает меня руками, закрывая от всего, что происходит вокруг. Его руки излучают невероятную защиту, купол, барьер от всех проблем в жизни. Внутри зарождается умиротворение. Как же я так долго могла обманывать себя, держась от него на расстоянии? Перевожу взгляд на его слегка приоткрытые губы, понимая, как сильно меня манят его уста. Носом касается моей щеки, наполняя воздухом лёгкие.             — Я так люблю твой запах, — улыбаюсь расслабленной улыбкой, прикрывая глаза в сладкой истоме. Ощущаю его беспорядочные, мелкие поцелуи на своём лице. В ногах появляется лёгкая слабость, а места, где он меня касался секунду назад, сопровождаются лёгким покалыванием на теле. Я никогда никого не смела подпускать к себе настолько близко, открывая всю себя, разрешая сводить с ума одними лишь неспешными поцелуями. Он первый. Во всём. Понимаю, что это выше моих сил, в миг поддаваясь вперёд. Движения губ ленивые, неспешные, при этом сводящие с ума своей чувственностью, трепетом. Чувствую, как он уверенно приоткрывает мои губы, углубляя поцелуй. Сердце стучит, как загнанное; все ощущения концентрируются на нём. Ощущаю, как он прикусывает мою губу, на месте укуса зализывая небольшую ранку. Во рту ощущается привкус крови. Воспламеняет ещё сильнее. Шумно выдыхаю. Отстраняюсь, тяжело дыша. На его лице — так же, как и на моём — расползается блаженная улыбка. Понимаю, что волна возбуждения неспроста проходит по моему телу, требуя продолжения. Веду спор со своим здравым рассудком и сердцем, готовым выпрыгнуть из груди. Осознаю, что сегодня победу одержит сердце, и неважно, о чём завтра будет вторить мой разум. Обхватываю его ладонь, задавая направление к своей комнате.        Комната встречает приглушённым светом мирно горящего настенного светильника. В комнате царит полумрак; из приоткрытого окна в помещение поступает лёгкий прохладный воздух, наполняя пространство свежестью. На коже появляются мурашки, распространяясь по всему телу. Остаётся лишь теряться в догадках, чем спровоцированно их появление: прохладой воздуха или его присутствием позади себя. Обхватывает руками мои подрагивающие плечи, медленно опуская руки вдоль моего тела. Прижимаюсь спиной к нему, впервые в жизни ощущая себя желанной для мужчины. Чувствую, как от моих действий шумно выдыхает. Я доверяю ему: я знаю, что он не причинит мне боли. Он всегда был рядом незримой тенью. Он — тот, кому по праву сердце отдало своё предпочтение. Шепчу его имя, наклоняя голову набок, предоставляя доступ к своей шее. Вдыхает запах моего тела, оставляя под мочкой уха тёплый, влажный поцелуй.       — Ты же понимаешь, что назад дороги нет? — конечно я понимаю, я чувствую, что он — тот, кому я могу верить.       — Я верю тебе. — что может быть важнее доверия между двумя людьми? Ничего. Это закладка отношений, их фундамент. Разворачивает к себе, терзая взглядом моё лицо; замечаю, как его зрачки расширяются настолько сильно, что с трудом удаётся заметить радужку его глаз. Глаза бездонные, глубокие, затуманенные. Вытягиваюсь чуть вперёд, касаясь его лица руками, целуя чувственно и медленно. Захватывает край моего платья, оттягивая наверх. Спустя мгновение слышится звук падения вещи, а по телу проносится более ощутимая прохлада, заставляя инстинктивно закрыть тело руками.       — Ты прекрасна, — шепчет вкрадчиво, придавая голосу лёгкую хрипотцу, заставляя трепетать каждую клеточку моего тела. Тесно прижимает к себе, размещая свои руки на застёжке бюстгальтера. Неспешно расстёгивает, поочерёдно опуская бретельки. Медленно. Будто дразня. Чувствую прилив волнения. Поднимаю руку, проводя ладонью по его щеке. Пальцы чувствуют идеально ровные скулы и едва ощутимую щетину на коже. И столько в этом нежности, столько невысказанных чувств, которые захлёстывают с головой. Видит волнение, отображённое на моём лице, аккуратно подхватывает на руки, направляясь в сторону разобранной кровати. Опускает на холодные простыни, нависая сверху. Тянусь к краю его кофты, желая её снять, ощущаю, как пальцы моих рук словно не слушаются; сопровождается это нервной дрожью. Сжимаюсь, испытывая стыд от своей неопытности.       — Тебе не о чем волноваться, расслабься. — невесомо касается моего лба своими пухлыми губами. И это действует лучше любого успокоительного, заставляя напряжение немного отступить. Заворожённо наблюдаю за его движениями, пока он снимает с себя одежду. Если бы шесть лет назад мне сказали, что моим первым мужчиной будет этот придурок из лагеря — не поверила бы ни за что. Мысленно усмехаюсь, понимая, что у судьбы на нас иные планы. Оголяет широкую крепкую грудь, заставляя тяжело вздохнуть. У него шикарное тело. Сажусь на кровати, перемещаюсь к нему на колени, обхватывая ногами его талию. Вновь путаюсь в его волосах, припадая поцелуем к припухшим губам. Чувствую его возбуждение и улыбаюсь, понимая, что причина этому — я. Заставляет распадаться на тысячи осколков, когда прижимается головой к моей груди, слушая моё сердцебиение. Его нежность окутывает воздушным облаком, поселяя в душе теплоту. Мне до сумасшествия приятно осознавать себя слабой в его руках. Поглаживаю и прочёсываю шёлковые пряди его волос, прижимая к себе ещё ближе.       — Если ты не готова, мы можем остановиться, — отрицательно машу головой.       — Всё в порядке, будь рядом со мной этой ночью, — проговариваю, целуя его в висок, растворяясь в его запахе. Второй раз повторять не нужно. Бережно обхватывает руками мою талию, вновь укладывая на постель. Стаскивает с меня колготки, цепляя тонкую ткань пальцами. Закидывает мою ногу к себе на плечо, осыпая поцелуями внутреннюю часть бедра, медленно переходя к щиколотке. Заставляет прогнуться в спине. Наклоняется к моему лицу, обхватывая щёки руками. Прислушиваемся к дыханию друг друга, прикрыв глаза и соприкасаясь носами.       — Ты будешь моим первым мужчиной. Улыбается, вбрасывая на меня взгляд.       — Я мог об этом только мечтать. Переплетает руки с моими, устанавливает зрительный контакт, медленно в меня погружаясь. Вскрикиваю, пытаясь унять пульсирующую боль внизу живота. Его медленные, ленивые движения сопровождаются поцелуями в мою шею. Он нежен, аккуратен, заботлив. Вся его чуткость заставляет меня постепенно расслабляться в его руках. Боль постепенно сменяется приятными ощущениями, заставляющими испустить томный стон. Заканчиваем вместе, тяжело дыша, не разжимая объятий. Прижимаюсь щекой к его груди, слушая быстрое биение сердца вместе с неровным дыханием.       — Ты ведь не оставишь меня? Страх быть брошенной, осмеянной на минуту заставляет усомниться в правильности своего решения.       — Не дождёшься, — крепче сжимает моё тело в своих объятьях, повыше натягивая на меня одеяло. — Ты — моя судьба, а от судьбы не уйдёшь.