я останусь

Долгожданный момент. Чувствуя спиной обращенные к ней взгляды, Луз оборачивается. Ида выставила руки в подбадривающем жесте и натянула улыбку. Король, не скрывая своих истинных чувств, вцепился в шею Иды и выжыдающе смотрел, готовый в любой момент разрыдаться. Перед Луз находился портал в ее мир, окончательно готовый к отправлению. движние рукой, щелчок, шаг - и она окажется дома, увидит мать, вернётся в свою комнату, сядет на свою кровать. Надо только сделать этот шаг. Уиллоу, Гас, Эмира, Эдрик, Ида, Король, все выжидают, разглядывают Луз в надежде запомнить черты её лица, и знают, что будут скучать. Только одна ведьмочка стояла не глядя на луз. Обхватив себя руками, Эмити уставилась невидящими взглядом куда-то в землю. Под её глазами залегли глубокие синяки, которые так нравились Луз. Бывало, разглаживая пальцами впадины под желтыми, как солнце глазами, она повторяла, что её веснушки-поцелуи солнца, а синяки-поцелуи луны. Но было и то, что тревожило девушку в этих синяках. Осознание того, что её прекрасная Эмити мучается от бессонницы. В последнее время кожа ее возлюбленной ещё и приобрела мертвенно-бледный оттенок, а в некоторые дни глаза были красными и опухшими. Как в этот, к примеру. Луз разглядывала её глаза, пытаясь найти в них мольбу. Одно слово Эмити, одна просьба остаться - и она без раздумий останется. Но она никогда не просила о подобном, всегда лишь наблюдала со стороны, как ее девушка строит планы и надеется вернуться к себе домой, в другой мир. В тот мир, в котором нет места Эмити, её эльфийским ушам, её магии. Они встречались каждый день, они находили друг в друге так много тепла, они целовали розовые щеки друг друга и громко смеялись. Но никогда они не заговаривали о том моменте, когда придёт время прощаться на неизвестный срок. Тревогой и страхами в сердце этот вопрос застывал на губах каждой из девушек в те минуты, когда счастье заполняло их настолько, что наворачивались слезы. Хотя нет, все же, они говорили об этом. И неприменно луз обещала показать своей любимой человеческий мир, забрать с собой в место, где провела всю свою жизнь. И Эмити целовала её макушку, и она задавала вопросы о людской культуре, пела любимые песни Луз, но не смела поверить в возможность отправиться за ней. окунуться в эту надежду с головой, а потом быть сурово наказанной реальностью, обжечься - то, чего она боялась больше всего. Ее место здесь, её семья, её будущее. А её солнечный лучик с курглыми ушами, её надежда обязательно уйдет и оставит горько-сладкие следы на коже, как раз там, где залегли синяки, там, где она проводила ладонью. Там где она целовала непременно останутся раны, и они уже никогда не затянутся. Эмити вырастет, на лице появятся морщины, но никто не будет их разглаживать и целовать впадины. Так она привыкла думать, такие мысли о собственном бессилии внушала ей мать, мечтавшая о дочери-совершенстве. Но со временем всё менялось, все чаще она обращала внимание на то, что в планах на будущее Луз всегда была Эмити. Когда она упоминала дом, всегда прижимилась щекой к сердцу любимой и шепотом повторяла, как Эмити понравится тот или иной аспект её прошлой жизни. Например, как они будут печь печенье, гулять под дождем, сходят в кино, залезут на крышу или сделают еще кучу вещей, которые были ей абсолютно не знакомы. Казалось луз действительно верила, что это возможно. Она никогда не теряла надежды и каждый раз видя сомнение в желтых глазах, целовала в лоб. Конечно, это успокаивало и отгоняло все тревоги. Так нежно и жарко на душе, ну конечно, Луз никогда ее не бросит. И сейчас она не могла найти в себе силы, чтобы поднять взгляд. Вот набитые вещами сумки, вот и дверь. Она все же доверилась, наивно, по-детски. Ждала, когда же луз двинется с места. Может она еще не попрщалась со всеми, может просто не может решиться на этот шаг, но почему-то она застыла. Постепенно силы и уверенность покидали Эмити. Осознание. Сейчас Луз уйдет, она не сможет вернуться, они потеряют друг друга. Секунда, и она позволила себе дать слабину и зарыдала. Пара шагов, и Луз заключила её в горячие объятия, что-то зашептала, чуть не повисла на ней, но никак не удавалось разобрать её голос, в ушах стоял нарастающий звон. Что же сейчас происходит? Её луз никогда бы не исчезла и не оставила одной, но все собрались провожать её домой. Их слёзы перемешались, их всклипы потанули в этом треклятом звоне в ушах, и не расцепляя объятий девочки опустились на колени. Их окружили тёплые руки, Ида успокаивала и говорила что-то о том, что можно "не торопить события" и "остаться жить здесь", пока они не найдут способ, как исправить портал и суметь не только зыкрывать за собой дверь на кипящих островах, но и открывать. Глаза эмиры были серьёзны, как никогда ранее. Все застыли в ожидании. Эмити дрожала, срывалась на хриплые крики, снова затихала, но чувствовала теплые руки, гладящие её, согревающие те участки кожи, до которых они дотрагивались. Несколько раз у нее вырывались бессвязные фразы, она выдавила из себя -Не уходи, забери меня.. И затихла. Луз шептала ей извинения, слова любви, гладила ее волосы. Можно было почти увидеть хороводы тягостных мыслей и морально тяжелый выбор, который стоял перед ней. Остаться на островах со своей возлюбленной, друзьями и новоиспеченной семьёй, или вернуться домой к матери. Луз плакала, и ее горячие слезы падали на щеки Эмити, у которой не осталось на это сил. -Я останусь. -твердо прозвучало из уст Луз. И она реально осталась конец фанфика