Ты мой.

      Такие моменты, как сейчас, заставляли Такемичи думать, что может быть, ему просто стоит вернуться домой, но не в свою маленькую квартирку в центре захудалого района. Он имеет в виду свой родной дом, своё безопасное убежище, место, которому действительно принадлежит его сердце.       Но как бы его сердце не тянуло его ноги к вокзалу, его разум найдет все доводы, почему он не может и почему он не должен возвращаться назад. Он должен встать на ноги, начать новую жизнь и научиться просто двигаться дальше не оглядываясь на прошлое.       Ему хотелось плакать, а может быть, он уже плачет, может быть, чувство чего-то мокрого на его распухшей щеке — это уже не пот, — Такемичи всхлипнул, — после долгого изнурительного дня в школе ему пришлось терпеть издевательства своих бывших одноклассников после подработки. Он не имеет понятия, как они умудрились найти его после переезда, буквально несколько минут назад, как только дверь пекарни закрылась за его спиной, группа хулиганов затащила его в тёмный переулок, вежливо попросив бумажник, а когда он так же вежливо отказался, они начали бить его кулаками. Хорошо, что он сделал в своей сумке потайной карман, куда положил телефон, карту и удостоверение личности, но всё равно от этих ударов было чертовски больно.       Такемичи снова остановился, на этот раз он присел на корточки и издал тихий сдавленный стон, не заботясь о том, увидит ли его кто-то. И что они собираются сделать с ним, увидев его плачущим? Изобьют его? Ещё один акт избиения не изменит того факта, что сегодня его уже избили до полусмерти.       Он просто хотел вернуться домой.       Эта мысль заставила его громко всхлипнуть, крепко обняв колени, ему хотелось выпустить всё это наружу и избавиться от всего того, что копилось внутри него.       БАМ!       Вздрогнув, Такемичи вскинул голову и потерял равновесие, упав ягодицами на землю.       БАМ!       Еще один громкий звук эхом разнёсся по этой пустой парковке. Несмотря на то, что его зрение было затуманено слезами, голова всё ещё лихорадочно крутилась по сторонам, пытаясь найти источник громкого шума. Такемичи встал на ноги.       БАМ!       Такемичи обернулся как раз в тот момент, когда багажник единственной машины, припаркованной на этой тёмной, пустой и одинокой стоянке, распахнулся.       Такемичи сглотнул. Он увидел ногу, человеческую ногу, ступню в белых сапогах и чёрных штанах. Он не совсем уверен, но одно можно сказать точно, это человеческая нога, а человек внутри, вероятно, открыл багажник ногой, если это вообще возможно. Может быть, это просто розыгрыш, может быть багажник был не заперт или, может быть, машина старая и замок был в плохом состоянии, этому можно придумать много объяснений, сейчас главное не паниковать, вероятно приятели этого человека вернутся сюда в ближайшее время, так как их друг наконец-то вытащил свою задницу с этого грёбанного багажника.       Такемичи был глубоко погружён в свои мысли, не замечая движения перед собой, до тех пор пока не услышал очень раздраженный голос: — И какого хуя ты смотришь? — Что? — Я спросил, какого хуя, ты смотришь, уёбыш?       Человек, вылезший из багажника, оказался молодым мужчиной с бледно-русыми волосами до плеч.       Такемичи почувствовал, как его колени затряслись, инстинкт самосохранения твердил, чтобы он бежал так быстро, как только мог, или же не двигался совсем. А может, если он притворится мёртвым, этот парень оставит его в покое? Вдобавок ко всему происходящему, Такемичи не мог пошевелить ногами, они как будто превратились в желе.       «Проклятый двигательный аппарат! Почему ты не работаешь, чёрт возьми, когда я нуждаюсь в тебе больше всего!», - сокрушался Такемичи. — Ты один из его людей? - спросил мужчина опасно низким голосом: — Ч-что? — ЧТО ТЫ ТАМ МЯМЛИШЬ? Я ТЕБЯ НЕ СЛЫШУ, БЛЯДЬ! — Я-я сказал н-нет! Я н-не знаю, о чём вы говорите!       Этот парень выпрыгнул из машины и направился к нему, Такемичи почувствовал, как все его существо дрожит от страха. — Тогда какого хрена ты здесь забыл?, - незнакомец схватил его за воротник. — Я-я.. — Тебе же лучше не заставлять меня ждать.       Незнакомец смотрел на него своими обсидиановыми глазами, его рука сжимала рубашку, он чувствовал, как ткань вокруг его шеи болезненно впивается в кожу.       Я умру, он точно убьёт меня, пронеслось в мыслях Такемичи. — Я... я просто пришел сюда поплакать, пожалуйста, не убивайте меня. — ….Ха?       Настала очередь Майки ошарашено замолчать, сопляк плакал навзрыд, с крупными слезами, соплями, икотой и затрудненным дыханием, и он ни хрена не представляет, как это остановить. Он всего лишь задал ему несколько вопросов, блядь, а бедняга уже запустил целое гидротехническое сооружение.       Не может быть, чтобы такой мягкий ребёнок был впутан в эту ситуацию, твою мать. — Эй, успокойся, блять… — Я… я… клянусь, я… я просто… убегал и… и…, — между икотой пытался объяснить парень. — Ладно, блять, ладно, я понял, ты не замешан в этом дерьме. Всё окей! — И- извините...       Майки вздохнул: - Блядь…, - он с лёгким весельем наблюдал за парнишкой, когда тот вытирал лицо рукавами рубашки, весь красный до шеи, его чёрные волосы прилипли ко лбу, а глаза опухли, мальчик выглядит мило, как бродяжка: Он котёнок что-ли?, - подумал Майки.       Он издал милый шипящий звук, когда коснулся своей распухшей щеки.       Да, точно котёнок. — Что случилось с твоей щекой? — О-ограбили и ударили. — Здесь? — Н-нет, эм, после того, как я закончил свою подработку... — Видел каких-нибудь сомнительных парней, когда пришёл сюда? — Нет, я думал, что один… Если бы… если бы я встретил кого-нибудь, я держался бы подальше от этого места. — Я так и подумал.       Майки ещё раз внимательно посмотрел на парня, его взгляд сосредоточился на щеках и губах, они выглядели такими мягкими, нежными, и очень отвлекали, да так, что он почти забыл, что несколько мгновений назад был заперт в багажнике машины. Всё, о чем он может думать сейчас: — Интересно они на вкус, как моти? — Что?       Кажется, он сказал это вслух, потому что паренёк смешно смотрит на него, склонив голову набок в замешательстве, и это чертовски мило. — Я говорю о-…       Он собирался сказать что-то глупое, но остановился на полпути, услышав шаги, тут же схватил парня за запястье и потащил внутрь заброшенного здания.       В одно мгновение незнакомец задаёт ему вопросы, затем прижимает его между холодной бетонной стеной и своим твёрдым телом, его лицо наклоняется всё ближе, а его волосы щекочут кожу Такемичи. —Ни звука, — прошептал он,       Такемичи напрягся, потом он услышал чьи-то шаги. Рука на его рту прижалась сильнее и давление на распухшую щеку почти заставило его всхлипнуть, но он сумел сдержаться. —Твою мать! Он выбрался? Как он, блять, смог выбраться из грёбаного багажника?! — Ты хоть правильно его запер, тупица? —Я всё сделал правильно! Смотри, кажется, что он был сломан силой. — Здесь вмятина, как ты думаешь… — Мы облажались, мы чертовски облажались… — Обыскать окрестности! — Аники, речь ведь идёт о Майки. — И? Ты боишься одного человека… — Аники! Это Майки! Непобедимый Майки. — Ну и что?! Обыскать местность! — Мы чертовски облажались!       Глаза Такемичи метнулись к стоявшему перед ним мужчине, и он думал об одном: Во что я вляпался на этот раз?       Майки хотел прыгнуть туда и выбить дерьмо из этих людей, он с легкостью может это сделать, но тут он мельком увидел ствол на одном из них: — Эти уроды вооружены.       Не беда, он может избить их, он почти почувствовал, как их кости ломаются под его жёсткими ударами.       Из транса его вывела рука, вцепившаяся в рубашку, и его первоначальный план сразиться с этими ублюдками немедленно вылетел в окно, когда он увидел испуганное выражение лица парнишки.       Он не может поставить под угрозу безопасность мальчика.       Когда последний из мужчин ушёл, он убрал руку со рта парня и сделал шаг назад, давая ему немного пространства. — Как тебя зовут? — А? Ах! Ханагаки, Ханагаки Такемичи, а вы… — Такемучи…, - произнёс он, и да, звучало неплохо. — Э? — Ты живёшь поблизости? — Д-да, всего в нескольких кварталах... Зачем вы спрашиваете? — Отлично, не против, если я останусь у тебя? — Что?