стаканчик кофе, решивший судьбу.

Обычный, ничем не примечательный жаркий летний день. Вчера прошёл концерт, последний во втором мировом туре. Уже завтра утром команда улетит на самолёте «Москва–Сеул», а пока, уставшим мальчишкам разрешили прогуляться по городу, посетить достопримечательности, и просто развеяться, ведь впереди ждёт очень долгая и кропотливая работа над альбомом. Восемь парней уже разбрелись в разные стороны, вооружившись лишь гугл-картами, банковской картой и маской на лице, которая не выделяла их среди этой серой массы, но и не давала фанатам, да и просто людям, знающим группу, узнать мемберов. Обычное средство маскировки, давно привычное Чану, который уже вовсю разгуливал по различным переулкам утренней столицы. Как бы Крис не пытался расслабиться, все мысли были о предстоящей работе. Он не хочет подвести фанатов, и сделает все, чтобы альбом вышел скоро и был качественным. Таким уж он был: ответственным и полностью отдающимся работе. И иногда это играло с ним злую шутку, оставляя заметные мешки под глазами и недосып. Иногда ему очень хочется поговорить и сказать, насколько ему тяжело это все даётся. Ему просто нужно высказаться. *Но другим же было тоже тяжело, ведь так? Нечего загружать их своими проблемами.* — так мысленно говорил себе Бан Чан, если появлялось такое желание. Парень, задумавшись и потерявшись в своих мыслях, похоже, забрел куда-то не туда. Повсюду вывески на каком-то незнакомом ему языке, видимо, русском. В метрах двадцати от себя он наконец-то заметил что-то знакомое — небольшую и ничем не выделяющуюся вывеску с логотипом всемирно известной кофейни Старбакс. Выдохнув, Крис поплелся в сторону заведения. Открыв дверь, он сразу приметил то, что здесь пахло очень приятно, чем-то, отдаленно напоминающим цитрусовые. В помещении играла спокойная музыка. Парень натянул маску повыше и зашагал в сторону кассы. Бариста на месте не оказалось, наверное, отлучился на несколько минут по своим делам. Глядя на меню, он выбрал фраппучино, как и ожидалось, не изменяя своим вкусам. Он терпеливо дожидался работника, глазами пробегаясь по письмам, отправленным на его личную почту. Чан, не замечая ничего вокруг, продолжал читать, пока его не прервал довольно громкий кашель, заставивший немного вздрогнуть. Подняв голову, он невольно застыл. Смуглая кожа, аккуратные пухлые губы, нос с небольшой горбинкой и разбросанными по нему веснушками, которые напоминали парню о его друге. Розоватые щеки, подкрашенные ресницы и глаза. Невероятно красивые глаза. В которые хочется нырнуть и не всплывать. Желтоватый цвет на ободке радужки, переходящий в насыщенный кофейный. Чан даже усмехнулся от некоторой иронии. Наконец вспомня, где он находится, Крис смущённо опустил взгляд. *Чёрт, надеюсь, у меня не покраснели уши. Господи* –Здравствуйте, вы что-нибудь выбрали? Голос. Безумно манящий голос. Бан Чан даже не обращал внимания на то, что абсолютно не понял, что она сейчас сказала. Он был зачарован. –Вы в порядке? Извините за бестактность, но вы немой? Стоп… Блин. Как же там.– девушка пыталась показать что-то жестами, видимо подумав, что парень глухой. Чан быстро вскинул руки вверх и начал ими махать, параллельно говоря на английском: — Нет, я не глухой. Извините, я не знаю русский, мы можем разговаривать на английском? Может, на корейском? *М-да. Опять какую-то глупость сморозил. Если сейчас окажется, что она и английского не знает, то это будет полный провал.* –Ох, так бы сразу и сказали! Так вы выбрали что-нибудь? — задорно вымолвила девушка на корейском, с мило звучащим акцентом. В какой раз за эти минут десять парень застывает? В десятый? Эта девушка не перестает его удивлять. — Мне, п-пожалуйста, фраппучино. — Чан чувствует, что его лицо уже вовсю горит. Неужели, он… Бан Чан никогда не понимал, что такое настоящая любовь. Нет, он конечно не девственник, да и девушки у него были. Но, он не уверен, что он их любил. Он запретил себе что-то чувствовать, после того, как у него на глазах ему изменила его дама сердца. Его сердце будто раскололось на части, которые он никогда не соберёт. Девушка долго извинялась, говорила, что это неправда, что она не любит этого чертового Ким Виена, что она любит лишь его. Но ему было уже все равно. Это случилось в старшей школе, и в свои 24 года он уже давно простил ПакХё. Ничего уже не изменить. Бан Чана уже не изменить. Или все же… *Нет, не может быть* Бариста посмотрела на него с неким удивлением, и спросила: –Как вас зовут? — почему-то, парню захотелось сказать свое настоящее имя, зная, что может случиться и каковыми могут оказаться последствия. –Бан Чан. Меня зовут Бан Чан. Никакого удивления на лице, все та же лёгкая улыбка. *Пронесло* — У вас очень красивое имя, Бан Чан. Это выбило весь воздух и лёгких бедного паренька. — Меня зовут Адель. Приятно познакомиться. Неужели, он тоже понравился ей. Или в России всегда так делают… * Чёрт. Чёрт. ЧЁРТ.* –В-взаимно… *Чёрт, где тот Бан Чан, которого я знаю? Соберись.* Адель отошла заваривать кофе. А Кристофер отсчитывал минуты до смерти. От нехватки дыхания, наверное. Изящные пальчики со свежим маникюром протянули стакан. Расплатившись картой, Чан выбежал из кофейни, услышав в след громкое: –Приходите ещё, Бан Чан! Только в отеле парень заметит наспех написанный телефонный номер на донышке стаканчика и аккуратное: «Адель».