Галлюцинация

      Черт бы побрал слишком убедительного Нила и Ники, который завлек это рыжее чудо в игру «Правда или действие» и карты всей командой. — Нил, ну давай тогда «правду», если ты так категорически отказываешься просто пойти и обняться с лисичкой! — признавая непреклонность их вице-капитана, сдался Хэммик. — Давай, задавай уже, — тяжело вздыхая, согласился Нил. — Самая неловкая ситуация, случившаяся с тобой до вступления в Лисов, — предложила сидевшая рядом Элисон. — Да! Именно так! — радостно воскликнул Ники, довольный тем, что не нужно придумывать что-то оригинальное. — Мгм, когда я был в Манхэттене вместе с матерью, ей показалось, что за нами идёт слежка, и мы разделились, договорившись встретиться через час в каком-то парке, — начал рассказ Нил, поднимая глаза к потолку и пытаясь припомнить детали. — Придя, я увидел её и, подойдя ближе, начал на немецком ей все докладывать, а когда я, наконец, посмотрел на ее лицо — это оказалось не она. — Ну, ты же сказал на другом языке, эта женщина наверняка ничего не поняла, — предположил Кевин, сидевший в кресле-мешке. — Как бы не так. Встретившись уже с мамой, мы проходили мимо этой женщины, которая уже стояла рядом с ребенком, и, сейчас, конечно, не вспомню, но она на немецком ему что-то объясняла.       Немного поговорив на эту тему, они вернулись к игре. — Эндрю, правда или действие, — задала вопрос Дэн, до которой, в конце концов, дошла очередь. — Первое, — уже смирившись с тем, что этого не избежать, выбрал блондин. — Как-то давно я слышала, что ты как-то назвал состояние, когда у тебя все хорошо в жизни, но было плохо слышно. Как же оно называется? — наверное, девушка, зная кому будет задавать, уже давно продумала вопрос, но Эндрю не собирался на него отвечать. — Действие. — Поцелуй Нила, — «Более бесконтактными они уже не смогут стать». Вполоборота поворачивая голову к рыжему, думал Эндрю, смотря на то, как смутился и сжался парень. — Отказываюсь, — плавно проходя взглядом по всем присутствующим, произнес он. Даже с того расстояния, на котором они сидят, Эндрю почувствовал, как расслабился Джостен.       Закончив эту игру, которая была очень «интересной и завораживающей», по словам Ники, Эндрю поднялся на крышу, а спустя несколько минут к нему присоединился Нил.       Эндрю никогда не признал бы, но сидеть и курить на крыше, находясь вместе, ему очень нравилось. И хоть они находились здесь не больше получаса — уже начало темнеть, а Джостен, что-то вспомнив, уставился на блондина, ожидая внимания. — Ну что? — Так как называется это состояние? — Нил задал вопрос, интересовавший его все это время, что отчего-то быстро забылся в спокойствии крыши. — Галлюцинация, — тихо проговорил Эндрю, подняв руку к лицу Джостена, и, дождавшись легкого кивка, пробежался по нему пальцами, оглаживая кожу от щеки до подбородка. — Я не галлюцинация, — поддавшись под приятные касания, ответил Нил. — Ты несбыточная мечта. — Уже сбывшаяся.       В тот вечер, сидя на краю крыши и наблюдая за закатом, Эндрю сказал правду и выполнил действие не из-за какой-то глупой игры, а из-за того, что реально этого хотел.