любовь под шелест листьев

их отношения были примером для подражания и даже зависти. завидовали все. все, кто знал. утро редких ночевок, проведенных лишь в присутствии приглушенного света и их самих, начиналось с теплых объятий и поцелуев в нос или макушку. с кофе или чая, принесенного в постель. Тарталья нередко этот чай разливал, а Люмин, насупившись, читала ему лекции о том, какой он неосторожный. следующим днем на работе они надевают надежные маски, делая вид, что мало знакомы. хотя в тайне ото всех знают расположение каждой родинки на телах друг друга. Люмин знает, как Аякс любит целовать её на морозе, когда никто не видит, а он знает, насколько в этот момент холодны её алые щеки. и все равно ведь мягкие. их привыкли видеть как странную парочку, в которой один безуспешно флиртует, а второй - всеми силами пытается отпихнуть первого. остается лишь поставлять этот маленький театр каждый день. это всегда выливается в поцелуи под окнами дома. Люмин всегда ругается на него, но все равно выводит незамысловатые узоры на шее, пока языки сплетаются в нежном танце. Тарталья вечно хмурит брови и намекает своим недовольным мычанием на то, что так делать не стоит. девушка хитро лыбится в поцелуй, и через секунду её пальцы ворошат непослушные рыжие пряди. летом они встречают бледно-желтые рассветы, лежа среди высокой травы под огромным дубом. Тарталья даже выцарапал на его коре их инициалы, заключив в "замочек" в виде сердечка. Люмин чмокнула его в нос, тихо посмеявшись над тем, какой он дурачок, а Аякс лишь встряхнул волосами, в которых запутались маленькие листочки, подмечая про себя, что все ромашки с этого луга он бы отдал ей и, может, парочку закрепил бы за девчачьим ушком. вечером, когда красное солнце уже прощалось, уходя за горизонт, девушка тянула его за руку, мол, "пойдем, уже поздно", а он притягивал её к себе, заключая в объятья и тянул время как можно дольше. они молча стояли посреди улицы, вдыхая смешанный аромат собственных парфюмов. резко-сладкий запах пропитывал собой воздух, и Тарталья прятал нос, утыкая его в девичью шею. она шикала что-то наподобие: "щекотно", а парень легонько кусал за плечо, вызывая звонкий смех. шелестящее дерево, возвышающееся над парой не давало сказать и слова. листья срывал сильный ветер, словно нарочно направляя потоки прямо в лицо. рыжие кудри поднимались кверху и падали прямо на глаза сразу, как ураган утихал. дождевые капли стекают по зонту, иногда сбиваясь из за вихря и попадая на одежду. погода с самого утра просто отвратительна, но это не помешало им прийти на место, откуда ровно пять лет назад завязался узелок на нити их истории. не помешало сесть прямо под "их" дубом, склонив голову на чужое плечо и слушать завывание ветра. — нам сегодня пять, - с хрипотцой прошептал Аякс, прикрыв голубые глаза. Люмин ничего не ответила, лишь влюбленно улыбнулась, прижавшись ближе, только бы унять подрагивающие от холода плечи. он поднимает голову, все еще щуря глаза и касается её губ своими. светловолосая снова обкладывает шею ладошками и еле ощутимо почесывает, надеясь услышать любимое мычание. надеясь, что удастся в очередной раз хитро улыбнуться за свою проделку и запустить пальцы в его кудряшки. надеясь, что они снова просидят до вечера и снова задержатся, потому что Тарталья не захотел уходить так рано.