Я ненавижу тебя, Джордж Уизли!

      Самое прекрасное и одновременно самое ужасное, пожалуй, в нашем мире только соулмейты. Вернее то, как ты узнаёшь, что тот или иной человек — твоя родственная душа.       Происходит это не особо приятным образом для некоторых. После первой встречи, которая естественно происходит случайно, на запястье появляется фраза, которую сказал соулмейт. Не волнуйтесь, он обязательно что-то скажет. Со временем ты начинаешь видеть некоторые моменты, происходящие с соулмейтом, его глазами. И ты даже не знаешь, когда это произойдёт и какой момент тебе удастся увидеть из жизни родственной души. — Как он меня достал! — прорычала брюнетка, сжимая вилку в руке, от чего та значительно погнулась. — Да чего ты так взъелась на него, Рей? — блондинка аккуратно забрала из руки подруги испорченный столовый предмет, — Что он тебе сделал? Не считая этого подкола на ЗОТИ.       Рейчел Флидтс и Арлея Ринетти — однокурсницы и лучше подруги, студентки Гриффиндора. Они везде были вместе, буквально как близнецы Уизли.       Но даже несмотря на их близость, девушки не показывали надписи и не говорили друг другу о своих соулмейтах. Да они и не пытались лезть в это, потому что знали, что рано или поздно это вскроется. — Да потому что вот! — Флидтс закатала рукав рубашки и показала запястье, на котором красовалась надпись «Милая зайка». — Ага, — Арлея кивнула, — Ты его ревнуешь? — Что?! Ещё чего! — Гриффиндорка отпустила рукав и снова стала прожигать взглядом Уизли, который сидел за соседнем столом напротив и над чем-то хихикал с Джонсон, — Он просто меня бесит.       Кто бы мог подумать, что Джордж Уизли оказался соулмейтом Рейчел. Он постоянно подшучивал над ней и строил козни, делал всё назло. Ненависть? Хаха! Нет. Джо влюбился в эту наследницу Слизерина с первого дня их не шибко удачного знакомства.       В тот день, когда он хотел на первом курсе с ней познакомиться и заговорить, решил сделать комплимент. — Милая зайка, — рыжеволосый указал на значок, что висел на мантии Рейчел. — Хитрый лис, — девочка не была настроена на положительное и позитивное общение, ведь за мгновение до этого над ней посмеялись Слизеринцы, — Липни к другим, рыжий!       Флидтс толкнула его плечом и быстро пошла по коридору, срывая со своей мантии тот значок. Вины Джорджа в этом не было, но он расстроился. Пока не заметил на своём запястье фразу, которую сказала маленькая волшебница — «Хитрый лис». — Просто идиот! — Эй, Флидтс, Хеллоуин ещё не скоро или ты всегда готовишься заранее? — хохотнул Джордж, приобнимая Анджелину, — Может стоит изменить гардероб? — Отсутствие вкуса не исправит разнообразие в вещах, — подлила масло в огонь Джонсон. — Рей, пожалуйста, спокойнее, — стала успокаивать подругу Ринетти, — Они того не стоят.       Рейчел молча и быстро поднялась с места и бросила вилку на стол, от чего та ударилась об тарелку и отскочила в сторону Уизли. Девушка взяла свой дневник, который постоянно носила с собой и поспешила покинуть большой зал.       Такая реакция только подпитывала уверенность Джорджа. Внутри он ликовал, что вывел её на такую эмоцию. Ненависть тоже чувство. И порой даже сильнее любви. — Постой! — окликнул голос Рейчел, которая уже была в конце коридора. — Чего тебе, Уизли? — девушка нехотя повернулась к бегущему к ней рыжеволосого. — Ты же не сильно расстроилась? — Ты же не сильно расстроилась? — передразнила его Флидтс, — Чего тебе надо?! — Ну чего же ты, — Джордж довольно улыбнулся, убирая за ушко выпавшую прять волос Гриффиндорки, — Может я хотел пригласить тебя прогуляться в Хогсмит. — Сначала шутка о моей неопытности с обращением волшебной палочкой, потом подколы по поводу школьной формы, которая, к слову, у нас всех одинаковая. А теперь это, — брюнетка прижала к груди дневник, — Не пойти бы тебе лесом, Уизли?       Обидчивая, сердитая и недовольная Флидтс. Но такая привлекательная и сексуальная. — Что, никто не даёт, поэтому решил попытать удачу со мной? Так знай, тебе никогда ничего не светит, — бросила девушка и развернулась на маленьких каблучках, направляясь к лестнице. — Стой! — Джордж схватил волшебницу за руку и развернув, притянул к себе и сразу же прижал её спиной к стене.       Огонь раздражения и ненависти в глазах Рейчел заводил Уизли. Он быстро приблизился к её губам и накрыл их требовательным поцелуем. — Охреневший! — Флидтс с силой оттолкнула от себя парня и вытерла губы рукавом мантии. — Истеричка! — сорвался Джо. — Фетишист грёбанный! Иди трахни Джонсон. Она только этого и ждёт, — Рей влепила рыжеволосому звонкую пощёчину и буквально рванула подальше от него. — Как скажешь, зайка, — тихо произнёс Уизли, потирая щёку.       Флидтс изо всех сил старалась не расплакаться, пока не дойдёт до своей комнаты, в которой она рухнула на кровать и уткнулась носом в подушку. Она понимала, что он её судьба и яро ненавидела это. Как можно полюбить того, кто отравляет тебе жизнь, кто ненавидит тебя так же как ты его, кто постоянно причиняет тебе боль? Как?       Рейчел старалась полюбить его, несмотря на всё то, что он делал. Она верила, что когда-нибудь это прекратится и Уизли будет относиться к ней иначе. Но ненависть была сильнее этой угасающей любви.       Гриффиндорку добивала связь с Джорджем. К несчастью ей виделись именно те моменты, когда он трахал очередную студентку. И не просто, а с завязанными руками, глазами, иногда и с кляпом во рту. Она видела его глазами, как он грубо втрахивал в постель или стену податливое тело очередной девицы, имя которой он навряд ли вспомнит. Но хуже всего для Рей было то, когда этот рыжий лис занимался этим перед зеркалом. Уизли будто знал, что она это видит: как он кусает мочку уха или нежную кожу шеи; как сжимает грудь девушек в своих жарких руках или как его длинные жилистые пальцы проникали в тесную влажность. Каждый раз он пошло улыбался и кусал губы. Но ни разу не оставил и мелкого поцелуя на теле или губах любовницы на раз.       Каждый раз Рейчел хотелось стереть эту метку или прикончить себя, лишь бы избавиться от этой связи. Один раз ей пришла идея отомстить Джорджу, переспав с его близнецом. Но братья лишь обсудили эту прекрасную и нежную ночку на зельеварении, сидя прямо за спинами Флидтс и Ринетти.       И вот опять. Брюнетка сняла очки и закрыла глаза, чтобы утереть слёзы, но тут эта знакомая белая вспышка. Она снова видит это несчастное зеркало и, как перед ним Джордж грубо имеет Джонсон, которая то-ли кричала от такой грубости, то-ли громко стонала от того, кто её трахал. Уизли сжимал в кулаке её волосы и оттягивал назад, кусал шею и оставлял алые засосы на тёмной коже, но не прекращал смотреть в это долбанное зеркало. Во взгляде был этот огонь желания и похоти, а по шевелению его губ можно было прочитать «Всё, как ты хотела, зайка».       Девушка быстро заморгала. Сердце болезненно сжалось в груди, а по щекам снова потекли горькие слёзы, обжигающие кожу. — Я ненавижу тебя, Джордж Уизли! — крикнула Флидтс, падая на колени.       Короткими, но острыми ногтями, девушка стала царапать запястье с надписью, но она будто всё глубже и глубже впивалась в кожу. Слёзы текли ручьём, из-за чего всё размывалось перед глазами. — Ненавижу тебя… Ненавижу! — вновь сорвалась она на крик, стаскивая со своей кровати дневник и покрывало.       Симпатичная тетрадка в твёрдом переплёте полетела в стену и сразу же упала на пол. Она раскрылась на странице, где всё было исписано словами любви и ненависти к Джорджу. И оттуда же выпала колдография с изображением самого Уизли.       Рейчел достала из ящика своей прикроватной тумбочки большой осколок зеркала, которое она разбила в порыве ярости. Крепко сжав его в руке, от чего острые углы впились в ладонь, волшебница провела им по запястью, прямо по надписи.       Оставляя порез за порезом, Флидтс не переставала плакать, пока не потеряла сознание. Алая кровь стекала по руке на ковёр, образуя небольшую лужу. — Рейч, тут такое дело… — Лея зашла в их комнату и остолбенела, — Рейчел!       Блондинка сорвалась на крик, который скорее всего слышали все Гриффиндорцы в башне, и кинулась к подруге. — Дурочка, зачем ты это с собой сделала? — стараясь не поддаваться панике, Арлея сняла с шеи свой галстук и перевязала им руку девушки, — Я убью тебя и его, если он к этому причастен.       Кровь удалось остановить, но это не изменило состояния брюнетки. Гриффиндорка выбежала из комнаты к лестнице, на которой уже многие собрались от крика. Ближе всех из парней стоял Вуд, его-то Ринетти и затащила в комнату. — Если не хочешь остаться без охотника в этом сезоне, то помоги мне донести её до больничного крыла, — Лея указала на Флидтс, что также неподвижно лежала.       Не понимая, что происходит студенты столпились на лестнице и около неё, но никто не решался подняться и посмотреть. Гостиную заполнил гул, а со временем и заливистый смех, только что зашедших близнецов Уизли и Джонсон. — Оу, малышка снова решила мне отомсти… — оборвался на полуслове Джо, застыв от увиденного.       На руках Оливер вынес Гриффиндорку без сознания и с небрежно перевязанной рукой. Впервые за не долгое время его сердце болезненно кольнуло. — Хах! Только на этот раз со всем факультетом, — рассмеялась Анджелина, думая, что удачно поддержала шутку. — Заткнись! — рыкнул младший из близнецов и рванул к лестнице, по которой спускался Вуд, — Рейчи!.. — Не смей приближаться к ней, Уизли! — крикнула Ринетти, — Это ты её довёл, сердцеед несчастный! — Остынь, — бросил Джордж, забирая на руки девушку.       Он не подал виду, что до чёртиков испугался. Испугался, что из-за его глупости он может потерять свою родственную душу; девушку, которую полюбил ещё до того, как узнал, что она его соулмейт; имя которой шептал, а облик представлял, когда был с другими девушками или ублажал себя сам. — Зайка, пожалуйста, очнись, — шептал Уизли, прижимая к себе тело брюнетки, пока спешил к Мадам Помфри, — Чёрт!       Внутри всё тряслось. Что может быть хуже, чем потерять своего соулмейта из-за своей же ошибки? Пожалуй, только потерять жизнь.       А ведь Джордж не раз видел, когда Рей плакала, запираясь в комнате после его очередного обидного подкола. Не раз видел, как она писала в своём дневничке, что любит его, но потом перечёркивала и писала слова ненависти. — Если потеряю тебя, я себе этого не прощу, — прошептал Джо на ухо брюнетке, прежде чем оставить её одну на койке в больничном крыле.       Мадам Помфри позаботится о ней, он это прекрасно знал. Но всё равно боялся. Перед глазами будто пролетела вся жизнь с момента их поступления в Хогвартс: неудачное знакомство, первая шутка над ней, издёвка, неудачная попытка подружиться, ссора, скандал, первый поцелуй и пощёчина.       А что если Флидтс сама виновата в таком его отношении к ней? Она его оттолкнула, когда он был настроен дружелюбно. Ах да, тогда она была не в духе из-за студентов Слизерина. Тогда как насчёт реакции на его шутку? Хотя шутка была не особо удачной, потому что довела девочку до слёз.       Кто же виноват в этой войне между ними? — Сгинь! — выдавила блондинка, подходя к дверям лечебницы, — Я не знаю, что ты такого сделал, что довёл её до такого. — Остынь, — Джо успел схватить руку однокурсницы, замахнувшейся на него, и чуть сжал запястье, — Чтоб ты знала, я тут не причём.       Как же он ошибается, хоть и понимает это. — Мне плевать на твои слова. Уж пусть лучше она умрёт, чем будет с таким идиотом как ты, Уизли, — шикнула Арлея, отдёргивая руку и заходя в больничный зал.       Злиться на себя или на неё? Кто же виноват, что так случилось? Ответов на эти вопросы не было, но угрызения совести и самокопание сжигали Джорджа изнутри следующие несколько дней.       Джонсон не переставала к нему лезть и убого шутить о случившемся, надеясь понравиться Уизли, ведь тот перестал обращать на неё внимание. Она не понимала, что её использовали только для того, чтобы позлить Флидтс, которая всё ещё была без сознания.       Каждый вечер Джордж приходил к дверям больничного крыла, но не решался зайти. Он искал отговорки для себя что-то в роде «Там сейчас Ринетти, зайду позже. Там уже кто-то сидит, зайду позже. Я бы зашёл, но позже, меня ждёт Фред».       Это продолжалось до конца. — Как там Рейчел? — спросил Оливер блондинку за ужином, — Скоро начнутся матчи, нам без неё никуда. — Нормально, — сухо ответила Гриффиндорка, прожигая взглядом Уизли, — Скоро должны отпустить. — Отлично. О! Вот и она, — кивнул Вуд.       Увидев её, Джордж поднялся, но близнец опустил его на место. Остальные же ученики, кроме Джонсон, были рады ей. Это не могло не радовать Флидтс. Она улыбалась, глядя на всех, но когда посмотрела на Уизли, то на мгновение улыбка с её лица пропала. — Не волнуйся, Олли, завтра точно буду на тренировке, — Рей улыбнулась, присаживаясь рядом с подругой.       Всё обошлось. Её вовремя принесли к Мадам Помфри. Но ещё какое-то время девушке придётся походить с перебинтованной рукой.       После ужина все разошлись кто куда, а Флидтс же направилась к гостиной факультета. Коридоры и лестницы намного интереснее лечебницы. Девушка уже прошла за портрет Полной Дамы и подходила к лестнице, ведущей к спальням девочек. — Иди-ка сюда…       Вдруг её кто-то из ниоткуда схватил за больную руку и потащил за собой. Лица Рейчел не увидела, она зажмурилась от боли. Нет, рука почти зажила, просто этот кто-то очень сильно её сжимал.       Заведя в какую-то непонятную, взявшуюся из неоткуда, комнату, Гриффиндорку прижали к стене. Щелчок замка, тишина и темнота. — Что происходит? — запаниковала девушка, нарушив тишину. — Тише, зайка, — горячий шёпот юноши обжог нежную кожу шеи, — Лучшее ты мне скажи, что происходит… — Дж-Джордж… Отпусти меня, — Рейчел поняла, что это он, потому что так называл её только он, — Мне больно… — Мне тоже, — шёпот Уизли медленно переходил на рычание, — Ты чуть не лишила меня соулмейта. Родственной души. Человека, которого даёт судьба раз и навсегда. — Я тебя ненавижу… — выдохнула Флидтс и шмыгнула носом. — Так же как и я тебя, зайка, — его губы коснулись шеи, — Ты думаешь, что мне было дело до кого-то из всех тех девушек, с которыми я спал, но это не так. Каждая из них была использована, чтобы моя ненаглядная Рейчел обратила внимание. Каждый подкол и шутка выбивали из тебя эмоции, ведь только так ты меня замечала.       Джордж говорил спокойно, целуя шею возлюбленной и поглаживая её талию. Брюнетка только слушала, чувствуя, как по щекам скатывались слёзы. — Я надеялся и ждал, что ты подойдёшь ко мне и ударишь за такое поведение или устроишь подлянку, — одной рукой рыжеволосый забрался под рубашку Флидтс, касаясь её кожи пальцами, — Но ты всего лишь переспала с моим братом. Это весьма больно и... И неприятно… — Джордж, пожалуйста, прекрати, — Рей упёрлась руками в грудь парня, но тот её будто не слышал. — Тогда я решил вывести тебя иначе, но это того стоило. Я получил и сладкий поцелуй, и огонь в твоих глазах, и жгучий след от твоего удара, — второй рукой Уизли чуть сжал ягодицы девушки и прижал к себе, — Ты любишь меня, иначе бы не страдала. Иначе бы не хотела избавиться от метки, от нашей связи. От себя… Ты чуть не разбила мне сердце, милая… — Ты сделал это давно, — волшебница положила руки на его щёки, заставив посмотреть на себя в этой непроглядной тьме. Взгляд ощущался. Она приблизилась к его губам и оставила на них лёгкий поцелуй, — Отпусти меня, прошу… — Не могу. И ты это знаешь, — прошептал юноша в губы брюнетки и накрыл их своими.       Джордж подхватил Рейчел на руки и понёс к кровати, заставив её обхватить ногами его талию, и настойчиво её целуя. Флидтс больше не могла сопротивляться ни Уизли, ни чувствам.       Всё же любовь перевесила ненависть.       В старой, многими забытой, комнате старост юные волшебники разобрались в своих чувствах. От душевных разговоров к приятному «примирению».       Они быстро и нетерпеливо раздели друг друга, прерывая свои сладкие поцелуи. Внутри всё сжималось и приятно покалывало, ведь всё встало на свои места. — Я буду нежным, зайка, — прошептал Джордж в её сладкие губы, проникая в горячую влажность. — Хитрый лис, — выдохнула со стоном Флидтс, прижимая парня к себе.       Уизли двигался плавно, поглаживая изгибы её прекрасного тела, наслаждался её сладкими стонами и запахом её нежной кожи. Такая хрупкая нежная девушка и только его. Так предначертано судьбой. — Как же ты прекрасна, — Джордж снова поцеловал сладкие губы брюнетки, а рукой чуть сжал её грудь.       Необъяснимое чувство удовольствия, спокойствия и наслаждения. Её кожи больше никто и никогда не коснётся, кроме него. Кроме него, никто не оставит поцелуй на её теле или губах.       Сладкие стоны, томные вздохи заполняли комнату старост. Уизли был нежен, каким не был ни с одной из девушек, но ведь они и не были ей, его идеальной Рейчел. Той самой, которая сейчас стонет его имя, подставляясь под поцелуи и прижимая его горячее тело к себе.       Счастливые часов не наблюдают. Это про них. Удивительно, что их ещё не спохватились. Хотя это парочку волновало меньше всего. — Рейч, — тихо прошептал Джордж, восстанавливая дыхание после такой нежной искренней любви, поглаживая девушку по голове, что лежала у него на груди. — М? — Флидтс подняла голову и посмотрела на юношу. — Я люблю тебя. Так было, есть и будет всегда, — он поцеловал возлюбленную в лоб, — И никогда тебя не отпущу.