Случайности неслучайны

Лаура была в шоковом состоянии, она не понимала, что ей делать и как ему помочь. Её мысли роились в голове, не давая сосредоточиться. Целая гамма чувств в одночасье накрыла девушку. Она никак не могла ожидать, что сегодняшний день обернётся такой трагедией.. и.. и встречей с любовью всей её жизни, имени которого она даже не знала. Пока Лаура пыталась удержать кровотечение у парня, довольно быстро приехала скорая: благо люди сумели на станции позвать на помощь. Александра аккуратно положили на носилки, а Лауре помогли забраться внутрь машины и посадили на кушетку возле него. В самом начале Александра привели в чувства и стали спрашивать, какая у него группа крови и резус, на что тот еле-еле выговорил нужную информацию и в бредовом состоянии стал спрашивать у Лауры, как её зовут. — Кккак.. как тебя зовут? Как.. как тебя зовут? Еле шевеля губами, вновь и вновь проговаривал Александр. От большой потери крови у него поднялась температура, он покрылся испариной, лицо его стало бледным, а губы приобрели синюшный оттенок. — Тише, тише, побереги силы. — нежно ответила ему девушка. — Меня зовут Лаура. — Лаура… — блаженно улыбнувшись, вторил ей Александр. — Какое прелестное имя! Из последних сил выговорил парень и снова потерял сознание. Лаура судорожно стала проверять пульс на шее Александра. На долю секунды ей показалось, что она его потеряла. «Нет. Пульс есть. Живой». Облегчённо сказала про себя Лаура. «Стоп, так у нас же одна группа крови и резус совпадает, значит я могу быть донором для него». — Я хочу быть донором, это же возможно? — бойко спросила девушка. — Если у вас группы крови совпадают, то конечно, — сказал фельдшер. Дальше тишина. Они ехали, казалось, вечность. А Лаура всё не могла отвести взгляда от белокурого юноши и жадно разглядывала его, пытаясь запомнить, будто делая фото на память. Чтобы никогда не забыть. Он, казалось, просто умиротворённо спал. Его густые светлые волосы красиво лежали на подушке. Лаура провела рукой по волосам Саши, зарываясь в них своими тонкими пальцами. «Какие густые и мягкие». Они приятно пахли шампунем и солнцем. Аромат волос, одарённых солнечными лучами был особенным и таким родным для Лауры. Таким родным. Как и он. Она нежно провела подушечками пальцев по ямочке на щеке Александра, особо нежно дотронувшись шрама на левой щеке, недалеко от губы. Улыбнулась. «Какой же он красивый!». Ей всегда нравились характерные мужчины, нестандартной внешности. У неё был тонкий вкус, который поймёт не каждый человек. Но именно таких, как Александр она находила самыми привлекательными и уникальными, а он внешне был просто её идеалом. И как же они подходили друг другу. Из раздумий Лауру вырвал голос фельдшера. — Приехали! Дальше происходящее можно было бы описать одним словом: «СЮР». Потому что Лауре, порой, казалось, что в реальности такого происходить просто не могло. В срочном порядке Александра отправили прямиком на операционный стол, а Лауру стали подготавливать для сдачи крови. Так как по дороге в больницу Лауре вправили лодыжку и обкололи лекарствами, то первоначальной задачей сейчас для неё было одно: помочь Александру выжить. Времени было мало. Решено было, что у Лауры будут брать кровь, которая будет проходить через какой-то аппарат, который девушка видела впервые, и уже после этого идти напрямую Александру. И вот испуганную дрожащую девушку приводят в операционную. Она видит юношу, который лежит уже на операционном столе, полностью подготовленный к самой операции. Из-под операционной плёнки виднелась лишь правая рука. Лаура снова увидела эту ужасную рваную рану. Дальше всё как в тумане. Вот её попросили «поработать кулачком», вот уже подсоединили катетер, ведущий к аппарату, вот уже «пролилась» первая кровь. Лаура всё время спрашивала у медсестры, сколько нужно крови будет, чтобы его спасти. Но так и не услышала какого-то вразумительного ответа. — Пожалуй, Вам хватит, это уже слишком опасно! — сказала медсестра и уже хотела было достать катетер, но Лаура резко отдёрнула женщину. — Этого количества крови будет достаточно, чтобы его спасти? — Нет, милочка, ему понадобится больше крови, конечно, но мы уже тогда будем брать нулевую, что же поделать. — Тогда продолжайте брать кровь! — решительно произнесла девушка. — Я прекрасно себя чувствую, мы можем продолжать. — Ну, смотрите сами, если станет хуже, говорите. — ответила женщина. Похожий диалог продолжался ещё два раза. Дальше девушка уже стала в истерике кричать на врачей, чтобы они могли спокойно продолжать операцию, а медсёстры в это время пытались вразумить уже обессиленную и «опьянённую» адреналином Лауру, говоря, что это уже опасно для её жизни и никто не хочет брать на себя такую ответственность за такую безрассудность. — Давайте, несите свою бумажку, я подпишу, что в случае моей смерти, никто из вас не несёт отвественности! — уже со злостью сказала она. Она была навзводе. Лаура понимала, что в случае смешения крови у юноши будет меньше шансов на хорошее восстановление после операции, а так как ситуация была сложная, то вопрос стоял ребром: очнётся или нет. А она не могла этого допустить, она обязана была приложить все усилия, чтобы он выжил! Врачи пошли на огромный риск, но решились на уступки. Никто до этого не видел ничего подобного. Чтобы кто-то так готов был пожертвовать своей жизнью ради другого? Лаура написала расписку и немного успокоилась. Вообще, она была уже в какой-то полудрёме, находясь где-то в чертогах разума, где они с этим чудесным парнем оба живы-здоровы и гуляют по берегу Балтийского моря, где-то в Янтарном. Разговаривают, смеются и просто растворяются друг в друге. — Я так рада, что нашла тебя, родной! Больше не уходи от меня. — Ну что ты, никогда! Мы всегда будем вместе, обещаю. ….. — Ох! Ты же мне так и не сказал, как тебя зовут? — (смеётся) Меня зовут А… … У неё падает пульс, мы её теряем! Срочно под капельницу и звоните в соседние больницы. Теперь уже ей требуется переливание крови! Уже еле-еле способная соображать, Лаура слышит голоса, где-то там, очень далеко, которые постепенно начинают стихать. В конце концов, обессилив, девушка отключается. И последняя мысль проносится перед этим: «Так ты не договорил своё имя.»