Тайны семьи Исаевых.

Ирина Полякова.        Праздничный ужин прошел весело. Отец поздравил меня с успешной сдачей экзамена по математике. Каверина на ужине не наблюдалось, но я не сильно расстроилась. После ужина я пошла спать, а ребята снова куда-то смылись. Я за ними не следила, потому что краем уха слышала, что ходят они по ночам в подземелья, а я не хотела туда спускаться, по одной простой причине, я в этом ужасном месте росла, некоторое время, после того, как Лариса родив Соню сбежала от Володи.        В общем эти подземелья были моей тюрьмой, я мечтала оттуда выбраться и благодаря Петру Морозову нам с Соней это удалось. Правда я до сих пор не знаю причины, по которой Пётр Морозов в буквальном смысле чуть не убил Колчина, только бы забрать меня из этого ада.        На следующий день я пришла на тренировку, которую мне назначил Павел Петрович и то, что я увидела повергло меня в шок. Павел Лобанов и Елена Крылова целовались прямо в спорт зале. Первой моей мыслью было: «Интересно, что Крылова забыла в спорт зале?» А затем в мое голове появились другие мысли: «Знает ли отец об изменах своей благоверной? И какого Павлу быть на вторых ролях?»        Хотя если так подумать, он может и не задумываться об этом. Я немного постояла подождала, подумала, что возможно они сами отлепятся друг от друга, но увы мои ожидания не оправдались. Я достала телефон и сфотографировала их страстный поцелуй. При этом сказав: — Какой красивый снимок, мой отец оценит.        После моих слов Павел и Елена отскочили друг от друга, а Елена увидев в моих руках телефон взревела: — Не медленно отдай мне телефон! — Ага, щас! Бегу и спотыкаюсь, я лучше эти снимки отцу покажу, пусть посмотрит, какая у него «верная невеста». — с издевкой в голосе сказала я и вылетела из зала.        Первое место куда я побежала была кухня. — О, чего не на тренировке, ты же вроде туда собиралась? — спросил Володя. — А я и пошла, но застала там милующихся Гиену и Павла. — сказала я и только тут заметила появление Галины Васильевны.        Галина Васильевна посмотрела на меня и головой покачала, а затем сказала: — Совсем уже совесть потеряли, как они еще на людях не целуются? — Может просто мы не видели? — весело спросил Володя и подмигнул мне, а я вспомнила про телефон. — Я сняла их на телефон и теперь Елена хочет отобрать у меня сотку. — пожаловалась я, шмыгнув носом. — Дай сюда свой телефон. — сказал Володя и я вложила телефон в руку Володи.        Спустя минуту на кухню влетела Гиена на пару с моим отцом и потребовала: — Дай свой телефон! — С какой стати? — спросила я. — Дай я сказала? — взбесилась Гиена и кинулась на меня.        Тут на мою защиту встали отец и Володя. Володя закрыл меня собою, а отец постарался ухватить ее сзади. — Лена, прекрати! — взревел отец. — Ты должен верить мне и делать то, что я скажу. — сказала Гиена. — В первую очередь я нужен и должен дочери, а уже потом всем остальным. — жёстко сказал отец. — Вот так, да? Ну и ладно! — сказала Гиена и поцокала каблучками из кухни.        Я забрала телефон у Володи и отдала его отцу. — Полюбуйся на свою благоверную. — сказала я и показала отцу фото.        На отца было больно смотреть, но лучше, чтобы он сейчас узнал правду, чем потом мучился всю жизнь с этой гадиной. — Ладно я пойду, у меня еще дел много. Пап, прости, что так всё получилось. — сказала я. — Всё хорошо, ты правильно сделала. — успокоил меня отец, но я видела, что ему очень плохо.        К Павлу я все же решила зайти. — Сегодня урока не будет. — сказал Павел Петрович. — Я собственно не на урок, а к вам, поговорить хотела. — сказала я. — Интересно, о чем? — спросил Павел Петрович. — О том, что я увидела здесь. — сказала я, а затем добавила: — Да кстати, мой отец в курсе вашего с Еленой Сергеевной романе. — Ты всё время говоришь «мой отец», но причём здесь Пётр Морозов? — спросил Павел.        Я посмотрела на него не с пониманием, а потом звонко рассмеялась. — А с чего вы собственно говоря решили, что я о Морозове говорю? — спросила я. — Ну, я слышал, как ты его папой называла. — сказал Павел. — Павел Петрович, а какая у меня фамилия? — спросила я и посмотрела учителю в глаза. — Полякова. — начал Павел Петрович и чертыхнулся. — Ты дочь Виктора! — сделал-таки правильный вывод Павел Петрович, а потом снова спросил: — А почему ты Петра Морозова папой называешь? — Он меня вырастил, заботился обо мне. Кого мне нужно было отцом называть, если не его? Хотя было время, когда я называла отцом Володю, я тогда маленькой была. — вдруг начала я рассказывать. — А где мать? — спросил Павел недоуменно. — Ее нет, для нас с сестрой она умерла семь лет назад. — сказала я.        Павел не стал расспрашивать дальше, за что я была благодарна. Немного помолчав я сказала: — Павел Петрович совет на будущее так сказать, разорвите отношения с Еленой Сергеевной, ничем хорошим для вас это не закончится. — Я разберусь сам. — сказал Павел.        Я пожала плечами и ушла из спорт зала. — Ну, как первая тренировка? — спросили девочки. — Никак, не было тренировки.- буркнула я.        У меня было очень плохое настроение. — Что-то случилось? — спросила Вика. — Моральные силы на исходе, устала. — ответила я. — Да это не удивительно, на тебя столько всего навалилось. — понимающе сказала Даша, а кивнула на слова девушки. — Ну, что как там ваше расследование поживает? — спросила я. — Какое расследование? — спросила Даша. — Не делай из меня дуру. Думаешь я не вижу, как вы уходите по вечерам и возвращаетесь в свои постели только за пару часов до рассвета? — спросила я.        Девочки явно не знали, что им делать и стоит ли вообще говорить мне о том, что они узнали. Девочки ответить не успели, так как на мой телефон пришло сообщение от крёстного, которое гласило: «Наталья Колчина в подземелье. Код 1979. У тебя есть три часа, чтобы ее вытащить. Больше ничем помочь не смогу.»