ЗЕРКАЛО БЭНКИ

В нашей «штаб-квартире» (как я ее называла) в маленьком городке Районг, в один из вечеров мы лежали с Бэнком, оба на спине, укрывшись до подбородков одеялом. Окна все были раскрыты нараспашку, чтобы по комнатам гулял сквозняк. Стоял гул от напольного вентилятора, который тоже работал. Но гул этот не был навязчивым. Наоборот, он укачивал, как волны океана, рядом с которым мы жили тогда: всего лишь пять минут пешком до пляжа… Мы лежали молча на нашей высокой кровати и держались за руки. Под огромным пуховым одеялом, привезенным из России. В тот душный поздний вечер, в полной темноте. Чуть поблескивал только дисплей вентилятора с заданным на нем режимом работы. Ночным режимом. Я начала уже совсем погружаться в сон, когда вдруг услышала негромкий, сонный голос Бэнка: — Знаешь, я вспомнил один сон. До нашей с тобой встречи я видел тебя во сне. — Вот как?, — Таким же сонным голосом отозвалась я и повернулась к нему, отпустив его руку, — Расскажи. Мне интересно. — В том сне я сидел на широком диване в незнакомой мне комнате, а ты сидела рядом, в кресле, и мы с тобой говорили… — По-русски, или по-тайски? — Улыбнулась я, — Говорили на каком языке? — Я не помню, на каком языке мы говорили, — отозвался он, поворачиваясь ко мне, взглянув на меня своими прекрасными глазами коньячного цвета, поблескивающими в темноте, — но мы прекрасно понимали друг друга. И я еще помню, что на тебе был красный свитер. — Постой-ка, дай мне рассказать дальше! Я приподнялась на локте и наполовину вылезла из-под одеяла, поправляя волосы и встряхиваясь ото сна: — У тебя были губы накрашены красной помадой… И нам с тобой в той комнате, совершенно не знакомой, ни тебе, ни мне….. стало почему-то очень смешно. И мы рассмеялись с тобой оба в голос, и ты меня потянул на себя и я чуть-чуть на тебя не упала. А твое лицо и твои такие красные губы оказались так близко! Ты чуть подвинулся ко мне и поцеловал меня. Чуть чмокнул своими красными губами. А я после этого, когда твое лицо было от моего так близко, замерла ненадолго и подумала: «Боже, он так близко и скоро все это закончится, ведь это сон!» И я взяла твое лицо своими ладонями и заглянула в глаза тебе, спросив: «Слушай, ведь если Танапон…. Могу я называть тебя ТанА?» А ты, не отстраняясь, сказал: «Ну да, если так, то логично называть меня ТанА» И я еще тогда быстро-быстро спросила у тебя (так как это всего лишь сон, который очень скоро закончится): «А если я скажу тебе, что я тебя люблю…. Ты этому поверишь?..» — И все, Бэнки, сон оборвался. И это Я видела его, еще до нашей встречи!.. Бэнк уставился на меня своими карими глазами. — Невероятно, — выдохнул он, — все так и было, я говорю тебе, что Я видел его. Год назад, или полтора года назад… И я запомнил этот сон, потому что он был очень захватывающий, очень четкий, словно все происходило наяву. —Получается, мы оба видели этот сон. Это наш с тобой Сон, один на двоих. Подумать только, как мы были далеки друг от друга и даже тогда между нами была связь. —Да, Брайт…. Ты – мой Соулмейт. Принеси мне молока? — Конечно, сейчас принесу, Бэнки! Я отправилась к холодильнику, высвободившись из-под нашего большущего пухового одеяла, под которым мы любили спать в жару. — Я просил тебя не называть меня Бэнки, — проворчал Соулмейт, — но тебя разве убедишь… — Сейчас, подожди немного, Бэнки, я подогрею, — с улыбкой отозвалась я, оборачиваясь к нему.