Всё, что захочешь

Михаил привёз меня в престижный новый район. Дома там росли быстро, как грибы, - небольшие четырехэтажные на два подъезда. Когда он завёл меня в квартиру, то я малость окосел от огромной жилплощади. Широкий коридор, большая кухня, рядом через стенку гостиная, лестница на второй этаж. Я догадывался, что там существует спальня и, наверняка, ванная. Интересно, зачем ему одному такая большая квартира? Шеф устроил небольшую экскурсию. Меня поразила спартанская обстановка. В гостиной кроме дивана и небольшой горки с телевизором ничего не было. В кухне гарнитур и стол со стульями. Кстати, между кухней и коридором был небольшой туалет с душевой кабинкой. На втором этаже, как и предполагалось, была спальня с огромной кроватью и встроенным шкафом, рабочий кабинет, где стеллаж с длинными полками занимал почти всю стену, и стоял строгий офисный стол, на котором находился ноутбук. На стеллажных полках сиротливо стояли в небольшом количестве книжки. Некоторые поверхности вообще были пустыми. Пластиковые окна казались голыми. Чего-то не хватало. Через минуту я понял чего, - штор. Огромная лоджия, соединяющая спальню и кабинет, была застеклена. - Раскладывай своё добро, - шеф завёл меня в ванную. Я попытался собрать в кучку глаза, которые разбежались, разглядывая большое кафельное помещение с джакузи, душевой кабинкой и белым фаянсовым другом. Ещё здесь было большое зеркало с подсветкой, раковина под ним, вмонтированная в тумбочку. По бокам зеркала блестели полочки с мужскими принадлежностями наведения красоты и создания благоухающего тела. На свободную полку я и пристроил свою скромную дешёвую пену для бритья, станки и одеколон. - Иди сюда! Я пошёл на голос босса и оказался в спальне. - Вещи можешь повесить сюда. – Под лёгким движением руки Михаила дверка шкафа отъехала в сторону. Зашибись! У меня мама всегда мечтала о таком встроенном шкафе. - Не стесняйся, - шеф понял моё состояние, - теперь это и твой дом. Да, конечно. Только чувствую я себя здесь, как в гостях. Я открыл сумку. Оказывается, мама успела мне сложить все вещи, которые я приобрёл в Мюнхене, да ещё заботливо сложила моё нижнее бельё с носками. Неплохо собрала сыночка. Забытая обида снова прокралась в сердце. Оглядев полки, я заметил, что вещи Михаила лежали в строгом порядке. Мне тоже так надо? Обычно на моей полке всё валялось вперемешку. Мама вечно ругалась, что у меня там чёрт ногу сломит. Тяжко вздохнув, я стал складывать трусы и футболки аккуратной стопочкой. Замечательное занятие! В шкафу нашлось несколько пустых плечиков. Пришлось повесить всё на них. В спальне стульев не наблюдалось, на которые я привык скидывать вещи. - Юрка, пошли, сполоснёмся. – Шеф дефилировал уже в одних трусах. – Я джакузи приготовил. О, мама миа! Мы вместе будет плескаться в этой лохани? Я стянул с себя одежду и покорно прошёл в ванную. - Залазь ко мне. – Михаил скинул плавки и опустился в воду. Пришлось под его взглядом стащить трусы и залезть к нему в джакузи. - Повернись спиной. – Сильные руки развернули меня, пристроили моё тельце между длинных ног и прижали спиной к груди. Попа моя соответственно оказалась прижатой к паху, где немаленькое достоинство шефа стало ощутимо расти. - Юрка, - ладони в мыльной пене заскользили по моей безволосой груди. Ну, нет на ней никакой растительности. – Какой же ты гладенький! - Ага, - согласился я. – А вы мохнатый. Шеф засмеялся. - Юр, скажи мне «ты». Не в средневековье же живём. - Ты. – Действительно, раз мы уже живём вместе, то пора привыкать. Я закрыл глаза, навалился на Михаила и поплыл куда-то от нежных прикосновений и приятного тепла ванны. Хорошо. Оказывается, что совместное купание – клёвая вещь! Вспомнилось купание маленьким с резиновыми игрушками, с пусканием мыльных и подводных пузырей. Сначала приходила мама, чтобы потереть мне спинку. Потом я стал стесняться. Она всё равно ломилась в закрытую дверь. Я натягивал плавки и открывал ей ванную. Наконец, я взбунтовался и сказал, что уже взрослый мужик и спину себе буду тереть сам. Вот так и закончилось моё детство. - Юрка! Я удивился, почему мамуля говорит басом и разлепил глаза. У мамы были мужские руки. - Мамочка, а почему у тебя такие волосатые руки? - Чтобы покрепче обнять тебя, - пробасила «мамуля». – Юрка, ты спал как сурок. Ой, я совсем забыл, что лежу в ванной с Михаилом. - Всё. Вставай, лемур обыкновенный. - А почему обыкновенный? - По кочану, - недовольно проворчал босс. Я поёрзал, не понимая спросонья, что это такое твёрдое упирается мне в бедро. Запоздалая догадка просочилась в мою голову. Надо же! Даже моя бездвижная туша вызывала буйную реакцию у Миши. Мне это так польстило, что я почувствовал доселе неизвестный укол совести. Я тут дрыхну, понимаешь, а любимый героически оберегает мой сон. Ну, всё, Миша. Пришла пора тебя благодарить. Благодарность моя не знала границ, начавшись в джакузи и бурно закончившаяся в огромной постели. В этот раз были все удобства в виде лубриканта и необъятной площади, на которой можно было хоть джигу танцевать. Хм, а мне нравится такая семейная жизнь. И так приятно засыпать в крепких объятиях. Определенно, это чудесно! - Юрий! – меня кто-то шлёпнул по заду. – Свари мне кофе. Тот самый, который ты мне приносишь в кабинет. Это что за фигня? Я открыл глаза и посмотрел на часы. Издевательство. Ещё целых полчаса можно поспать. - Мне омлет, - пробормотал я и повернулся на другой бок. - Вставай и готовь. И кофе! Чёрт! Разбаловала моя мама Михаила. Хрен его знает, как варится этот кофе. - Щас, - протянул я. – Дай хоть пять минут поспать. Меня бесцеремонно выдернули из-под нагретого одеяла. - Шевели своей задницей. Пришлось плестись в ванную. Я открыл воду, нагнулся и сунул голову под кран. Это испытанный метод, чтобы проснуться. - Очаровательный вид. Я дёрнулся от вкрадчивого голоса, с трудом вспоминая, где мои труселя. Не дожидаясь домогательств до моей выпяченной части тела, я закрыл воду и пулей вылетел из кафельного царства. - Мама, - прошептал я в трубку, запершись в туалетной комнате внизу, - скажи, как варить кофе? - Возьми турку или маленькую кастрюльку, насыпь столовую ложку молотого кофе, добавь щепотку соли и залей стаканом кипятка. Поставь на плиту и включи её на максимум. Никуда не уходи. Как только кофе начнёт закипать, сними кастрюлю с плиты. Всё. - Спасибо, мамуль, - я смачно чмокнул телефон. – Кстати, доброе утро. - Всё хорошо? - Да, просто отлично. Пока. На кухне я стал искать турку. Безуспешно. Так, может тогда есть кастрюлька? - Миша, - странно, это имя мне вдруг легко далось, - у тебя есть турка? - Есть. – Хозяйская рука открыла шкафчик и выудила оттуда кофейное приспособление. - А кофе где? - Тут. Мне под нос сунули кофемолку. Я, следуя ЦУ своей мамули, насыпал кофе в турку. Михаил включил чайник. - Я могу ещё яйца варить, - похвастался я своими кулинарными способностями. - Сойдёт. Давай. Я бриться, а ты загружай яйца. Залив кофе, и пристроив его на плиту, я полез в холодильник. Мда. Не густо. Но яйца всё же присутствуют. Запахло кофе. Метнулся, сдирая турку. Фух. Чуть не убежало. Так, яйца. Хоть здесь проблем нет. Когда зашёл Миша, вода уже булькала, и я засёк на часах пять минут. - Иди, я сниму. – Босс отпустил меня умываться. Через несколько минут мы сидели за столом и ели яйца под майонезом. Кофе получился как у мамы. Ура! И некому ворчать, что я сижу за столом в трусах. Михаил сам сидел в трусах и маслеными глазами смотрел на меня. Почему-то мне подумалось, что стоило надеть штаны. Внутренний голос меня не подвёл. На мои возражения, что мы можем опоздать на работу, Михаил заявил: - Опоздание засчитается только тебе. Я – начальник и могу задержаться по уважительной причине. Уважительная причина шефа была в полной боевой готовности. Вот теперь я оценил подъем на полчаса раньше. На работу мы успели. Михаил согласился подбросить меня на своей машине. В офис сначала вошёл я. Минут пять спустя, появился довольный шеф. - Здравствуйте, Михаил Алексеевич! Главбух обернулась на мой звонкий голос. Кажется, я перестарался с приветствием. Шеф кивнул мне, как чужому. Афишировать наши отношения он не торопился. Ну, а что я хотел? Пока я сижу перед этой идиотской дверью, рассчитывать на равенство и братство не приходилось. Значит, надо приложить усилия, чтобы самому сидеть за подобной дверью. Думай, Юра, думай. И тут я вспомнил об учёбе, что предложила мне фрау Луиза. Ну, всё, МихалСеич, ты пошлёшь меня учиться. Я хочу, чтобы ты меня уважал целиком и полностью, а не только филейную часть моего тела. И я добьюсь своего.