Всё, что захочешь

Целую неделю Миша мне разрешил поболеть. Правда, на работу я собрался уже в среду. - Куда лыжи намылил? – Михаил тут же преобразился в грозного босса. Его левая бровь строго приподнялась. Да, игра бровями – это любимый конёк Миши. У меня вот так не получается. Тренировки перед зеркалом привели к нулевому результату. - На работу, - честно ответил я, натягивая брюки. - Сиди дома. Ты ещё такой бледный, что краше в гроб кладут. - А может, мне взбледнулось, - вспомнился вдруг популярный анекдот. Я стрельнул глазами из-под опущенных ресниц. Вот что у меня профессионально получается и на самом высшем уровне – это стрельба глазами. - Юрка, ты человек-позитив. Во всём найдешь положительную сторону, - Миша притянул меня к себе. Облизал губы, глядя мне в лицо затуманенными глазами. Знаю я этот взгляд, от него у меня озноб по коже. – Мне нельзя сегодня опаздывать, - вздохнул он, и с видимым сожалением разжал руки. – Но я всё наверстаю вечером, если ты уже в форме. - Мне скучно и грустно без тебя, - пожаловался я. - Тогда найди себе занятие здесь. И тут моё сознание взбодрилось. - Миша, а можно я наше жилище в настоящий дом превращу? - Не понял. Разве это не дом? – теперь уже вслед за левой бровью поползла и правая. - Дом, но не очень уютный. Вот штор, например, тут нет. Голо как то. - Да всё руки не доходят. Гардины то я повесил, а шторы некогда. Подбирай, вешай. Стремянка в кладовке под лестницей. Только не свались, чудо-юдо моё. - Почему-то от этого прозвища стало так тепло! Я проводил Мишу и сразу стал звонить маме. Выяснил у неё наличие хорошего магазина с приемлемыми ценами и быстренько поскакал туда. В салоне готовых штор я почувствовал себя звездой дизайнерского искусства оформления домашнего интерьера. Во мне проснулось странное и ранее незнакомое чувство прекрасного. Я бродил по огромному помещению, придирчиво рассматривая лёгкий тюль и плотную ткань портьер. Наконец, я выбрал одежду для окон и вышел с покупками на улицу. Метров через сто от магазина я вдруг услышал возглас: - Юра? Я повернул голову. Около меня стоял мужик, отдалённо напоминающий моего биологического папочку. Только этот мужчина был пузатым, с густой щетиной на расплывшемся лице и красными глазами алкаша. Потрепанная и видавшая виды замусоленная куртка, мятые спортивные штаны… Дальше я рассматривать папашу не стал. - Сынок, а я тебя сразу узнал. Ты очень похож на мать. Я стоял и молчал. Передо мной находился абсолютно мне чужой человек. - Какой же ты стал, - скользкий как змея взгляд неприятно ощупывал меня. – Видать, хорошо живешь. Прикид какой дорогой. Отвечать не хотелось. - Работаешь? - Да, в фирме, - выдавил я из себя. - В какой? - Тебе какая разница? – меня уже напрягал этот разговор. – Я пошёл. - Угости папу сигареткой, - настырный мужик не отлипал. - Не курю. - Я уже поспешно пытался уйти от его назойливости. - Правильный, да? Для папы сигарету пожалел? Возникло желание развернуться и дать по противной харе. - Нет у меня сигарет. – Я ускорил шаг. Быстро заскочил в подъехавший автобус. Двери закрылись, и я с облегчением вздохнул. Знаменательная встреча закончилась на самом интересном месте и, как я надеялся, уже продолжения ей не будет. Как я ошибался в тот момент! Дома я занялся наведением красоты. Это успокаивало. После разговора с папочкой меня ощутимо потряхивало. Проявился нежданно-негаданно. Через час моего пыхтения квартира приобрела жилой вид. Я даже удивился, что смог так удачно всё подобрать. Может, бросить маркетинг и пойти в дизайнеры? Хлопоча на кухне, я зарядил продуктами хлебопечку и поставил плов в мультиварку. Правильно мама говорила, что даже ребёнок может справиться. Оказывается, что интернет – это не только «ценный мех, но и полезный диетический продукт». Другими словами, если вы умеете правильно пользоваться интернетом, то он вам поможет во всём – от ремонта до кулинарии. Мама дала мне кучу ссылок на полезные домашние сайты. Для полного счастья мне оставалось только правильно поговорить со стиральной машиной, что стояла у нас в ванной. Я сильно подозревал, что Миша её никогда не запускал. На эти мысли навёл случайно увиденный мной под ванной мешок с меткой прачечной. К вечеру я всё же устал. Наблюдая за Мишей, как он уминает плов и, ковыряясь в своей кашке, я всё думал, рассказать ли ему про «радостную» встречу с папаней или нет. Поразмыслив, я решил не грузить его своими проблемами. У него и так хватает тех, что на работе. Миша довольно жмурился, поглядывая на лёгкие шторки в кухне. От них и запаха еды стало по-домашнему уютно. - Ты заслужил поощрения, - он хитро улыбнулся, показывая белые зубы. Да, Михаил был совершенен во всём. Начиная с волос, которые всегда лежали безупречно, волосок к волоску, и заканчивая фирменной белоснежной улыбкой, которая теперь стала часто посещать любимого. Мечта, а не мужчина! И эта мечта была в моих руках. ***** В понедельник я уже был на работе. С каким-то удовольствием занимался делами, печатал, бегал по этажам. В руках всё спорилось. Оказывается, что и работа может приносить удовлетворение. Настроение просто замечательное… было. - Скажите, где я могу найти Стефановского Юрия? – Мужской голос из коридора заставил меня замереть. - Пройдите прямо. Он сидит перед кабинетом директора. Я с холодом в груди ждал, когда возникнет мой нечаянный гость. Он не заставил себя долго ждать. Папочка на этот раз был в чистой старой куртке и побритый. - Юрий, хорошее местечко у тебя. - Как ты меня нашёл? - Это не так трудно, как ты думаешь. – Мужик, называвший себя моим отцом, подошёл к моему столу и уселся напротив меня. - Что тебе нужно? - Алименты. Зарабатываешь ты неплохо, как я погляжу. Пора помогать папе. От такого нахального заявления у меня закончился воздух в лёгких. - Какие алименты? Ты в своём уме? - Такие. Я – больной человек. Работать не могу. Тебе как удобнее? Сам будешь деньги давать или иск написать? Моему возмущению не было предела. Да, папочка платил когда-то на меня алименты, но продолжалось это недолго. Как говорила мама, он задолжал нам за три года. Но приставы так и не смогли из него выколотить долг. Он только поработал на принудительных работах на пользу государства. Больше он так и не работал. А когда мне исполнилось восемнадцать, про долг благополучно забыли. - Ты. Ничего. От меня. Не получишь. – Я подскочил со своего места, еле сдерживаясь, чтобы ему не накостылять. Грёбаное мамино воспитание не давало мне поднять руку на это убожество. - Что за шум, а драки нет? – из кабинета выглянул Михаил. - О! – расплылся в мерзкой улыбочке папочка. – Товарищ начальник! Пойдите старому человеку навстречу. Вот гад! Ему чуть больше сорока, он ровесник моей мамы. - Объясните вашему подчинённому, что родителей надо уважать. Услышав упоминание о родителях, Михаил сжал зубы и уставился на наглое явление, что сидело перед его кабинетом. - В чём дело? – сухо осведомился он. - Алименты мне Юрий должен. - Ничего я не должен! – закричал я, сжимая от негодования кулаки. – Это он должен мне за три года! Чтоб он сдох! - Кто это? – Миша посмотрел на меня. - Папочка родимый, - зло проговорил я. Внутри меня уже всё кипело и грозилось вырваться наружу. Я еле сдерживался, чтобы не сорваться и не двинуть заботливому папочке по его бессовестной харе. – Требует с меня алименты, а сам не видел меня уже лет пятнадцать. И алименты последние три года перед совершеннолетием не платил. Михаил поднял глаза на мужика. Под его тяжёлым взглядом папаня вдруг сжался. - Значит, так, товарищ родитель. Права будешь качать в другом месте. За такие долги в тюрьму садят. Руки босса схватили папашу за грудки. - Ещё раз сюда явишься, подам на тебя в суд. Понял? - По… понял, - папаня от испуга даже стал заикаться. Было на что посмотреть. Я бы тоже на его месте стал заикаться. Михаил метал гром и молнии. Холодная ярость лилась из него. Даже мне захотелось тут же смотаться отсюда подальше. И тут Миша сделал то, что я хотел ещё осуществить в самом начале разговора. Отпустив нашего «гостя» и аккуратно оправив на нём куртку, он врезал ему в солнечное сплетение. Неожиданно. Резко и жёстко. Беспощадно. - Проваливай, - пренебрежительно брошенные слова заставили разогнуться скорчившегося папочку. – И помни, за Юрку убью, не побрезгую. Мужская фигура шатающейся походкой двинулась к выходу. Из коридора на нас смотрели испуганные и потрясённые лица наших дамочек. Видимо, они выскочили на шум, разносившийся по офису. Единственно, кто смотрел на меня понимающим и каким-то торжествующим взглядом, это главбух. Мне стало не по себе. Почему-то подумалось, что спокойная жизнь закончилась. - Что стоим? Работать, - распорядился шеф и ушёл в свой кабинет, хлопнув дверью. Все тут же разошлись. Лишь Светлана Алексеевна задержалась. - Молодец, Юрочка. Значит, все приёмы хороши? Ну, ну. – Она гордо удалилась, довольно задрав подбородок. Я, ничего не понимая, опустился на стул. Что задумала эта офисная крыса? Снова заболел живот. Но не от моей болячки. А от предчувствия надвигающейся угрозы. Я понимал, что меня хотят ударить побольнее. Только когда это будет? От неизвестности похолодели кончики пальцев. Оставалось просто ждать. На что намекала эта злая тётка, говоря про приёмы, я не догонял. Тупая башка! Мне бы чуть мозгов побольше и можно было бы многого избежать. Я ещё не знал, насколько люди могут быть подлыми. Я никогда не сталкивался с женскими интригами и сплетнями. Спасибо Светлане, научила на всю жизнь. Но это будет позже. Пока она дала мне спокойно пожить. Пока, но недолго.