My life is not worth a cent.

[Накахара Чуя] [Сон] Каждый день этот скумбрия  бинтованая пристаёт ко мне... говорит что я красивый... но это не правда? Верно? Если поднять мою рубашку то рёбра можно будет пересчитать.. Я давно обращался с этой проблемой Мори, но ответа на мой вопрос 《Почему я так худ, Мори-Сан?》 Я не получал. Хотя, кажется я знаю ответ... рпп? А что это ещё может быть? Не анорексия же . . . А может?.. Где то в пространстве сна глаза открываются. Белые потолки , Дадзай стоит рядом и подбрасывает цент. Монета крутится и падает холодом на грудь рыжего. Смотря на результат шатен лишь усмехается, говоря: — Твоя жизнь, как и моя, не стоят столько. Она не стоит ничего. — После сказанного силуэт удаляется в чёрный проход. [Проснулся] Рыжий Дьявол весь в холодном поту. От чего он сам не понимал. Не понимали стены, рыбки.. не понимало восходящее солнце. Не понимала квартира. Не понимал футон, нагретый худощавой тушой. На часах пять утра, спать уже не хочется, хоть и возвращение было поздним. Сегодня Босс смиловался и оставил всех подченённых дома. Выходной... единственный, за последние недели  три... если уж не за последний месяц, но выходной... Кому написать о переживаниях? А никому. Никому нельзя доверять свои переживания и свою тушу. Верно ведь? Верно. Занимать свою голову ненужной информацией не получилось, написал Ода... горит? Кто горит? Ода...? Спросонья Чуя не соображал, а когда сообразил, подорвался, набрал Осаму, оделся, выехал. [От лица Осаму Дадзая] Утро выдалось плохим, Чуя в панике позвонил и сказал что Ода горит. Почему Накахара переживает за Оду?.. Ладно, всё равно. Я быстро собрался и выехал по месту жительства Сакуноске. Приехав там был Чуя-чиби, Оду забирала скорая, дом горел последние минуты. Я не умел плакать и кричать до этого момента. Я умел лишь скрывать свой внутренний мир за маской шута. Мой пронзительный крик , наверное, услышал даже Ода, сквозь пучину тьмы и комы. А слёзы скапливались на асфальте, впитываясь в него. . . Если бы не знакомый до ужасти силуэт, с рыжей макушкой, наверное покатил бы я в психушку, а не домой. Тонкие руки обняли меня, они не отпускали пока я не успокоился... Чуя... Слизняк.. меня словно током пробило сказать одну фразу.. — Наша жизнь не стоит и гроша, только его жизнь стоит миллионы. Его будто холодной водой окатило... он прижал сильнее, почти ломая рёбра. Он. . . Он разозлился на эти слова? Черт его знает. Когда я успокоился, а сознание вышло из тумана он стоял передо мной что-то гневно говоря. — Я хочу проведать Оду. Надо к нему в больницу. — счеканил я и мы побрели к моему авто. Оно было дорогим... Чуя , как только садился в него, сразу начинал курить, его сигареты пахнут не очень приятно. Будто какая-то дешёвая паль. Вдавив педаль газа в пол мы понеслись в больницу, куда отвезли Сакуноске. Я люблю скорость и всё что с ней связано, я люблю риск и экстрим. Но, слизень всегда вжимался и крыл меня матом за такие выходки. Он смешной. Доехав и войдя в больницу, нас встретил из воздуха взявшийся Рюноскэ. Видимо... бедный тоже переживает за моего приятеля. — В какой он палате ?— Спросил я с холодом. Кажется, от моего тона голоса у бедного Рю пробежали мурашки по коже. — Три два, — ответил Аку, который трёсся как осиновый лист. Мы быстро поднялись по лестнице. Как я хотел зайти , меня остановил врач. — Туда нельзя. — Почему же? — Тяжёлое состояние, нельзя — Мгм. Мужчина в белом, как снег, халате онулировался из поле зрения, а я, Чуя-чиби и Акутагава - кун просто сели на скамью и ждали. Чего ? Мы сами, скорее всего , не знали. А я погрузился в воспоминания о Сакагучи, о Оде, как мы сидели и выпивали... да.. были времена , но, было такое месяца три назад, а сейчас Сакагучи у Чёрта на куличиках. С глаз опять потекли слёзы.. что за ? Я раньше считал что вовсе не способен на грусть и печаль. Гном , хах, заметив моё состояние аккуратно взял меня под руку. Остальное как в тумане. Очнулся я в кабинете Мори-сана... рядом с ним был седой мужчина. Кто это? — Дьявол, он очнулся. — сказал он. Я знал , что Огая называют Дьяволом... это он дал ему такое прозвище? — О. Спасибо Мой Мотылёк, выйди пока из кабинета. Мужчина с катаной вышел... Мой? Мой Мотылёк? Господи... Я уже боюсь его. — Дазай, лучше побыть тебе дома и отдохнуть на пару с бутылкой сакэ, А не сидеть на работе.. — Хохо.. было бы всё так легко, Мори-сан. — Он прав. Я . . . Я могу посидеть с тобой. — И тут в моём подсознании пронеслось 《ХАХА! Чибик ! Ты что, хочешь посидеть со мной? Не уж то втюрился!》 — Я согласен , чибик! Поехали ко мне, выпьем! Доехали мы быстро, войдя в мои хоромы он выпалил: — Господи, какой свинарник, сколько ты тут не убирался? Ты вообще тут живёшь? — он поднял стеклянную бутылки из под виски. Но, не смотря на доброту Накахары хотелось нажраться как последняя свиноматка, включить дорамы, плакать и заснуть. А проснуться в Сибири,  в лесу. Рыжее "чмо" налил виски, включил фильм "Круэлла Де'виль" .. а дальше понеслось. [От лица Рюноскэ] Сидя в больнице, один, я расплакался. В тайне от Дазай‐сана я общался с Одой.. он мне дорог.. вдруг ко мне модошёл молодой парень. — Привет... что с тобой? На всплеске эмоций я ему всё рассказал.. — Я Ацуши Накаджима, а ты?— С улыбкой спросил парень, сел рядом и обнял. — Я... Я Рюноскэ Акутагава.. — я лишь положил голову на его плечо. От него веяло домом.. и теплом, любовью и заботой.. он стал говорить мне утешительные слова.. говорить что всё будет хорошо.. Честно, я не ожидал от незнакомого человека такой поддержки... он пригласил меня в кафе, я согласился, мы посидели там, выпили кофе, познакомились поближе... контактами обменялись... это круто! Когда мы разошлись и я был уже дома он мне написал.. такой милый, хах. Мы разговорились вновь, я не чувствовал что он чужой мне, я будто знаю его всю жизнь.. [От лица Ацуши Накаджимы] Я шёл по больнице и увидел человека, который плакал.. я не смог пройти мимо него, он выглядел слишком разбитым. Я спросил что с ним, а он ответил большой и душераздирающей речью. Я его обнял, я думал что ему это необходимо. И это оказалось верным. Мы пошли в кафе, по домам, списались опять, разговаривали. Не смотря на его вид, он оказался той ещё лапочкой. Я предложил ему встретиться завтра, Рю согласился.. Акутагава-кун называет меня Тигром. Это... мило? [У Чуи и Дазая] Алкоголь давно выпит, фильм досмотрен, они просто говорили, говорили о хуёвой работе, говорили о хуёвой жизни, говорили о том, о чём говорить нельзя, обсуждали всё, что могли и что было стыдно обсудить на трезвую. Ненависть друг к другу будто испарилась, оставив небольшой осадок после себя. Телефонный звонок, шатен берёт трубку покуривая сигаретку и пьяным голосом отвечает — Алоу~ — Здравствуйте, Дадзай Осаму, верно? — Верно, что произошло? — Сакуноске Ода... м... он в коме, вы ведь знаете? Он может не очнуться. — . . . — Сигарета выскольнула из рук прожигая ковёр, звонок уже сбросили поблагодарив за внимание. Ему будто нанесли 28 ударов ножом в самое сердце. Видя напарника Чуя уложил того спать и лёг рядом, лишь из за того, что второй кровати не было. Осаму сейчас сниться земля... звёздое небо, дерево и земля... с утра будет головная боль, грусть, печаль, тоска. Но будет все это вместе с рыжим комком, лежащим рядом .