Teaming Up with System 225/Объединение с системой 225

Как и в прошлом мире, его мучили кошмары после встречи с Системой Бога. Они не были чем-то слишком серьезным, но из-за этого качество его сна ухудшилось. Некоторые были о его предыдущем мире и о том, что случилось бы, если бы он провалил задания, некоторые были о его первой жизни с бывшим мужем. Хуже всего было, когда Дэмиен отверг его, когда он наконец признался. -Система, посмотри, почему мне продолжают сниться эти кошмары. Они не кажутся естественными. После долгой ночи кошмаров он подумал, что для Системы 225 будет лучше расследовать их. Они, вероятно, продолжались бы каждую ночь до тех пор, пока он был в этом мире. [Понял, Хост. Я дам вам знать, если что-нибудь найду.] Система 225 также сочла странным, что это произошло после встречи с Системой Бога. -Спасибо, Система, надеюсь, это не слишком безумно. Он мог только надеяться, что они не были чем-то слишком серьезным, и это было просто его подсознательное беспокойство и неуверенность. К счастью, наконец-то настал день, когда они должны были арестовать Эрла Роттретта, поэтому он отодвинул кошмары на задний план и сосредоточился на том, что было перед ним. Он был хорошо осведомлен о плане, который придумали Джаспер и Лиам, поэтому ждал своего часа, чтобы засиять. Пока он болтал с Системой 225 и тренировал свое тело, он услышал * Чирик-Чирик* [Молодых женщин бросили в тюрьму. Их приводили в порядок в тюрьме, а затем перевели в аукционный зал, где их посадили в чистые клетки. Охранники ушли, чтобы позвать слугу, чтобы он привел их в порядок с помощью магии.] -Отлично, мне пора проскользнуть внутрь. Фел убрал все свои вещи и вышел из комнаты. Все в тюрьме крепко спали, и он отпер дверь. Он оглядел маленькую комнату и подошел к молодой женщине. Она считалась “самой красивой” из всей компании, поэтому он решил заменить ее на ночь. Его лицо и тело медленно меняли форму с помощью магии иллюзии. В конце концов он стал одним из заключенных. Он поднял девушку, на которую был похож, отвел ее в свою комнату, уложил и запер дверь. Она будет выглядеть как он, пока он не отменит свою собственную магию. Высадив ее, он направился обратно в тюремную комнату и сел рядом со всеми. Он щелкнул, и все проснулись, не зная, что с ними случилось. В этот момент один за другим вошли слуги. Они очистили их с помощью магии, а затем направили в новые клетки. Фел был восьмым в очереди. Казалось, что девизом графа было не “прибереги лучшее напоследок”, а “давайте удивим их всех, случайно показав им самое красивое, чтобы я мог получить больше денег”. Это также заставило остальных пожалеть о своем выборе, но те, кто догадался об этом, были бы самыми счастливыми. Его и других девушек выстроили в очередь возле сцены, спрятав подальше от всех остальных. Там была большая красная занавеска, которая закрывала их, и было множество слуг, готовых выдвинуть клетки, которые были на колесах. Одну за другой их медленно вытаскивали на сцену, чтобы их можно было купить. Находясь так близко, Фел также мог все слышать. По другую сторону занавеса Лиам и Джаспер сидели в толпе. Они были замаскированы под иностранных дворян, которые искали рабов. У них было много золота, так что граф Роттретт с радостью разрешил им войти. Они сидели в заднем ряду, тихо разговаривая друг с другом, пока не началось шоу. Они вели себя как высокомерные дворяне, не заботясь о других. Они оглядели комнату и увидели много знакомых дворян,с которыми общались в свое время. У всех дворян в зале были маски на лице, чтобы “скрыть свою личность”, но их голос и телосложение выдавали их, особенно для наблюдательного Джаспера, который придирался к деталям. Через несколько минут Эрл Роттретт стоял на сцене, которую он подготовил для этого момента. На нем был облегающий двубортный светло-серый костюм. На нем был красный галстук и черные сапоги до голени. Его, наверное, можно было бы назвать красивым, если бы не его большой пивной живот и светлые сальные волосы. Его кожа была слегка желтоватого цвета, что указывало на то, что у мужчины было какое-то заболевание печени. Он выглядел так, как будто совсем не заботился о себе. Он был единственным, кто не носил маску, глупый поступок, но это был его частный аукцион, так что ему было все равно. В настоящее время все они находились в его приемной, превращенной в аукционный зал. “Мои благородные друзья, спасибо вам за то, что вы здесь, - Его голос эхом разнесся по теперь уже безмолвной комнате, - Сегодня у меня есть прекрасный выбор, которого вы все ждали.” “Десять прекрасных дам в возрасте от 10 до 21 года. От их лиц до их тел, каждая из этих девушек - первоклассный товар. Вы все знаете, какой я придирчивый, верно?” Он сказал это со смешком, который должен был быть воспринят как шутка, но многие знали серьезность его слов. Несмотря на то, что он был придирчив, его не волновал пол. Он планировал провести аукцион рабов женского и мужского пола, хотя аукцион мужчин никогда не состоится в этой истории или в присутствии Фела. Противный старик, знавший эрла Роттрета, кивнул. “Конечно.” Его слюна уже текла с маленьких губ. Он немного запыхался, думая об этом. У него было много рабов, и он был рад увидеть выбор своего друга. Этот противный старик был одним из тех, кто направил графа по ложному пути. Одну за другой девушек выводили на переднюю часть сцены. Каждая из них была потрясена и напугана, когда они смотрели на мужчин и женщин, которые их покупали. Хотя они были вымыты с помощью магии, их волосы не были уложены, а одежда была в лохмотьях. Цены на этих девушек были довольно высокими, так как все они были красивы сами по себе. Все знали, что до тех пор, пока о них заботятся, их красота будет просвечиваться насквозь. Так продолжалось до тех пор, пока они наконец не добрались до самой долгожданной девушки ночи. “Хорошо, восьмая девушка - красивая молодая леди, 15 лет, с темно-синими волосами и светло-голубыми глазами. У нее нет имени, поэтому любой, кто заявит на нее права, будет иметь привилегию назвать ее. Стартовая ставка - 5000 золотых.” Двое охранников вынесли клетку вперед. Девочка сидела в углу клетки, дрожа и обнимая себя за ноги. Ее волосы были пышными и длинными, но почему-то ее грязный и дырявый наряд казался красивым. Ее жалкие голубые глаза метались по сторонам, как у испуганного и обиженного животного. Слезы стояли в уголках ее светло-голубых глаз, угрожая упасть. Ее внешность вызывала у людей желание защитить ее и прижать к себе. Хотя все это было скверной актерской игрой. “Давайте начнем торги!” Слуга графа Роттретта начал аукцион. “5100!” - сказал мужчина сзади. “5200!” Женщина посередине в маске подняла руку. “5300.” Она была одной из немногих женщин в толпе. “5500.” Многие люди повышали цену на 100 золотых, пока цена не поднялась до 20 000 золотых. Это была большая цена для раба. “20,000.” У мерзкого старика был торжествующий вид, когда он увидел, что никто не может его перекупить. Минута молчания. “20 000 раз? 20 000 два?! Продано, великодушному джентльмену на заднем ряду!” Некоторые люди цокнули языком, когда старик ухмыльнулся. Он был счастлив, потому что эта девушка была той, кого он хотел, так как он уже видел ее раньше. На других девушек ему было все равно. Фел знал, что он замаскировался под самую красивую девушку в отборе, так что в том, что его купили по самой высокой цене, не было ничего удивительного. “Иди сюда, маленькая девочка.” Эрл Роттретт лично открыл клетку. У него было принято позволять своим покупателям рассмотреть товар поближе, прежде чем отвести их в подсобку, где они должны были должным образом одеться. Фел медленно вышел и улыбнулся графу. Граф, который не был готов, почувствовал, что его ударили в разные части тела. Его тело быстро упало на землю. Толпа была ошеломлена, за исключением Джаспера и Лиама, которые быстро подали сигнал своим людям, стоявшим поблизости. В считанные секунды остальная часть толпы была схвачена и связана. Стражники и слуги графа, охранявшие этот район, были быстро усмирены теперь, когда их Хозяин был задержан. Фел не обратил особого внимания на шум, когда услышал Систему 225. [Побочная миссия: Спасти Аделию и Жертв Эрла Роттретта завершена. Поздравляю Хоста с успешным завершением побочной миссии.] -Спасибо, Система 225. Он знал, что это была одна из самых легких побочных миссий. Все, на чем ему нужно было сосредоточиться, - это главная миссия. Остальные встанут на свои места. Этот мир был не слишком сложным, так как это был просто мир с рейтингом E. Единственное, в чем он не был уверен, так это в главной героине, Аделии. Он надеялся, что она была похожа на его лучшего друга Кайла из первого мира или Люси из предыдущего мира. Если бы с ней было легко ладить, это облегчило бы ему жизнь. Он также надеялся, что Система Бога, он же Лиам, не будет влюблен в нее. Он не знал бы, что бы сделал, если бы увидел, что мужчина флиртует с кем-то, кроме него самого. Фел надулся, просто подумав о том, что Лиам и Аделия собираются быть вместе. Он с легкостью расстегнул рабский ошейник, который был на нем надет. Он уже был деактивирован, так что снять его было делом несложным. Его внешность медленно менялась на внешность снежного лиса, очаровывая толпу. Как будто они забыли, что их схватили. Он проигнорировал взгляды и пошел в заднюю комнату, где находились другие клетки. Он быстро отпер все клетки и уничтожил рабские ошейники, прежде чем отправиться в свой подвал. Он поднял девушку в свадебном стиле и вынес ее наружу. Ее внешний вид вернулся к норме, но она все еще спала. Она была очень легкой и спала, так что у него не было никаких проблем. Когда он вернулся в аукционный зал, многие взгляды были устремлены на него. Он передал девушку ближайшему охраннику, пробудил ее от сонного состояния и медленно подошел к Лиаму. Лиам, который сверлил дырки в затылке Фела, успокоился и улыбнулся ему. Он испытал облегчение, увидев Фела рядом с собой, это было непривычное для него чувство. Фел улыбнулся в ответ. “Как дела на твоей стороне? Никаких проблем?” “Вообще никаких проблем. Как только граф будет осужден за все свои преступления, скорбящие семьи наконец обретут покой. Что касается остальных, мы посмотрим, что с ними делать.” Его люди и люди Джаспера уже собрали большую часть людей. Граф был закован в цепи и заперт в одной из клеток, которые он купил для своих рабов, в то время как его слуги были связаны вместе за запястья. Они были связанны вместе и не издавали никаких звуков. Они не были виновны, как граф, но их вердикт должен был быть рассмотрен королем. Король имел полное право решать, что делать с этими слугами. “Это хорошо, я верю, что вы все не совершите никаких ошибок.” Когда графа казнят, именно тогда он собирался выполнить свою вторую побочную миссию. Если бы каким-то безумным образом граф сбежал, он бы просто позаботился о самом графе, иначе говоря, притащил графа в столицу и бросил его к ногам короля Фрейкса. Однако, поскольку это был легкий мир, он знал, что граф не сможет убежать от ореолов, которые были у главного героя, благодаря мировому сюжету. Пока они разговаривали, мимо прошел Джаспер с женщиной и маленьким ребенком. Они не были закованы в цепи, как слуги графа, но у нее за спиной стояли охранники, следившие, чтобы она не выкинула ничего. Этой женщиной была мадам Роттретт и ее сын. Мадам выглядела измученной, но на ее лице было заметно облегчение. “Я благодарю вас всех за спасение этих бедных юных леди и поимку моего мужа.” Она поклонилась, держа на руках своего 2-летнего сына, который понятия не имел, что происходит. “Не стесняйтесь брать все, что вам нужно, из этого особняка, мне здесь ничего не нужно.” Она уже упаковала чемодан с небольшим количеством одежды, которая была у нее и ее сына. Большая часть ее одежды и украшений была продана ее бывшим мужем, когда у них плохо пошли дела . В любом случае, этот аукцион был организован за счет ее приданого. У нее почти ничего не осталось. “Мы знаем о ваших страданиях здесь, поэтому мы обязательно дадим знать королю, чтобы он проявил снисхождение к вам и вашему сыну.” Они уже знали, что она была причиной того, что территория графа держалась на плыву. Она мало что могла сделать для своего народа, но делала все, что могла, в рамках своих возможностей. Кроме того, она была невиновна и вынуждена против своей воли выйдя замуж за графа. Многие люди сочувствовали бы ей. “Я благодарю вас от всего сердца.” Ей было грустно, но она не могла плакать. Ее слезы давно высохли, и все, что она могла сделать, это держаться за свои страдания и превратить их в свою силу. Мадам и ее сыну разрешили сесть в карету вместе с другими жертвами. Однако она не возражала против этого и послушно слушала Джаспера и Лиама. Лиам, Джаспер и Фел стояли в стороне, наблюдая за всем происходящим. Они позаботились о том, чтобы рыцари все подготовили к поездке в столицу Фрейкса. Ну, больше похоже на то, что Фел и Лиам разговаривали между собой, пока Джаспер делал всю работу. Увидев это, Джаспер подошел и прервал их разговор. Он был особенно любопытен и насторожен по отношению к Фелу, но он восхищался этим человеком из-за его силы. “А вы, должно быть, тот самый Фел, о котором так много говорил Лиам.” Джаспер оглядел Фела с ног до головы и обнаружил, что у этого мужчины изысканная внешность. Несмотря на то, что одежда Фела была в лохмотьях, его роскошные серебристые волосы дополняли лицо Фела, делая его похожим на фею. Вокруг его серебряных ушей на макушке было немного пуха, отчего другим хотелось их погладить. По его внешности Джаспер мог видеть, что он был родственником Снежного Лиса, но по какой-то странной причине он чувствовал, что внешность Фела в данный момент не была его истинной формой. Фел также оглядел Джаспера с ног до головы и увидел, что Джаспер был интеллектуальным красавцем. Сильно отличающийся от Лиама,который, хотя и был хорошим наследным принцем сам по себе, был скорее маньяком с мечом, чем тем, кто использовал знания в качестве своего оружия. Волосы Джаспера тоже были серебристого цвета, так как он был родственником серебряного волка. У него были короткие волосы, очки в золотой оправе и фиолетовые глаза. Фиолетовые глаза были символом благородства в этом мире. Он был не так высок, как Лиам, и определенно стройнее, в общем, он был скорее красив, чем мускулист. Вот тут-то и начался допрос Джаспера. Обстоятельный и осторожный человек должен был знать все о Феле, чтобы убедиться, что он не представляет угрозы. Он спросил Фела, почему он был в подвале, как его схватили, почему он остался и все в таком духе. Это было почти так же, как если бы Джаспер хотел препарировать Фела, чтобы поближе познакомиться с ним во имя науки, что заставило Фела немного смутиться, но он ответил так “правдиво”, как только мог. Через некоторое время даже Лиаму надоел Джаспер. “Довольно, мой друг! Ты сможешь познакомиться с Фелом позже. Нам следует отправиться в путь.” В тот момент Лиам был спасителем Фела. Фел был очень близок к тому, чтобы заморозить Джаспера до смерти, но он знал, что не может просто убить “любимых детей Бога”. Мир рухнет вместе со всем и всеми в нем, включая Богов и его самого. “Вы правы, нам следует отправиться в путь.” Но Джаспер не мог не смотреть на двигающегося Фела. Джаспер и Лиам сели на своих лошадей, единственных, кто будет использовать отдельных лошадей. Охранники окружили медленно движущиеся повозки, в которых находились все жертвы, многие связанные заключенные и их припасы. К Фелу, который, вероятно, собирался последовать за ними, паря, как дух, которым он был, подошел Лиам на своем коне. “Ты идешь с нами?” - спросил Лиам, протягивая руку, надеясь, что этот человек хотя бы сопроводит их в столицу Фрейкса. “Конечно, я должен проследить за этим до самого конца.”, - с улыбкой ответил Фел, беря его за руку и позволяя мужчине усадить его на лошадь. Фел интимно сидел перед Лиамом. Лиам обнял Фела за талию, чтобы удержать его на месте. Фел не возражала против этого и расслабился в объятиях мужчины. Они ничего не установили, но Фел не мог не расслабиться, зная, что это была Система Бога. Джаспер посмотрел на них двоих и почувствовал противоречие. Несмотря на то, что он допрашивал Фела, он чувствовал, что этого недостаточно. Он был осторожным человеком до мозга костей. Это было закалено в нем за те долгие годы, что он был рядом с Лиамом, у которого вообще не было чувства опасности! Если бы его лучший друг не собирался опасаться, он бы сделал это вместо него. Это было то, что он решил, когда все они медленно направились к месту назначения.