Кофе со сливками

      Находясь в кафетерии, девушка прошла за кофе, что нужно было отнести новому начальнику. Ее волновала одна вещь — почему это не делает секретарь, который, кстати говоря, куда-то исчез. Кто-то сказал, что он был переведен в смежную компанию, что так же находится под его «покровительством», кто-то говорит, что его уволили. На эту должность пока еще никого не пригласили, но Люси надеется, что может ей достанется эта должность. Как никак она уже знает эту работу, раз все выполняла за другого работника.       Встреча с Нацу взбудоражили девушку. Сердце стучало чуть ли не у горла, при этом она старалась дышать более менее ровно. Когда она взяла стаканчик с кофе, то прикусив губу, приводя болью в ясное сознание, повернулась на каблуках и как на зло с кем-то столкнулась, облив горячим напитком и себя и того, на кого налетела. Подняв глаза с уже не белой рубашки, видя как мужская рука тянется к галстуку, ослабляя тот, ее сердце пропускает удар. Перед ней стоял как раз тот самый начальник, о котором она минуту назад думала. Сглотнув, Люси схватила салфетку и стала быстро вытирать лишнюю влагу, но пятно то салфеткой явно не отмоется.       — У тебя была простая задача — принести мне кофе. Ты с этим справиться не можешь? — его голос прозвучал властно, смотря на сжавшуюся девушку, что испугано смотрела в зеленые глаза. Смотря в эти испуганные глаза, мужчине хотелось подойти и обнять, прижать к себе, поцеловать так, чтобы весь испуг сошел на нет, но их окружали коллеги, поэтому возможности такой у него не было.       — Простите, я не хотела… — прошептала та, облизнув внезапно высохшие губы. Это от его взора не ускользнуло, ему хотелось повторить за ней, только с ее губами. Впиться в них жадным поцелуем, испробовать их, напиться ими, облизать, кусать, попробовать на вкус. Он уже представил их сладость и мягкость.       — Ко мне в кабинет, живо, — резко сказал Нацу и отправился обратно, хватая со стола пачку салфеток и смотря на пятно на рубашке. Люси продолжала стоять как в прострации, думая, что натворила. Она даже забыла про то, что сама облилась кофе, но на черном топе это было не так заметно.       Выкинув стаканчик с остатками кофе, девушка направилась за директором, взяв несколько салфеток и, промакивая ткань, стала убирать лишнюю влагу. Сердце почти ушло в пятки. Что он ей сделает? Отругает? Премии лишит? Или же вообще уволит? Вот особенно за увольнение Люси переживала сильнее. Переживет крик начальника, но не потерю работы. С хорошим заработком не найдешь еще место в этом городе.       Когда она подошла к двери начальника, вздохнула, словно набираясь смелости и шагнула внутрь. Нацу был не один. Рядом с ним стоял Грей, держа чистую рубашку на указательном пальце за воротник.       — Нашел вешалку, мать тебя, — сказал мужчина и посмотрел на девушку, что вошла и замерла, смотря на то, как Драгнил стягивает белую рубашку, обнажая мускулистую спину и широкие плечи. Кожа ей казалась гладкой и словно сияла в свете солнца. Мышцы, словно тугие канаты, окутали руки и при каждом его движении они плавно двигались под кожей. От этого вида и находясь под впечатлением, Люси захотелось коснуться мужских обнаженных плеч, провести по спине языком и губами, почувствовать как он дрожит в нетерпении взять ее. — О, лапуля подошла, — прервал ее фантазии Грей спустя пару минут, позволив ей насладится видом. — Нацу, ты слишком гипнотически на нее действуешь. Мне завидно, — съехидничал он. Драгнил же обернулся, накинув рубашку на плечи, демонстрируя ей плоский рельефный живот, где четко можно увидеть все восемь кубиков. Он только улыбнулся.       — Грей, ты ее пугаешь, — улыбнулся начальник, смотря на розовые щечки и приоткрытые губы. — Ты облила меня кофе, ожидала, что я буду весь день в той грязной рубашке? Пришлось просить друга, чтобы он одолжил вещь мне до завтра.       До Хартфилии только сейчас начало доходить, что эти двое очень близко знакомы и сейчас они оба смотрят на нее, словно она попалась в какую-то ловушку, а эти хищники только этого и ждали.       «Я влипла. Однозначно влипла!»       — Сэр, для чего вы позвали меня? — голос девушки слегка дрожал, но твердо стояла на ногах, хотя от вида этого мужчины все внутри переворачивалось и сворачивалось в тугой узел внизу живота чуть ли не до боли. Жар растекался по всему ее телу стремительно, словно от этого зависела жизнь. Пальчики почти болели от напряжения и желания коснуться этого торса, укусить нежную и гладкую кожу вокруг сосков. Оставить отметки на этом идеальном теле. От этого желания аж воздух спирает и становится тяжелее думать.       — Подойди, — его властный голос словно дернул за ниточки и она медленно стала приближаться к нему. За всем этим наблюдал Грей, что убрал в карманы брюк руки, сжимая в кулаки. Он до сих пор не может простить ей того, что вчера не нашел ее на рабочем месте после работы. А ведь он хотел повеселиться с ней.       Девушка остановилась в метре от мужчины, стараясь смотреть ему в лицо. Фуллбастер же сделал шаг за ее спину, проводя большим пальцев по нижней губе, осматривая длинные ноги, что подчеркивались черной юбкой и высокой шпилькой.       — Застегни мне рубашку, — Нацу смотрел на реакцию девушки, едва сдерживая себя. Она оказалась в западне да к тому же на столько уязвима. Своим поведением она словно кричит ему, чтобы он взял ее сейчас и прижал к себе. Возбуждение словно наэлектризовывало кабинет и каждый слышал только свой бешеный стук сердца.       Сглотнув, она сделала последний шаг, сокращая расстояние между ними и взяла пуговицу с середины, чтобы скрыть сначала гипнотический вид торса. Она чувствовала его горячее дыхание на своем лице и от этого мурашки разбегались по всему телу, обдавая каждую клеточку тела разрядом тока. Люси чувствовала себя между двух огней, что сжимают ее в клещи. Пальцы начинали дрожать и иной раз не попадала пуговицей в отведенное ей место на рубашке.       Внезапно Нацу схватил Хартфилию за кисть, вынуждая остановится. Его запах эвкалипта и хвои кружил голову помощницы, от чего все ее чувства обострялись еще больше.       — Грей, выйди и закрой за собой дверь, — резко сказал мужчина другу, не отрывая взгляда с розовых губ девушки, который только ухмыльнулся на его слова, но все же развернулся и вышел из кабинета, захлопнув дверь за собой, оставляя этих двоих наедине.       — С-сэр? — Люси боялась голову поднять. Боялась, что под порывом чувств, что захватывают в бешеный поток, она могла натворить дел. Она ведь всегда избегала на столько тесного контакта с коллегами, но Нацу… Он словно стал для нее каким-то мистическим исключением, от которого начинала сходить с ума от желания. Ее голос был тихим, немного хриплым от недостатка влаги во рту.       — Коснись меня… — прохрипел мужчина, ожидая ее действий. Он с шумом втянул в себя воздух, как только девичья ладонь коснулась его груди и медленно стала опускаться к открытому торсу. Она чувствовала как бешено бьется его сердце под ладошкой, а от этого касания, пусть оно маленькое, все тормоза просто выходят из строя, словно по щелчку. — Расстегни те пуговицы…       Люси только кивнула, прикусывая нижнюю губу и снова перед ее глазами предстал мужской твердый пресс. Запрета на касания не прозвучало, поэтому она продолжила исследование мужского тела, приходя в неописуемый восторг. Мягкая, упругая, гладкая и горячая кожа, твердость мышц пресса под коготками — от всего этого ей хотелось коснуться языком, провести зубами по этому идеальному телу. И в порыве желания и возбуждения, она наклонилась к его ключице, обхватывая ту губами, а после проводя языком по ней, оставляя влажную дорожку. Нацу издал тихий рык, запрокинув голову и прикрыв глаза. Ему казалось, что он сейчас не сдержится и возьмет прямо сейчас без какой-либо подготовки и защиты. Ткань брюк через чур сильно давила на область паха, заставляя того мучится, сжимая ладони на краю стола.       Хартфилия спустилась к груди, проводя так же влажным языком, запоминая каждый его изгиб, обводя розовый ореол соска и беря твердую горошину соска зубками, чуть оттягивая и слыша в ответ хриплый стон. Ее ладони так же блуждали по торсу, касаясь низа живота, не решаясь опуститься ниже. Нацу же в свою очередь взял девичью ладошку и положил на область паха, заставляя почувствовать его твердость и желание.       — Ты хочешь этого? — мужчина хрипло прошептал ей на ухо, обдавая горячим дыханием кожу. От возбуждения горело все тело, напряжение и желание почти до боли скручивали его, желая разрядку. Кости словно плавились, а разум улетал собрав все с собой, что могло их еще остановить. Сглотнув, Люси подняла взгляд на Драгнила, видя томный затуманенный взгляд, животное желание и что он борется с собой, ожидая ее ответа.       — Нет… — она соврала и он это чувствовал. Осязал всем своим телом ее жар. Голос был на столько тихий и хриплый, что можно было спутать с дыханием.       — Уверена? — он наклонился к правому уху, обдавая дыханием чувствительную кожу шеи и чувствуя, как она дрожит и как качает головой в отрицательной манере. — Так что ты все-таки мне скажешь? Я бы мог взять тебя силой… — он опустил взгляд на грудь, когда немного отодвинулся, на полураскрытые губы, покрасневшее личико. — Но я жду ответа.       Девушка сглотнула. Тело не слушалось, язык онемел, голос исчез, остались только ощущения крепкого мужского тела.       — Господин… Нацу… — голос с придыханием прозвучал на выдохе. Девушка хотела касаться его. Чувствовать твердость и гибкость мышц, мужскую силу всем своим телом, но где-то там, в глубине, небольшая долька разума орала и сигналила красным «Беги! Он твой босс!» — Вы мой босс. Как подчиненная, вроде меня, может касаться Вас? — она готова была задушить саму себя. Люси уже обдумывала вариант взятия вибратора на работу, чтобы снять это гребанное напряжение.       — Тебя волнует именно это в данный момент? Или ты просто боишься себе признаться, что желаешь меня? — он смотрел внимательно на девушку, что пыталась сопротивляться. — Именно ты же коснулась первая моего торса, а после ощутила твёрдость моих намерений.       — Как мужчина, Господин, Вы очень привлекательны. Даже слишком. От Вас хочется потерять голову… Но… Вы сами мне велели коснутся Вас. Я не смею перечить Вашему слову, — слова с трудом складывались в голове Люси, пока её ладонь замерла над его твёрдым стволом. Медленно подняв глаза, девушка смотрела на своего босса и те слова, что она хотела сказать ещё просто исчезли. Нацу же в свою очередь облизал пересохшие губы и плюнул на все принципы морали.        — К черту это все! — рыкнул мужчина и притянул девушку к себе, касаясь манящих розовых пухлых губ жарким поцелуем на который блондинка ответила с тем же жаром, чувствуя сквозь тонкую ткань его горячее тело.       Мужские ладони опустились на упругие ягодицы, сжимая их, а в ответ Нацу услышал первый стон, что был для него как сигнал. Резко развернувшись и прижав девушку к столу, он поднял юбку, чувствуя кончиками пальцев нежную кожу и чёрное кружево чулок. Люси же в ответ от предвкушения задрожала. Ощущения его пальцев на обнажённых бёдрах, что быстро, но верно двигаются к её трусикам, были на столько приятными, от чего подкашивались ноги и остатки разума улетали дальше, разбиваясь о реальность.       Но стук в дверь нарушил всю идиллию сие момента. Он с трудом отстранился, тихо выругавшись и смотря на чуть опухшие женские губы от поцелуев и сглотнул. Стук повторился.       — Твою мать… Да?! — рыкнул мужчина на дверь, а оттуда послышался голос, предупреждающий о совете директоров через десять минут. Тяжело вздохнув, Нацу смотрел на растерянную девушку, что в торопях поправляла топ, края которые были оторваны и ей пришлось импровизировать — закрепить их степлером, что лежал на столе и поправляя юбку. — Хорошо, скоро буду!       — Босс, нам не стоило это делать… Извините… — прошептала Люси и расскрасневшая побежала к двери, открывая ту, а Драгнил хотел застрелить из охотничьего ружья того «секретаря», который решил прервать его завтрак таким образом.       — Черт… — ругнувшись, Нацу привел себя в порядок, все еще чувствуя, как в ее формы мягкие и упругие ложились идеально в его ладони. — Я все же тебя раздену, детка.